Синтез
Шрифт:
Симба пристально смотрел в глаза Софии. Та заметила его взгляд.
— Вы мне не верите?
— У меня нет оснований ни на то, чтобы вам верить, ни наоборот.
— Ваше право. Вы меня слушаете?
— Да, продолжайте.
— Всё началось с того, что Князь рассказал Тадеушу о том, что ему предложили фантастическую сделку. Купить героин по сказочно низким ценам, в сказочном количестве, в короткие сроки. Вы верите в сказки? Тадеуш сразу же обратил на это внимание и предложил отказаться, но Князь уверил его в том, что отказаться никак нельзя по вполне простой причине.
— Что же это за вполне простая причина? —
— Причина заключалась в личности предложившего сделку. Это был не человек мафии. Это означало только одно.
— Заказ, — угадал Симба. — Вы слишком осведомлены о таких вещах.
— Я подготовилась, — не задумываясь, ответила София.
— Могу предположить, что вы можете знать от брата что-то, чего и я предположить не могу. Не так ли? Значит, заказ.
— Да. О вас я тоже знаю в разрезе заказа.
— То есть? — Симба был обескуражен.
— Когда всё началось, ваше имя появилось в записях Тадеуша. Тот, кто разработал схему, включил в неё именно вас по чьему-то предложению, вероятнее всего, что по предложению вашего руководства, которое, как вы догадываетесь, да, наверное, давно догадались, было в курсе происходящего — в какой-то дозволенной разработчиком мере. Вам же на пенсию пора — идеальный кандидат на то, чтобы особенно ни во что не лезть. Ну, вы и без меня всё прекрасно поняли. Разумеется, руководство вам не должно мешать, оно никому не должно было мешать.
— Вы намекаете на МГБ?
— Они контроллер.
— И заказчик, — заметил Симба.
— А вот тут заминка. В записях у Тадеуша нет уверенности в этом.
— Он не мог этого знать.
— Он и не знал, он делал выводы. Для этого ему было достаточно имеющейся информации, чтобы проанализировать ситуацию, иначе он бы не был советником Князя. Но это так.
— Что вы хотите сказать этим?
— Несомненно, МГБ было заказчиком, но, вполне вероятно, всего лишь, промежуточным, основной функцией которого был контроль и оперативное реагирование. Но и это сейчас не важно. Заказ не заказ, при определенных условиях и правильно выбранной позиции от сделки можно было отказаться. Я возвращусь к тому, с чего начала — проблема заключалась в личности продавца.
— Да, я уже понял, что это был не человек мафии. И вы хотите сказать, что это был человек Дракона?
— Не нужно так скептически к этому относиться. Именно так.
— Вы в это верите? — снисходительно спросил Симба.
— Мне всё равно, а в это верила не я. Это понял мой брат, поэтому они с Фридманом оказались в безвыходной ситуации.
— Простите, София, я никак не могу понять, чего вы от меня хотите.
— Прошу вас, дослушайте. Безвыходная ситуация в полном смысле. Дело в том, что Фридман вёл дела с Диего Санчесом. Мой брат всегда был против этого, но, тем не менее, факт остался фактом. Он понял, что предложение сделки именно Князю напрямую связано с Санчесом. Сейчас-то вы смогли в этом окончательно убедиться. Князь оказался между МГБ, своими коллегами, которых спровоцировали действия (эти выводы Тадеуш сделал позже) либо людей МГБ, либо людей Дракона, и, непосредственно Драконом, и ещё бог знает кем. При любом исходе выходило поражение. И поэтому…
— Ваш брат, даже ничего не выигрывая, просто решил всех запутать, причем подставив своего босса.
— Вы это вычислили тогда же?
— Нет. Все карты спутали
— Это Князь приказал без ведома Тадеуша. Насколько можно было предположить, насколько Тадеуш мог предположить, в самой сделке на заводе должен был присутствовать Князь. Он обыграл это без него.
— Тем не менее, предположив, что мафия все равно поймет, что он замешан.
— А что ему оставалось делать? — искренне спросила София.
— Выбрать другую профессию. Ну, это уже не имеет значения, как вы говорите. Вы простите меня, я почти допил пиво, но никак не могу понять, что вам от меня нужно. Вы мне всё рассказываете, предложили записи. Мне это всё интересно, но без доказательств…
— Я хочу отомстить за брата! — твердо объявила София. — Кроме него у меня никого не осталось. Он единственный, кто заботился обо мне, доверял мне, кому могла довериться я, кому…
— Я вас понял, но как вы хотите, и как я…
— Я знаю, кто его убил, — отрезала София.
— Согласно официальной версии он умер от инсульта, — заявил Симба.
— Вы же в это не верите.
— Это мое дело.
София достала тетрадь и передала её Симбе.
— Держите. Сами понимаете, использовать всю имеющуюся здесь информацию против всего мира вам не удастся. Дочитайте до конца. Вы поймете, кто мне нужен, и кто, возможно, нужен вам. Вы можете использовать ограниченную информацию, взять из контекста. Он не политик, не полиция, не «горбезопасность», не Дракон, он бандит невысокого полета и, думаю, никому не нужен, но он убил моего брата. Он убил моего брата и использовал меня. Он мерзавец и убийца. Он заслуживает наказания. И я даю вам возможность уйти на пенсию как можно заметнее.
Симба вздрогнул. София поднялась, наклонилась к нему и в полголоса произнесла:
— Моего брата убил Леонардо Манчини по кличке Змей.
Она встала и также незаметно как появилась, исчезла из кафе.
Симба остался сидеть на месте, глядя на лежащую перед ним тетрадь. Через некоторое время он открыл её и начал перелистывать одну страницу за другой, бегло просматривая содержимое, пока не нашел описание событий последних двух месяцев. За полчаса он изучил весь изложенный в тетради материал. Только закончив и закрыв тетрадь, он понял сколь неосторожно с его, опытного сотрудника полиции, стороны было сидеть вот так на глазах у всего кафе и изучать документ, содержащий информацию, способную поставить под угрозу жизни многих людей. В первую очередь его собственную.
«А если это всё фальшивка? — думал он. — Но зачем это ей? Зачем это, вообще, кому-то? А правда ли она сестра Термита? А может, это тот самый шанс? Как она сказала, заметно уйти на пенсию. Столько нелепых вопросов. Нужно что-то решать».
Симба поднялся, подошел к стойке и расплатился с Фло.
— Королева Почтового переулка, Фло, а у «Почты» есть другой выход? — тихо спросил он.
— Определенно, вы мужчина моей мечты! — восторженно произнесла Фло, — пойдемте за мной.
— Вы все сговорились сегодня? — Гашек зевнул так, что у него хрустнула челюсть, и посмотрел на часы. — Половина первого, суббота. Вчера моего коллегу повысили в звании. Я лег спать в восемь утра. В одиннадцать меня вызванивает сосед по срочному делу. В двенадцать ты. Я хочу спать, и у меня болит голова.