Сирена
Шрифт:
– Уверяю вас, игра только началась.
Зак не уступал.
– Зато игра, в которую играете со мной вы, закончилась. Покажите мне все, что хотите показать. Расскажите все ужасные истории, которые у вас есть. Но я знаю, кто такая Нора Сатерлин.
– Знаете? И кто она?
– Писательница.
– Вне всякого сомнения. Причем, весьма талантливая. Но она не только писательница, Закари.
– Мне нет дела до ее личной жизни. И что бы вы ни говорили, она не монстр.
Сорен вздохнул и Истон увидел в его глазах что-то неожиданное, что-то, похожее на сопереживание.
–
Зак проследил за его взглядом. В отличие от остальных, ручка этой двери была белого цвета, на которой висел знакомый стек - черный с белым плетением. А из самой комнаты доносился еле слышимый звук - рожденный болью хнык, одинаково мучительной и жалобный, как плачь ребенка. Теперь Сорен смотрел на Истона.
– Но она и не святая.
Глава 22
Зак облегченно выдохнул, когда под конец прогулки по "Восьмому Кругу", они вернулись к бару. Сорен провел его к столику, располагающемуся на платформе, в самом дальнем от балкона углу помещения. По всей видимости, это был лучший столик заведения, зарезервированный для него одного. Когда они с Истоном заняли свои места, их окружила небольшая армия обслуживающего персонала, включая Гриффина.
– Желаете выпить?
– спросил священник, и, протянув руку, начал небрежно поглаживать волосы, и украшенную кожаным ободом шею юной, милой девушки, ожидающей у его ног.
– Боюсь, я уже исчерпал свой лимит в два напитка.
Сорен послал ему легкую улыбку.
– В клубе у меня есть некоторое влияние.
– Тогда еще один джин-тоник.
– Конечно.
Он наклонился вперед, и девушка приподнялась на коленях. Взяв ее лицо в ладонь, он что-то прошептал ей на ухо. Вспыхнув, девушка улыбнулась и что-то прошептала ответ. Сорен сделал паузу, видимо, обдумывая ее слова, затем повернул голову, снова что-то прошептал, и, поднявшись, девушка поспешила к бару.
– Могу я поинтересоваться, что это было?
– Всего лишь озвучил наш заказ.
Щелкнув пальцами, священник указал Гриффину на пол. Тот незамедлительно встал на четвереньки у ног Сорена, подставляя свою идеально ровную спину.
– Заказ напитков требует приглушенного перешептывания?
– спросил Зак.
– Вовсе нет, - ответил Сорен с порочным весельем, промелькнувшим в его стальных глазах, - но даже заказ напитков может стать интимным актом, если совершить его надлежащим образом.
Подняв ноги, он положил их Гриффину на спину.
Девушка вернулась к их столику с джин-тоником Истона, и бокалом красного вина для священника. Забрав напиток из ее руки, Сорен оставил поцелуй на середине ее ладони. После очередного, краткого обмена шепотом, девушка удалилась. Зак вопросительно приподнял бровь.
– Всего лишь, выразил обычную благодарность, - объяснил Сорен.
Истон посмотрел на Гриффина, который встретив его взгляд, подмигнул. Он хотел было поспорить со священником, что в ней ничего, даже отдаленно, не казалось обычным, но в этот момент, из-за боковой двери
Присев для Сорена в самом небрежном реверансе, Нора шагнула на платформу, игнорируя попытки Гриффина укусить ее за лодыжки. Сатерлин театрально плюхнулась Истону на колени, который, в свою очередь, обнял ее рукой за талию. Подобные собственнические замашки альфа-самца никогда не были ему свойственны, однако он не смог устоять, и не продемонстрировать священнику, что они с Норой не были его марионетками.
– Где ты была, моя дорогая?
Зак хотел посмотреть, как Сорен отреагирует на прямой флирт. Он поцеловал ее в плечо.
– Прости, что это заняло так много времени, - Нора быстро глотнула его джин-тоника, - нужно было помочь одному другу.
Вдохнув, Истон распознал окутывающий ее кожу сладковатый, пьянящий запах - знакомый запах, который исходил от Грейс после их занятий любовью. Он знал, что она не была с Сореном. Или с Гриффином... Вспомнив о подвязке в своем кармане, Зак задумался, была ли она с другой женщиной.
– Очень хорошо, Элеонор.
Окунув средний палец в вино, Сорен стал нежно водить смоченной подушечкой по кромке бокала.
– На время твоего отсутствия, я развлекал дорогого гостя.
Сатерлин стрельнула в Гриффина испепеляющим взглядом, но тот только пожал плечами, неловко извиняясь со своего положения на полу.
– Значит, у нас с Заком выдалась длинная ночь, - сказала она Сорену.
Откинувшись Истону на грудь, Нора спросила, - Готов идти?
– Абсолютно, - ответил он и посмотрел на священника, в глазах которого не было ни ревности, но и ни милосердия.
Зак понял, что ему никогда не переиграть этого человека, особенно находясь на его территории.
– С вашего позволения, Сэр, - Сатерлин обратилась к Сорену.
– Конечно. Я вас провожу.
– В этом нет необходимости.
Встав позади Норы, Истон взял ее за руку. Она же, переместив ладонь в хватке, намертво вцепилась в его большой палец.
– Я настаиваю, - произнес священник.
Сатерлин предупредительно сжала руку своего редактора. Судя по всему, Сорену не следовало отказывать. Спустив ноги на пол, он поставил бокал вина Гриффину на спину, расположив его на плоской поверхности между лопатками.
– Оставайся на месте, - приказал он парню, стоявшему на полу в неподвижной, напряженной позе.
Когда Сорен предложил Норе свою руку, Истону польстило ее нежелание отпускать его ладонь. Они пошли впереди, и Зак последовал за ними вплотную, после чего все трое спустились на лифте и пробрались через нижний уровень, игры в котором стали громче из-за появления еще большего количества завсегдатаев клуба. Истон думал, что Сорен оставит их возле лифта, но тот вошел с ними и, взяв ключ, вставил его под нижнюю кнопку. Дверь закрылась, и кабина поехала наверх. Когда они оказались в коридоре, через который ранее заходили, Зак вышел.