Сияние
Шрифт:
Он боролся отчаянно, сильно, чувствуя, как слабеет с каждой секундой и как по телу шарят чужие потные ладони. А потом вдруг тяжесть исчезла и недовольный рык прозвучал уже словно издалека. Шайн… Растрепанный, раскрасневшийся, бешеный. Он с силой приложил Брента спиной к стене, прижал, недвусмысленно сжав пальцами одной руки горло, а пальцами другой – почти виднеющийся из-за пояса расстегнутых джинсов возбужденный член.
– Еще вздох – и я оторву тебе твой хрен и засуну прямо в глотку, - тихо, страшно прорычал он, глядя в лицо Брента
Дани всхлипнул и сжался, пряча лицо в грязных ладонях. Разодранная почти до пояса футболка, следы пятерни на плечах и талии.
– Сука… - прошипел альфа.
– Это перед тобой он ножки развести никак не может, да?
Шайн в ответ только мило улыбнулся и сжал пальцы чуть сильнее.
– Последнее предупреждение. Давай, милый, дай мне повод лишить тебя твоего члена. Интересно, если я это сделаю, кем ты станешь. Проверим?
Брент взвыл.
– Чего ты хочешь?
– бешенство, паника. Кажется, инстинкт самосохранения у альфы пропал напрочь.
– Ты снимаешь свою метку и катишься на все четыре стороны. И больше не появляешься на глаза, - любезно пояснил Шайн, приложив его о стену. Забавно, но со стороны казалось, что держать разъяренного мужчину не составляет ему никакого труда, вот только под тканью мускулы казались каменными от напряжения. Как и спина, и плечи.
– На глазищи повелся?
– хрипло рассмеялся Брент.
– Он такой… не успеешь присунуть, как залетит… одни проблемы… пусти…
Дани медленно поднялся на ноги, прикрываясь остатками футболки.
– Шайн…
Но тот ослабил хватку лишь совсем немного.
– Это будут исключительно мои проблемы, - с холодной яростью произнес он. – Ну так что, будешь послушным мальчиком или продолжим?
– Пусти, - пальцы Брента сжались на его запястье.
– Ты знаешь, ГДЕ я оставил метку? Будешь смотреть?.. он течет.
– Думаю, даже ты сможешь расставить приоритет. Потому что если мне хотя бы покажется, что ты решил сделать что-то не то – я удовлетворю свое любопытство, - Шайн отпустил его, но отступил лишь на шаг, сузившимися глазами следя за Брентом.
Тот осклабился, и даже не подумал застегнуть джинсы. Потянулся, ладонью помассировал причинное место и обернулся к Даниилу. Тот вздрогнул всем телом. Вжался в стену но, вцепившись взглядом в Шайна – опустил руки, позволяя бывшему расстегнуть на себе джинсы и приспустить их на бедрах.
Мучительно покраснел, чувствуя, как на глазах выступают слезы. Стыда. Когда сухие губы бывшего накрыли метку, болезненно зажмурился, стоило зубам сжаться, прихватывая кожу до крови.
Пальцы Брента сжались, оставляя синяки на бедрах. Забавно, но он нашел в себе силы отстраниться и подняться на ноги. Нашел силы застегнуть ширинку и пряжку пояса. И бросить сухое:
– Владей. Теперь он твоя проблема.
Шайн оскалился, стиснул его локоть и повел к двери, на пороге повернувшись к Дани и шепнув одними губами:
Странный привкус у добытой свободы.
Флер, тень запаха Брента быстро развеялся. А вот запах Шайна остался. Он таял на губах как мороженое, пока Даниил наводил порядок в доме. Пока кипятил воду в чайнике. Пока дрожащими руками резал овощи и готовил бутерброды. Все что угодно, лишь бы занять руки.
Полчаса… час… два… Он пил чай, не различая его вкуса. Механически пожевал тост с сыром и помидорами, вспомнив, что не ел ничего целый день.
Он не успел спросить у Шайна где Шон. Он забыл позвонить отцу, надеясь, что тот заберет мальчишек, как и договаривались.
Сообщение на телефон так и не пришло. Зато заиграла знакомая музыка, которую он поставил на номер Шайна.
– Привет, папа!
– не Шайн, а Шон. Торжественно-гордый и совершенно довольный собой. Грассирующая “р” истончилась до почти нормального звука, о чем маленький альфа и сообщил родителю.
– Едете домой?
– улыбнулся Дани.
– Дашь трубочку Шайну?
Далекий шум на заднем фоне и голос Шайна – мягкий, улыбающийся.
– Ты в порядке? Врач сказал, что у нас все хорошо. Еще два занятия и все станет вообще отлично. Шон отличный боец.
– Все хорошо, - выдохнул Даниил.
– Жалко только что сломался один индейский вигвам… - сигнал сообщения. Он бросил короткий взгляд на всплывший текст.
– Папа написал, что забрал младших и едет домой. И что я на сегодня свободен.
– Ничего страшного, - Шайн прикрыл ладонью динамик, о чем-то поговорил с Шоном и снова вернулся. – Самый старший тоже готов отправиться к дедушке. Я завезу его и приеду.
– Хорошо, - дрогнуло что-то внутри. Приедет. Наконец-то приедет.
– Я… жду тебя. Очень жду.
Домофон запиликал спустя почти час. Загудел лифт, но шагов было неслышно. Только короткий звонок в дверь.
К этому моменту Дани даже душ принял, окончательно смыв с себя запах Брента. В качестве напоминания о происшедшем остался только сочный яркий след на бедре. Джинсы, реглан, мягкая домашняя одежда. Чистая, несущая только его собственный запах.
– Шайн… - Дани распахнул дверь и замер на пороге.
Шайн улыбался одними глазами. Руки в карманах, высокий воротник закрывает шею, ткань облегает торс. И почему-то припухли губы.
– Привет?
Красивый. Безумно, до дрожи, до ломоты во всем теле. До кипящих в крови гормонов.
– Шайн… - он протянул руку альфе, точно боялся, что вот этот стоящий на пороге мужчина сейчас просто растает в воздухе. Исчезнет. Что это все ему только кажется.
Шайн коснулся кончиками пальцев его ладони, нарисовал узор на коже, а потом шагнул вперед. Просто шагнул, словно входя в его руки. Обнял, вынудив вернуться в квартиру, шагнул следом, захлопнув за собой дверь. Прикрыл глаза ресницами, уткнувшись носом в висок, словно зверь, принюхивающийся к добыче.