Сияние
Шрифт:
– Ты всерьез думаешь, что меня можно этим напугать?
– Шайн вскинул бровь, изображая вежливое недоумение.
– Ну, они все равно уже решили, что ты их папа, так что… - немного странно и непривычно. Не бояться. Не думать о том, что завтра придется чем-то накормить или купить кроссовки взамен изношенных. Или о том, что некому будет забрать мелких. Даниил вытащил из-под подушек плед и, поерзав, укрыл им себя и Шайна.
– Если назвали, придется соответствовать.
Под мягкой тканью он обвился вокруг Шайна, обнимая его руками и ногой, и устроил голову на груди.
– Я не отказываюсь, - там, под пледом, Шайн погладил его по обнаженной коже спины.
– Мы можем устроить переезд и задействовать мальчишек. Пока каждому по комнате не получится, но это только начало.
– Пока что им и одной на троих хватит, - довольно вздохнул омега, и щекой потерся о его грудь.
– В одной комнате порядок наводить проще. Удивишься, сколько всего можно отыскать только под кроватью.
– Я тоже когда-то был маленьким. У меня под кроватью была сокровищница Али-Бабы, а у Лекса библиотека. Шону скоро понадобится своя комната, он растет.
Даниил вздохнул, снова поерзал и, наконец, вытянулся на Шайне, ногами сжав его бедра. Сложил руки на его груди и устроил поверх ладоней подбородок.
– А потом у каждого из них появятся сердечные привязанности. Я боюсь будущего, Шайн. Потому что понятия не имею, что будет дальше. Я… рад одному. Что ты рядом. Ты сейчас рядом со мной.
– Если бы мы знали, что будет дальше, жить было бы скучно. Да и до привязанностей еще далеко. Саша еще в школу даже не пошел. Давай жить, как живется и не бояться будущего. Оно может обидеться, - Шайн улыбнулся, обнимая его и медленно выдыхая. Провел ладонями по ягодицам, словно невзначай кончиком ногтей попав в ложбинку между ними.
Дани задрожал от этой нехитрой ласки. Мягко, но настойчиво и очень недвусмысленно потерся пахом о его пах, отчего с губ сорвался тихий вздох.
– Я не надеялся на чудо, но оно пришло…
Вдруг однажды случится еще одно крохотное чудо, у которого будут потрясающие синие глаза, темные волосенки и обаятельная улыбка?
– Это не чудо, - Шайн рассмеялся, неторопливо проникая пальцами глубже и губами лаская скулы.
– Хотя на счёт тебя и малышей я мог бы поспорить. Для того, кто не может иметь детей - вы просто подарок.
– Так считают единицы… а ты и вовсе единственный в своем роде, Шайн… и знаешь, - Даниил прогнулся, позволяя ему проникнуть еще глубже, и зажмурился, наслаждаясь.
– Я тебя никому не отдам.
– Не отдавай, - Шайн обнял его, перекатился, подминая под себя. Заглянул в глаза, улыбаясь дрожащими губами.
– Я твой. Аминь.
– И поцелуй, как печать на договоре.
В теле полыхнуло. Сладким ядом по венам растеклось возбуждение. И если совсем недавно еще тормозил пережитый страх, то сейчас от страха не осталось и следа. Дани гладил его плечи, ногами обнимал бедра, и целовал, целовал, до одури, до исступления, до головокружения и боли от накатывающего желания. Выгибался под альфой так бесстыдно, так откровенно отдаваясь, как не отдавался еще никому и никогда в своей жизни, то шепча, то выкрикивая его имя.
– Шайн!
А тот только улыбался,
========== Эпилог ==========
– А за Сашей ухлестывает альфа-старшеклассник! – наябедничал Сед, возмущенный до глубины души запретом на поездку в соседний штат. – Между прочим, капитан школьной команды по баскетболу! И Сашу вы отпускаете, а меня нет? А вдруг они грешить начнут?
– А тебе и завидно, - вздернул нос черноволосый красавчик-омега, жадно припав к кружке с какао.
– Тебя же Сандра с выпускным прокатывает!
– Детский сад, ясельная группа, - закатил глаза вошедший в кухню высокий тонкий парень. Узкие бедра, талию пальцами обхватить можно, широкие крепкие плечи и смеющийся теплый взгляд.
– ШОН!!! – Саша пулей выскочил из-за стола, едва не опрокинув тарелку с хлопьями, и повис на брате. С другой стороны на нем так же повис Сед, наплевав на размолвку с младшим.
– Привет всем… Привет, пап… Отец, - он обнял братьев и чуть рассеяно улыбнулся обоим отцам.
– Здравствуй, - Шайн поднялся из-за стола с улыбкой. В домашних джинсах, рубашке, завязанной на животе – он казался мальчишкам почти ровесником. Разве только глядя в глаза можно было понять, что ему далеко не восемнадцать. Подойдя к Шону и не став ждать, пока младшие того отпустят, обнял всех скопом, ероша светлые волосы. – Ты раньше. Я собирался тебя встречать.
– Хэй, я не Влад и не Фрэнсис, - смешно фыркнул старший. – Своим ходом способен, честно!
– Ему просто нравится, когда на него смотрят симпатичные омежки! А если за ним приедешь ты, все омежки будут смотреть на тебя, - прогнусавил из импровизированной кучи Сед.
– Я просто решил устроить сюрприз! – оправдывался Шон. – Ты засранец, но я все равно тебя люблю, Сед…
– Мой руки, - негромко попросил Дани.
Он уже доставал тарелку, чашку, готовил тосты, позволяя своим любимым мужчинам минутку единения. Все такой же тонкий, и по-прежнему красивый. Только в темных волосах кое-где серебрились инеистые прядки. Ранняя седина. Пережитые тревоги и нелегкие годы самостоятельных попыток поставить на ноги троих детей не сломили его дух, но порядком подкосили здоровье.
– Староват я для того, чтобы отвлекать омежек от Шона, - Шайн добрался и до волос среднего, подмигнул младшему и первым отстранился. – Марш в ванную, мы тебя подождем. И, так уж и быть, поделимся десертом. Но ябедничать не хорошо, - это уже досталось Седу за разговор, который прервал Шон.
– И нифига ты не староват! – Саша по очереди ткнулся губами в щеку брата и отца и вернулся за стол. – Папа на родительские собрания ходил потому, что тебя все преподы, омеги и мои одноклассники гм… ладно, промолчу лучше.