Синтез
Шрифт:
— Пусть везут сразу десяток, — хмуро сказал он, выглянув за окно. Вдоль заводского корпуса протянулась цепь передвижных генераторов. Сейчас они были отключены; никакие кабели пока не соединяли их с заводом. У стены стояли сдвинутые в кучу опоры для будущей высоковольтной линии.
Фюльбер оглянулся на него и коротко усмехнулся.
— Это выглядит нелепо? Не смущайтесь. Это временная мера. Переговоры ведутся уже три месяца. Скоро мы получим разрешение на строительство электростанции. Два реактора решат все проблемы Канадских территорий.
Гедимин вздрогнул всем
— Здесь будет атомная электростанция?
— Именно, — без тени улыбки ответил Фюльбер. — В нашем деле слишком много формальностей, мсьё Гедимин. Нельзя взять и поставить два реактора посреди канадских лесов. Но они здесь будут. Возможно, строительство начнётся в этом же году. Кажется, это… обеспокоило вас?
Сармат качнул головой. Мысли разбегались во все стороны и никак не складывались во что-то связное.
— Когда работа начнётся, я буду иметь вас в виду, — слегка улыбнулся человек. — Такие специалисты нужны нам. Но первоочередная задача — монтаж оборудования в кассетном цехе. Мы сворачиваем направо и спускаемся. Я бы с удовольствием продолжил наш разговор, но дела не ждут.
Галерея проходила на уровне второго этажа; сейчас сарматы спускались на первый, оставив над собой рельс электрокрана, протянувшийся по потолку огромного пустого ангара. Здание было практически готово, не считая разобранных потолочных перекрытий. Высокие ворота с массивными створками были открыты настежь, и только плёнка защитного поля не пропускала внутрь снег. Пахло холодным металлом, оседающей фриловой пылью и мокрым камнем.
Трое сарматов в бело-красных комбинезонах стояли посреди зала, разглядывая стены и балки. Они обернулись на звук шагов. Гедимин стиснул зубы и с трудом заставил себя остаться на месте. Хольгер рванулся было вперёд, но налетел на его спину и остановился рядом.
— Хорошего утра, месьё, — слегка улыбнулся Фюльбер. — Ваш рабочий день начался. Он закончится в семь вечера, по общему заводскому гудку. Ваши вещи на старых квартирах, можете забрать их. Жду заявки на монтажную бригаду и замечаний по проекту в целом.
Он слегка наклонил голову, развернулся и пошёл к выходу. «Броненосец» молча побрёл следом, грохоча стальными «копытами». «Обшивка разболтана,» — машинально определил Гедимин.
Он ещё успел сделать один шаг вниз по лестнице. В следующую долю секунды на него навалились со всех сторон.
— Живой! — выдохнул ему в ухо Линкен и сжал объятия ещё крепче. Гедимин, стиснутый со всех сторон, довольно сощурился и прижался щекой к его виску. Он хотел обнять всех сарматов, но длины рук не хватило, и он сгрёб в охапку только Линкена и оказавшегося рядом с ним Иджеса. Лилит и Хольгер обхватили его сзади, едва не выдавив из его груди остатки воздуха.
— И правда, живой, — хмыкнула самка, когда горячий плотный клубок распался, и сарматы отступили друг от друга, тяжело дыша и едва заметно усмехаясь. — Линкен думал, тебя расстреляли.
Гедимин ухмыльнулся.
— Я думал так же о нём. Хорошо, что вы все живы. Что с лицом?
Левая скула Линкена была заклеена широкой полосой пластыря, из-под
— Ерунда, — отмахнулся Линкен. Он сам пристально разглядывал Гедимина и время от времени переводил взгляд на Хольгера. Убедившись, что оба они целы, он удовлетворённо усмехнулся.
— Странные макаки. Так поверишь в их дружелюбие. Ни одного расстрела!
— Видимо, им очень нужны специалисты, — ухмыльнулся Хольгер. — До крайности необходимы. Интересно, какие требования выдвинули их собственные инженеры, когда их позвали сюда? Похоже, вытащить нас из-под расстрела оказалось проще и дешевле.
Глаза Линкена на секунду потемнели, потом он резко качнул головой и посмотрел на Гедимина.
— Мы живы, и это хорошо. А корабль… Не слышал, что с ним? Меня взяли на руднике, я его вчера даже не увидел.
— Меня — на подлёте, — сузил глаза Гедимин. — Корабль уволокли в Саскатун. Будут изучать.
Он разглядывал сарматов, окруживших его. Им тоже выдали комбинезоны инженеров «Вестингауза» и такие же смарты-«рации» на ремешках. Иджес с сожалением косился на плечо — крепления для инструментов были пусты, все цацки остались у «макак».
— Теперь мы — инженеры «Вестингауза», — медленно проговорил Хольгер, будто пробуя слова на вкус. — Необычное ощущение. Странные методы найма у этой корпорации. Впрочем… Гедимин, ты теперь наш командир? Что мы будем делать дальше?
Сармат мигнул. На него внимательно смотрели все четверо. Никто не ухмылялся.
— Работать, — он достал рацию и развернул на экране план будущего цеха. Цвета линий обозначали, в какой очерёдности нужно будет устанавливать оборудование. Почти все они пока были нанесены пунктиром; сплошными линиями были очерчены стены, перекрытия и лестницы. Была там и небольшая дверь — как раз напротив площадки, на которой стояли сарматы. За дверью была начерчена лестница, поднимающаяся до второго этажа, а над ней — отдельное помещение, вытянутое вдоль стены цеха. Гедимин перевёл взгляд на стену на высоте трёх с половиной метров — там была огороженная смотровая площадка. Сармат ткнул пальцем в чертёж и удивлённо хмыкнул.
— Кабинет главного инженера? — Иджес посмотрел на экран и недоверчиво покачал головой. — Ура-ан и торий… У тебя тут своя лаборатория? Чего не показываешь?
Гедимин мигнул.
— Пойдём, — Хольгер тронул его за плечо. — С площадки лучше видно. А нам надо осмотреться.
Лестница, зажатая между стенами, выглядела странно. Высота её ступенек была рассчитана на сарматов, но с шириной архитектор промахнулся — Гедимин, идя точно по середине, едва не задевал плечами обе стены, а двое сарматов могли бы разминуться там только боком, и то впритык. Вдоль стены тянулась неяркая цепочка светодиодов и полосы флюоресцентной краски. Гедимин, вспомнив, что дизель для цеха ещё даже не привезли в город, удивлённо мигнул.