Сирень
Шрифт:
Какое-то время она позволяла мне развлекаться, вцепившись в мои волосы, как будто свисала со скалы, и я был ее единственным спасательным кругом, но потом…
— Рик.
Я почувствовал, что она пытается оттолкнуть меня. Мое сердце пропустило удар, прежде чем упасть в желудок. Неужели она уже передумала?
— Знаю, что это наш первый раз, и как бы я ни ценила прелюдию, уверяю тебя, я готова, — сказала она мне, тяжело дыша. — У нас не так много времени.
Она улыбнулась так мило, что, хотя я и подумывал о том, чтобы снова наброситься на нее,
Сегодня на ней были черные джинсовые шорты, что говорило мне о том, что трахаться в зоопарке не входило в ее планы. Она нуждалась во мне достаточно сильно, чтобы не волноваться, если нас поймают. Я быстро расстегнул ее шорты и помог ей стянуть их, так как они были чертовски обтягивающими. На ней были колготки в сеточку, но вместо того, чтобы терпеливо стянуть их с ее ног, я разорвал их на ее промежности. После того, как она ахнула, я наблюдал, как ее удивление перерастает в желание. Она смотрела на меня так, как смотрели все мои прошлые любовницы, когда до них доходило, что мои занятия любовью не соответствуют моей индивидуальности. Они ожидали чего-то милого и нежного. Это был первый раз, когда я пожалел, что не могу услужить ей.
— Жаль, что у нас сейчас нет кровати.
Она издала этот мурлыкающий звук, который отозвался эхом глубоко в моем животе и дошел до моего члена.
— Я тоже, но всегда есть «потом».
Я снова поцеловал ее, прежде чем повернуть лицом к стене. Ее волосы были собраны в пучок, а затылок манил к себе, так что я поцеловал и его, прежде чем наклонить ее. Она оставалась в таком положении, упершись руками в стену, пока я быстро расстегивал джинсы и вытаскивал свой член. Я молча молился, чтобы у меня была защита, пока выуживал свой бумажник и доставал из него единственный презерватив. Спасибо, блядь.
— Поторопись, — подгоняла она меня.
Я обернул свой член так быстро, как только мог, не порвав резинку и не испортив свой шанс. У нас всегда было то горячо, то холодно. Так что не было никакой гарантии, что будет еще один.
С этим напоминанием я быстро нашел ее мокрый вход. Мне нужно было оказаться внутри нее прямо сейчас. Медленно заполняя ее киску, я понял, что она была еще туже, чем я себе представлял. Если бы не Хьюстон, я бы подумал, что она девственница.
— Рик…
Я не мог ответить.
Она была слишком горячей, слишком влажной, и я слишком отчаянно нуждался в ней.
Обхватив ее бедро одной рукой, а другую положив на стену над ней, я начал жестко трахать ее, показывая ей, до какой степени я нуждался.
Я притянул ее тело к себе, одновременно входя в нее сзади.
Звук шлепков нашей кожи и моего члена, входящего и выходящего из ее киски, эхом разносился по туннелю, смешиваясь с ее стонами и моим кряхтением.
Пот выступил у меня на виске и собрался у нее на спине.
Я перестал осознавать, что меня окружает, и мне было все равно, наблюдает
Это… черт возьми, я даже не знал.
Что бы это ни было, этого не должно было случиться. Предполагалось, что она ничего для меня не значит. Теперь мне казалось, что я не смогу жить без нее.
Приподняв ее, я прижал ее лицом к стене, а затем схватил за подбородок, прежде чем повернуть ее голову:
— Что ты со мной делаешь, Брэкс?
— Не знаю, — захныкала она.
— Не знаешь? — эхом повторил я, двигаясь внутри нее. Она покачала головой, насколько позволяла моя хватка. — Чушь собачья.
Я должен был заботиться только о том, чтобы вернуть своих друзей, но вместо этого меня беспокоило только то, кто из нас сохранит ее. Если она выберет Хьюстона или Лорена… Я не смогу остаться. Я не смогу смотреть, как она счастлива с ними. Я был эгоистичным ублюдком, но я хотел быть ее эгоистичным ублюдком.
Слишком скоро я почувствовал знакомое шевеление в животе, когда мое сердцебиение участилось. Мое тело взяло верх, подталкивая меня к точке невозврата.
Мои бедра начали двигаться сами по себе.
Быстрее. Сильнее. Трахал с целеустремленным намерением.
Я трахал ее так сильно, что боялся, что у Брэкстон появятся синяки от силы с которой мое тело использовало ее. Прижатой к стене, ей некуда было деваться, у нее не было другого выбора, кроме как принять мои дикие ласки.
Любой, кто находился поблизости, сразу бы понял, что мы делаем. Доблестный герой, которым я хотел быть, подумал было остановиться, но потом мои мышцы напряглись, и я вцепился в Брэкстон, когда мое семя хлынуло в презерватив.
Чувствуя себя вялым и сонным, я наклонилась вперед, стараясь, чтобы большая часть моего веса не пришлась на Брэкстон. Я разрушил ее надежды сбежать. Я не хотел разрушать и ее кости тоже.
Под предлогом того, что мне нужно отдышаться и убедиться, что ноги меня выдержат, я выпрямился. Только когда я набрался смелости встретиться с ней взглядом, я повернул Брэкстон лицом к себе.
— Ты знаешь, что творишь удивительные вещи с самооценкой девушки.
Я выдавил смешок, даже когда почувствовал, что мои щеки запылали. По моим подсчетам, она подарила мне три оргазма, а я подарил ей… один.
Дерьмо.
— Прости, — прошептал я, притягивая ее ближе. — Прошло много времени, — я был слишком занят охотой на своих демонов, чтобы беспокоиться о том, чтобы потрахаться.
Сделай это, уговаривала меня моя совесть. Сейчас было самое подходящее время рассказать ей об Эмили.
С другой стороны, может быть, и нет.
Мой член был внутри нее меньше минуты назад. Известие о том, что ты переспала с женатым мужчиной не то, что девушка хочет услышать сразу после секса. Было слишком поздно, чтобы когда-нибудь наступило подходящее время, но худшего момента, чем сейчас, быть не могло.