Системный приручитель 1
Шрифт:
Путь к дому преграждала наша местная речушка — маленькая, но бурная и очень холодная. Имя у неё соответственное: Дурнуха. По весне она частенько разливается, но сейчас, в июля, уровень воды низкий.
Домик с баней, небольшим сарайчиком, погребом, уличным туалетом, коновязью и маленьким огородом плотно втиснуты на высокий кусок берега между рекой и практически отвесной стеной скалы.
Из минусов — вечером скала закрывает солнце, и тут темнеет ещё раньше. Из плюсов — на рассвете солнце светит прямо сюда.
Место реально укромное, для зверей
Брода в этом месте толком нет, высота берега — метра два.
От мутантов защита сомнительная, от излишне любопытных кабанов или там маралов, которые могут потоптать огород — самое то.
От людей защита тоже есть — табличка на калитке: «Тех, кто тут насвинячит, ****** леший». Пока работала.
— Олег, Шенг, как проверим территорию — мост снимем. Всё безопаснее будет, чем просто так. Дверь у избушки нараспашку, мне это не нравится.
— Зомби?
— Вот и проверим.
Я отворил калитку, перешёл по мосту на другой берег.
— Так, ребятки, надо разделиться. Так мы быстрее найдём, кто тут прячется, — видя вытянувшиеся лица, я улыбнулся. — Да шучу я. Переходите давайте. Вы все остаётесь тут, сторожите Лену. Мэй, Маша, вы по сторонам разойдитесь, метров на пять от остальных. Я всё проверю, просто прикройте меня. И не убейте, бога ради.
Я выдвинулся, держа наготове обрез и уже зарекомендовавшую себя косу. Бурана позвал с собой — не хватало в темноте на морока наткнуться. Пёс был насторожен, но об опасности пока никак не оповещал.
Дверь избушки была открыта, внутри я не нашёл никого. Из интересного — на полу стояли сумки, на столе была накрыта целая поляна: закуски, морс, коньяк.
Баня оказалась затоплена, но уже практически остыла. В баке для горячей воды вода ещё была тёплой. Ванна для холодной — наполнена. Напротив печи в ящике заготовленные дрова, которые так и не успели подкинуть в печь.
Значит, быстренько растопим, и скоро уже можно будет мыться.
За домом обнаружился труп, о котором заранее просигнализировал запах начавшегося уже разложения. И — жужжание мух.
Артур — его я знал только по имени, всё наше знакомство состояло в том, что мы здоровались, когда случайно пересекались в Солонешном. Я сел рядом, осмотрел его.
На лице — застывший навсегда ужас, глаза на выкате. Веки я опустил.
— Покойся с миром.
У него было разорвано горло, майка-алкоголичка порвана на груди и насквозь пропитана засохшей уже кровью. Грудина, естественно, вскрыта.
Обычно Артур ходил на охоту со своим другом, имя которого я не знаю. Очевидно, что друг обратился.
Почему труп не обглодан, не ясно. Возможно, мутант нашёл ещё одну цель и ломанулся за ней. Собака, может? Точно не лошади, на коновязи никаких следов их пребывания. Да и они переломали бы ноги, если бы с берега в реку сиганули, русло каменистое и неровное.
На поясе у мертвеца нашёлся патронташ — как и перешедший
Жаль, что у мужиков был только гладкоствол, ещё одна сайга или карабин другой модели были бы не лишними. Надеюсь, в сумках в доме ещё патроны найдутся.
Тут же, за домом, был перевёрнут мангал. Угли давно остыли, мясо на шпажках валялось на земле. В кастрюле рядом обнаружилось ещё немного. Не дичь, курица, это они с собой принесли явно. Ещё и маринад на уксусе…
Эх, мужики.
Бурана шашлык заинтересовал, но я коротко бросил:
— Фу. Поешь ещё, упокойся.
Сарай был закрыт, на я достал из под кирпича неподалёку ключ и на всякий случай проверил — внутри было пусто. В огороде кто-то потоптал грядки, погреб и туалет тоже оказались пусты.
Никого, только ручеёк тихо звенит. Это — местный источник чистой воды. Для бани из реки набираем, летом вода очень чистая, только по весне мутнеет.
Значит, где-то рядом может быть мутант. Судя по ранам — я нашёл на теле Артура характерные проколы от когтей — это крюкач. Возможно, ещё и с патронташем на поясе.
Ладно, ещё поймаем его.
Я забрал с чердака бани керосинку, поднял с земли одну из шпажек с куриным испорченным шашлыком, двинул к ребятам.
— Всё спокойно. Убитый охотник, и всё. Мутант был, но давно свалил. А сейчас потерпите — последний эксперимент. Олег, держи керосинку, зажигать пока не надо.
С шашлыком в руке — с одной стороны сгоревшим, с другой сырым — я по мосту вернулся обратно. С собой не взял даже Бурана.
Пёс всю дорогу водил ушами, оглядывался на кусты. Пару раз даже гавкал, но без агрессии — просто предупреждал меня, что заметил кое кого. Да и я сам видел то качающиеся вдалеке кусты, то хруст ветки слышал.
Ребят это беспокоило, но я всех успокоил. Впрочем, они и сами знали, что мутанты бы уже давно напали, не преследовали бы по тихой так долго.
Ну вон, и сейчас кусты опять шевелятся. Преследователь никуда не делся. И я знаю, кто это там, пару раз засекал краем глаза его мохнатую задницу с коротким хвостом.
Хотя, почему мохнатую? Чешуйчатую.
— Эй, — тихо позвал я, неспешно приближаясь к кустам. В листве зашебуршало — но он не сбежал. Я остановился неподалёку, снял со шпажки мясо, свалив рядом с собой в небольшую кучку. — Ты ведь не наелся тогда почками с печенью, да? Но было вкусно. Я ещё угощение принёс. Не стесняйся.
И я шагнул на пару шагов назад, уселся на корточки, чтобы уменьшить свой силуэт.
Ну?
Ждать пришлось минуты две — и медвежонок наконец показался.
Проурчал что-то неуверенно — и покосолапил к мясу. Сейчас, когда он не бежал со всех ног, я заметил, что он прихрамывает на правую заднюю лапу. Может, они с матерью на мутантов напоролись? Его ранили, мать оставила его в берлоге, которая ей уже не по размеру была, а сама пошла охотиться.