Синяя трава

Кантропов Пётр

* * *

Буданов начал день с того, что подошел к Володарскому обсудить планы на день:

– Ну, Аркаша, сегодня как раз в пору провести кросс.

– Давай отложим! Охотники вымотались вчера. У тех, кто работал в лагере явное преимущество будет.

– И что ж делать? Итак вчера кросс должны были провести, а пришлось отложить.

– Сегодня что-нибудь попроще. Вот, – он заглянул в листочек со списком необходимых состязаний. – Ага, вот прыжки в длину. С места и с разбега.

– Прыжки так прыжки, –

легко согласился коллега.

Для прыжков с места расчертили пять одинаковых шкал в неких условных единицах, разбили всех на пять групп и поставили на каждую ответственных, которые записывали, кто до какого деления допрыгнул. Прыгунам давали по три попытки и в зачет брали лучший результат. Затем отобрали по четыре мужчины и четыре женщины с каждой группе для финала, который уже проводился на одной и той же шкале для всех. Победил Геннадий, у него и ноги самые длинные.

Для прыжков с разбега тоже прочертили пять дорожек и давали по три попытки. Спортсмены приземлялись в кучу травы, а судья фиксировал точку касания самой ближней части тела. После каждого прыжка помощникам приходилось уплотнять кучу травы, а через несколько прыжков менять. В результате победил Олег.

После стометровки все, у кого были нелады с обувью, подремонтировали ее и теперь чувствовали себя в лаптях относительно уверенно. В качестве призов за прыжки раздали по полоске металла.

– Ну, и как, вырисовываются уже у нас основные бойцы? – спросил Буданов бухгалтера, который с привычной тщательностью записывал все результаты состязаний.

– Да, знаешь, не особо. Получается, что некоторые способные метальщики совсем не умеют бегать. И наоборот – некоторые ребята с хорошей физической подготовкой не могут попасть по мишени. В принципе, есть несколько человек, которые показывают неплохие результаты во всех соревнованиях. Ну, как неплохие – по сравнению с остальными, я имею ввиду. Большинству наших людей не мешало бы похудеть. Думаю, пора уже оборудовать тренировочную площадку. Может быть, некоторые после долгих тренировок смогут бросать лучше, чем те, у кого получается лучше сейчас.

– Абсолютно согласен. И после всех состязаний прямо каждый день станем тренировать. Распишем, допустим, у этих сегодня борьба, завтра бег, послезавтра копье, у тех – наоборот.

– Лучникам нужно каждый день тренироваться. В любую погоду.

Первое, что они сделали – это подобрали место под полигон для метания копья и притоптали на нем траву. Тренировочное поле представляло собой открытую площадку с несколькими деревьями впереди. Офицеры притащили несколько снопов рогоза в качестве мишеней. У самого большого дерева обломали ветку так, что та повисла на одной коре и свободно болталась из стороны в сторону. К ней примотали еще один сноп, и получилось что-то вроде движущейся мишени. И на полчаса остались веселиться сами на этом же полигоне. Буданов отклонял ветку так, что та начинала раскачиваться, отбегал назад и бросал копье в движущуюся

копну. Попасть так и не удалось, но пока бегал туда-сюда аж весь вспотел. Через полчаса этого занятия ветка оторвалась.

– Ладно, скрутим потом веревку какую-нибудь и повесим, – сказал он и покинул тренировочную площадку.

* * *

После обеда Гарик собрал двенадцать человек и провел для них тренировку по управлению плотом. Сначала он объяснил, как лучше рассадить гребцов и как выравнивать плот, а потом провели практическое занятие. Сплавали туда – обратно два раза, и каждый попробовал себя в качестве капитана.

– Брагу пора бы ставить уже, – задумчиво протянул Антон на пути обратно.

– На чем? – спросил Гарик.

– На той же малине можно. Или на моркови. Главное, емкость подходящую найти.

– Емкостей дефицит, – отозвался Максим. – Они много для чего нужны. Для бани, для кухни, просто воду таскать.

– Ну, деревянные-то мы сможем сделать?

– Пожалуй, сможем.

* * *

На канаве от бани удалось достичь скорости в двенадцать метров за сутки. Побегав по трассе, Рита решила, что можно строить канаву на нескольких отрезках одновременно.

– Нужно дополнительно двадцать мужчин на канаву, иначе провозимся до зимы. – сообщила она Рокотову.

– И как ещё двадцать каменотёсов ускорят дело?

– Канаву я разметила на пять частей. Таким образом суммарная дневная скорость подымется ориентировочно до шестидесяти метров в сутки. Не в первый же день, разумеется. Итого дней за десять сделаем, – отрапортовала француженка.

– Хорошо, Рита, думаю, найдём людей. Баня действительно необходима. Ну, а что с остальным строительством? Женщина пожала плечами:

– Всё хорошо пока двигается. Пслезавтра закончим первое овощехранилище. Сегодня же начали копать второе. Под третий барак фундамент начали делать. Да ты и сам видишь – строений у нас пока немного.

– Хорошо. Спасибо тебе! Пойду искать каменотёсов.

Максим командира, поинтересовавшегося излишками рабочих, отшил сразу:

– Пока в самолёте остаётся хоть капля горючего, никого не отдам. Пожара нам только не хватало. Все следят за шлангами. Кстати, я и Буданову сказал сегодня здесь дежурить.

– Понятно всё. А потом? Людей нужно менять, чтобы попробовали себя на разных работах.

– Про потом спрашивай у них сам! Мне бы хотелось менять их пореже.

Быстро выяснилось, что желающих сменить работу всего трое. Двое из них хотели поработать с деревом, а один заявил, что помрёт, если не порыбачит хотя бы один день из семи. Чем заниматься в остальное время ему всё равно. Господин Хоменко, бывший владелец автомастерской, а ныне обладатель одного из четырёх пистолетов, заявил, что никуда не уйдёт до полной эвакуации остатков самолёта, однако, готов при необходимости на денёк – другой переключаться на что-то другое.