Сирота

Шмаков Алексей Семенович

До лаборатории Волк добрался за сорок минут. Он ехал, наплевав на правила и на все камеры, что встречались. Даже один раз пришлось останавливаться, чтобы объяснить, выполнявшим свой долг полицейским, что очень спешит и нет времени разбираться с ними. Принадлежности к СБ старшей семьи для этого вполне хватило.

Бедолаги полицейские, узнав, что перед ними настоящий боевой маг, а любой другой просто не может находиться на посту заместителя главы СБ Апраксиных, побледнели и начали заикаться. Даже предложили Волку сопроводить

его, чтобы минимизировать риск пробок, остановок на светофорах и встречи с ещё одним патрульным экипажем. Заботились о своих коллегах.

Волк принял это предложение и дальше ехал с эскортом, благодаря мигалкам и сирене которого без проблем проехал все пробки и больше не останавливался.

Лаборатория была без охраны, да и кому в голову взбредёт нападать на людей императора? Такие идиоты долго не живут. Рюриковичи крайне щепетильно относятся к оскорблениям. И любая попытка нападения на людей, работающих на них, расценивается именно как личное оскорбление рода.

Впрочем, так поступают любые старшие семьи. Тронь слугу, и будешь иметь дело с его хозяином. Это правило отлично известно всем в империи. Да и за её пределами.

Миновав три контура шлюзовых дверей, где Волка обработали, продезинфицировали и сделали ещё непонятно что, он оказался возле нужной двери. Непосредственно в помещении, в котором проводились все необходимые процедуры.

— Спешил как мог. Здесь все? — спросил Волк, оказавшись внутри помещения, заставленного множеством приспособлений, названия которых он не знал.

Здесь же находилось шесть человек в белых халатах. До появления гостя они о чём-то оживлённо разговаривали. Атмосфера была рабочей. Никакого напряжения в воздухе, и это очень хорошо.

Значит, эти люди уверены, что они не нарушили конфиденциальность проверки. Именно этим славились лаборатории Рюриковичей. Информация из них не уходила даже хозяевам. Но Волк не мог положиться на случай.

— Все, кто работал с вашим материалом. — ответил Волку руководитель этого отдела лаборатории Вишня Геннадий Альбертович. — Я так понимаю, вы хотите поставить запрет на разглашение? Давайте поспешим. У нас ещё много работы. А сегодня это уже второй раз. И хочу предупредить, что любая попытка получения другой информации будет строго караться. Пункт шесть точка три договора об оказании услуг.

Волк лишь отмахнулся от этого предупреждения. Он был слишком опытным разумником, чтобы вляпаться по дурости.

— Данные с серверов? Все записи и прочие носители информации?

Вишня молча взял коробку со стола, что стояла у него за спиной, и передал её Волку. Стандартная процедура, к которой сотрудники лаборатории всегда готовы.

— Теперь прошу вас не волноваться и думать исключительно о моём поручении.

— Несомненно Владимир Алексеевич. Мы умеем работать с разумниками.

В это же время в соседнем помещении расположился

человек, которого Волк мог считать своим учителем, погибшем несколько лет назад во время очередной войны между кланами. Но на самом деле он просто перешёл работать к Рюриковичам. Работать с самыми сложными задачами, совсем как эта.

Третий Мастер-разумник на всю империю, который сейчас подсовывал своему ученику ложную информацию. Работал он только с руководителем лаборатории. Его подчинённым не нужна была эта информация. Впрочем, после работы Мастера и Вишня забудет о полученных результатах.

А вот император обязан знать о том, что почти тринадцать лет назад его верные сторонники решили утаить часть правды. Решили спрятать одного из близнецов. Отправить его в свободное плавание, для самостоятельного развития дара, как раньше делали все старшие семьи.

Это сейчас они слишком разнежились и держат потомков в тепличных условиях, что автоматически делает из них слабаков и слюнтяев.

Империи не нужны такие наследники. Они делают её слабой. А слабые всегда погибают первыми.

Глава 8

— Знакомься, Виктор, это Екатерина Андреевна, твой учитель этикета, танцев и просто хороших манер. — представил мне Волк женщину в элегантном тёмном платье, которое отчего-то напомнило мне шторы в нашей комнате в детском доме.

На них также было очень много сборок, и посередине они были перетянуты верёвкой. Да и цвет очень был похож.

А ещё, волосы у моей новой учительницы, были собраны в большой пучок. Он походил на набалдашник от старой деревянной гардины, на которой и висели шторы. Вот и получается, что учить меня хорошим манерам будет Штора. Так и буду её называть.

Правда, я совершенно не понимал, для чего мне это нужно? Здороваться я умею, говорю спасибо, пожалуйста, даже спокойной ночи желаю. В носу не ковыряясь, ногти не грызу. А чего ещё нужно? Я отлично воспитан и точно не нуждаюсь в учителе.

Да и танцевать не люблю. Пробовал несколько раз, когда в приюте устраивали танцы. Мне не понравилось. К тому же нужно танцевать с девчонками, а они всегда слишком много требуют. На такие траты я не готов идти ради того, чтобы девчонка топталась мне по ногам.

Отчего-то старшим ребятам это безумно нравилось, и они старались прижимать девчонок к себе сильнее. Вот я и решил тоже попробовать. Но не моё точно. Да и Серый говорил, что ему тоже не понравилось. Нам тогда было лет по девять. Но я уверен, что за три года ничего не изменилось.

— Здравствуйте, — поздоровался я с учительницей, показывая, что уже хорошо воспитан. — Уверен, что ваши уроки невероятно полезны, но, к сожалению, мне они не нужны. Я хорошо воспитан, знаю все волшебные слова, не имею вредных привычек, а танцевать не люблю. Особенно с девчонками. Они слишком много требуют.