Синтез
Шрифт:
…Два сармата стояли на берегу, глядя на модели звездолётов в небе над озером. Гедимин не стал надевать капюшон — ветер был слабым, холод еле чувствовался, а ощущение тонкого льда, стягивающего кожу, было приятным. За приоткрытой дверью насосной станции что-то звенело и брякало; из её охранников снаружи стоял только припорошенный снегом «джунг».
— Информаторий сегодня работает? Странно. Кто там администратор? — спросил Хольгер, потеряв интерес к звездолётам. Гедимин озадаченно мигнул.
— Как обычно, наверное. Паскаль.
— Паскаль улетел на материк ещё вчера, —
Гедимин пожал плечами.
— Информаторий работает. Хотя… действительно странно, что он так рано улетел. Видимо, смену пришлют в январе.
За спиной сармата загрохотали «копыта»; он обернулся и увидел четвёрку охранников в экзоскелетах. Их координация движений заметно пострадала, из-под щитков виднелись раскрасневшиеся и очень недовольные лица. С собой они несли пластину прозрачного фрила в ярко-красной рамке — каркас для доски объявлений. Один из них отошёл в сторону и замахал руками, двое других стали прикреплять каркас к стене ремонтного ангара, и Гедимин удивлённо мигнул — доска растянулась на два метра в поперечнике. Четвёртый охранник, не дожидаясь, когда рамка будет закреплена, пытался затолкать в неё большой лист.
— Всем бригадирам представить в Управление списки не прошедших обучение по базовым курсам… — прочитал на развёрнутом куске листа Хольгер и посмотрел на Гедимина. — Любопытно.
Охранники возились долго, но через пятнадцать минут всё же ушли, оставив перекошенную доску объявлений с надорванным листом внутри. Гедимин подошёл ближе. «Образовательная программа «Полярная Звезда» открывает обязательные курсы для искусственнорождённых» — гласила крупно напечатанная верхняя строка.
— Рудник «Гуннар», первая смена, занятия с трёх до четырёх дня; вторая смена… — прочитал вслух Хольгер, быстро пробежал взглядом оставшийся кусок расписания и ткнул Гедимина в бок. — К апрелю доберутся до вас.
— Я учился, — недовольно сощурился ремонтник.
— Не всему, — ухмыльнулся Хольгер. — Основы общественных наук ты так и не прошёл. Так что…
— И ты тоже, — покосился на него Гедимин. — И многие в Ураниум-Сити. Тогда эти курсы не были обязательными.
«Ещё несколько порций мартышечьих обычаев и традиций,» — думал он, стараясь не щуриться. «Некогда мне в это вникать. К лету нужно спроектировать корабельный реактор…»
Посадочные полосы Шахтёрского аэродрома были пусты; последние глайдеры улетели ещё утром — на южную границу и в Порт-Радий — и пока не вернулись. Гедимин посмотрел на пустое небо и отвернулся.
— В информаторий?
«Координатор сарматских территорий Маркус Хойд выступил с официальным заявлением о всемерной поддержке образовательных программ…» Гедимин хмыкнул и пролистнул верхнюю страницу. «Континентальная корпорация «Вирм» вкладывает средства в восстановление заброшенных рудников Экваториального Атлантиса» — на фотографии, приложенной к следующей новости, сармат увидел знакомый пейзаж — красноватые скалы и странную растительность Нью-Кетцаля. На дальнем плане виднелись едва заметные градирни. «Медный рудник Нью-Кетцаля введён в строй. Новая жизнь медеплавильного
«Они действительно посадили там растения,» — Гедимин удивлённо смотрел на фотографии. Сольвентные поля под Нью-Кетцалем почти не отличались от ураниумских, только трубопроводы странно блестели и просвечивались на солнце. «Рилкар,» — узнал сармат и довольно усмехнулся. «И до мартышек дошло. Или закончились все старые трубы на складах…»
Он хотел перейти по ссылке на городской сайт Нью-Кетцаля, но отвлёкся на картинку к следующей новости. На ней была марсианская равнина, поросшая красновато-оранжевой травой; к ней иллюстратор прилепил изображение крупного вымершего животного — судя по мохнатости и загнутым бивням, мамонта.
«Плейстоценовый парк на Марсе — дерзкая фантазия станет реальностью? Совместный проект «Конли Биотех Индастриз» и Фонда восстановления природных ресурсов Северного Союза близится к завершению. Успешное клонирование шерстистого носорога и саблезубого тигра…»
Гедимин посмотрел на размытые фотографии, сделанные в закрытых вольерах. «Интересные существа. Я что-то слышал о них на курсе естественных наук. Но причём тут Марс?»
— Что там у тебя? — Хольгер заглянул в экран и хмыкнул. — Плейстоценовый парк на Марсе? Макаки никак не найдут применения лишней планете?
— Это выглядит… красиво, — Гедимин развернул картинки-«реконструкции» на весь экран. Огромное стадо странных животных, покрытых мехом, спускалось в красный каньон; мамонт держал в хоботе пучок красной травы; в скалах, сливаясь с пятнами лишайников, прятался крупный хищник.
— Надо Линкену показать, — ухмыльнулся Хольгер. — А то он не знает, для чего осваивал Марс. Вымершая палеофауна… интересно, кого они завезут на Венеру?
Гедимин внимательно посмотрел на него — глаза сармата-инженера то вспыхивали, то темнели, будто он сам не мог определиться, хорошо ему или плохо.
— Что ты нашёл?
— Смотри, — Хольгер развернул к нему телекомп. — В ноябре взяли последнюю базу «чистых». А позавчера был суд. Почитай, какие это люди, и к чему их приговорили.
— Надеюсь, к расстрелу, — буркнул Гедимин. «Хольгер жалеет «чистых»?! Пора ему к медикам…» — подумал он, вчитываясь в перечень имён под небольшой статьёй. «Высшая мера… тридцать лет лишения свободы… высшая мера… двадцать пять лет… Попадись они патрулю Кенена, так легко не отделались бы.»
— Всё правильно, — сказал он, повернувшись к Хольгеру. — Они убивали. А некоторым из них сохранили жизнь. Макаки снисходительны к макакам.
— Читать не стал? — покачал головой инженер. — Я так и думал. Это слишком большие сроки. Эти макаки тупы, но за это не сажают. А они не замешаны ни в одном нападении. Замешанные будут казнены, даже если вина не вполне доказана. Это не нравится мне, Гедимин. Тут явный перебор.
— Сойдёт, — фыркнул Гедимин. — Ты что, жалеешь «чистых»? Они нас не жалели.
— Да не в этом дело… — вздохнул Хольгер. Чья-то тень упала на его плечо, но Гедимин не обратил на неё внимания — пока её обладатель не прикоснулся к руке инженера.