Синтез
Шрифт:
— Бегом, забираем!
Все, стоящие вокруг словно остолбенели. Видимо, дело было нешуточным. Воцарилась тишина. Все замерли, наблюдая за происходящим.
Пока Риту укладывали на носилки, врач доставала шприц. Она остановила санитаров:
— Секунду, — и быстро ввела Рите в вену лекарство, — поехали, быстро.
Санитары подняли носилки и понесли. Всё произошло мгновенно. Окружающие были поражены серьезностью положения. Максим очнулся и рванул к выходу.
— Что с ней? Что-то серьезное? Вы ей поможете? — пытался
— Думаю, мы её спасем. Ещё есть время. Не задерживайте, прошу вас.
Двери скорой помощи захлопнулись, и она рванула с места. Заревела серена.
— Куда её повезли? — спросила подбежавшая Сара.
— Как куда? — удивился Максим, — в больницу…
— А в какую?
— Чёрт!
— В ближайшую, наверное. Какая тут ближайшая?
— Нужно в справочную позвонить, — придумала Сара. — Или дяде, он быстрее скажет, как это у них происходит. Сбегаю, позвоню.
— Ты в порядке? — Гашек подошел к Максиму.
— Да со мной-то что? — раздраженно ответил тот. — Как я!..
— Что такое?
— Не спросил, в какую больницу повезли. А можно ведь было с ними поехать…
— Расслабься. Всё слишком быстро было, — успокаивал его Ян, — может, ничего страшного, всё обойдется.
Максим достал сигарету и прикурил.
Из отеля снова послышалась музыка.
— Дядя обещал разузнать, куда Риту привезут, — сообщила Сара.
— А праздник продолжается, — заметил Кальман, обращая внимание всех на игравшую музыку, — и снова объявили белый танец. Как быстро у нас всё забывается.
— Чужие проблемы интересуют людей только в том случае, если они задевают их самих, то есть способны создать проблемы им, — сделал вывод Максим.
— Что с ней было? — Вдруг из дверей отеля выбежала Сандра.
— Пока не ясно, её увезли. А что с тобой? — Сара была удивлена. На Сандре не было лица. «Как сильно она переживает, — подумала Сара, — только что в себя пришла».
— Что-то серьезное? — не унималась Сандра.
Рик был удивлен состоянием своей подруги не меньше Сары.
Вдруг Сандра расплакалась.
— Да что ты, дорогая? Всё будет хорошо, наша подружка выздоровеет и вернется к нам, — успокаивала её Сара. «Кажется, у неё стресс, — думала она, — очень чувствительная девочка». — Рик, поддержи свою девушку.
— Что это? — вдруг спросил Максим.
— Ты о чём? — решил уточнить Ян.
— Вы слышите? — продолжил Максим.
— Сирена, — сказал Кальман, — приближается. Ещё кому-то плохо?
Из-за угла дома выехала машина «скорой помощи» и остановилась у входа в отель.
— Вы сколько раз скорую вызывали? — полюбопытствовала Сара.
— А такое бывает? — удивился Максим.
— У нас всё бывает, — отреагировал Кальман, — хотя…
Гашек заметил напряжение, отобразившееся на лице Максима.
— Я позвоню дяде, — Сара
Максим прикурил сигарету от сигареты.
К часу ночи, когда бал ещё продолжался, Максим с друзьями обзвонили все больницы, поликлиники и, вообще, все возможные городские медицинские учреждения. Параллельно им помогал дядя Сары, и Гашек узнал всё, что мог через свои каналы. Маргариту они нигде не нашли…
Часть V. Глава 12
«Лунное кладбище» является одним из самых престижных кладбищ города, как бы забавно не звучало определение «престижное» со словом «кладбище». Сюда также можно отнести такой эпитет, как «элитное». Согласитесь, как чудесно звучит: «После моей смерти я буду лежать на элитном кладбище» или «Престиж для меня превыше всего, поэтому я выбираю себе именно это кладбище», или, скажем, «Элита лежит на элитном, или элитно», а всё потому, что «Я жил достойно, поэтому имею право достойно тлеть».
Луна огромной каменной глыбой возвышалась над входом на кладбище, олицетворяя тем самым солнце ночи, освещающее каждый уголок этого общежития усопших в то время, когда посетители не жалуют их своим присутствием и не мешают им мерно посапывать в своих уютных горбах, ставших для них вечным домом.
Первого сентября, когда все дети идут в школу для получения знаний, много любознательных собралось у входа на «Лунное кладбище». Весть о похоронах криминального авторитета номер один в городе, Слона, разнеслась со скоростью пуль, коими виновник столь скорбного торжества когда-то расчищал себе дорогу в жизнь.
В этот день пускали на кладбище далеко не всех. Так что, если по каким-то выходящим из ряда вон причинам, на кладбище покоились предки кого-то, не принадлежащего ни к власти, ни к бизнесу, ни… одним словом, ни к элите, то положить цветочки, да всплакнуть над могилкой у него сегодня не получилось бы. И нечему тут удивляться. Уважаемого человека хоронят — вора.
— Спасибо, что пришли, не забуду. Спасибо, что пришли, спасибо. — Сын Слона, Мукеш, по кличке Раджа пожимал руки гостям, предлагая проходить дальше.
— Иерархия, — ухмыльнулся Манчини, обращаясь к Ремону, показывая, как главы кланов собрались вокруг Раджи, после того как церемония направилась к месту захоронения. Их было семеро. Леонардо не заметил особой теплоты Раджи, когда тот пожимал ему руку, несмотря на то, что говорил о нём его отец на последней встрече. — Может, любовь и уважение Раджи, о которых мне говорил Слон, заключается в чём-то другом?
— О Князе они вспоминают? — спросил Ремон.
— Они о нём думают. Держу пари, они и не догадываются о том, что было на самом деле. Но что-то подозревают. Боюсь, дружбы нам не видать. Хоть мы и очистились… кровью Вялого.