Синий Мир
Шрифт:
Семм Войдервег даже поперхнулся от возмущения, всплеснул руками и, развернувшись, быстрым шагом направился прочь.
По Белрод, номинальный Старейшина клана Белродов (несмотря на то что брат Ирвин превосходил его годами), обратился к Склару Хасту, стоявшему на берегу с видом победителя и проигравшего одновременно – победа оставалась за ним, потому что крагена он все-таки прогнал, но заводь его была пуста и гола, словно морская пустыня.
– Ты что, – выдавил По Белрод, – в самом деле собираешься убить крагена?
– Не знаю, – отрезал Склар
– Это же такой зверь, – закрутил большой кудлатой головой По Белрод, лицом выражая сомнение. – И вообще, мне кажется, мы навлекаем на себя гнев богов.
– Каких богов, о чем ты?
– Царя-Крагена и его приближенных, – был ответ.
– Иди и подумай над этим как следует, – бросил ему Склар Хаст.
Вымогатель Тиммонс Вэлби вступился за Склара Хаста:
– А откуда Царь-Краген узнает? – резонно заметил он. – Он же не может быть везде одновременно.
– Он знает! Он все знает, – закликушествовал какой-то старый Пакостник. – На наши плоты обрушится проклятие: помните, что сказано Килборном в Аналектах? «Гордость приходит перед падением»!
– Да, но есть еще изречение Бакстера: «Отважный спасется от зла, а малодушный ему послужит».
Мужчины продолжали праздно стоять на берегу, глядя на сомкнувшиеся и уже спокойные воды лагуны. Промокшие выжимали одежду и переодевались, кляня на чем свет стоит привычки морских животных. Краген больше не появлялся.
– Наверное, прорвал дно в сетях и смылся, – прокомментировал его исчезновение Кидала Морган Ресли.
Постепенно толпа на берегу разошлась: иные направились по своим хижинам, другие в таверну – длинный барак, заставленный столами и скамейками вдоль стойки с винами и крепкими напитками, пряниками и перченой рыбой. Склар Хаст присоединился к последним, но во время обсуждения недавних событий угрюмо сидел за дальним столом, как будто все это его не касалось и не он был героем дня. Все горячо обсуждали поведение злополучного крагена, бесцеремонно посягнувшего на урожай, заодно высказывая мнения и о методе Склара Хаста, который тот применил для изгнания нахала. Джонас Сербано, Казнокрад, считал что Склар Хаст поступил неразумно:
– В делах касательно Царя-Крагена надо советоваться с мудрыми. И искать ответа в Аналектах и Завете, прежде чем предпринимать решительные шаги.
Взгляды устремились в сторону Хаста, но тот не откликнулся, похоже, не обращая на них внимания. Тогда встрял один из младших братьев Белродов:
– Все это прекрасно, но, пока мы будем обсуждать и наводить справки, тварь пожрет все, и мы останемся подыхать с голоду.
– Лучше лишиться урожая, чем разгневать Царя-Крагена, – отозвался Джонас. – Ведь океан – это его вотчина и рыба, которую мы ловим и разводим, принадлежит ему. Если он будет недоволен, он может в щепки разметать наши плоты, и это будет почище любого шторма! Помните – мы постоянно живем над бездонной пучиной. Мы всего лишь гости в этом мире – вот уже двенадцатое поколение.
Молодой Гарт Гассельтон, тоже из Вымогателей, хотя и занимался лозоплетением, заговорил
– Жизнь заставит – всему научишься. Если мы освоили ловлю рыбы, научимся и ловить крагенов. Мы должны стать хозяевами всего океана! И все, что в нем есть: губки, рыба и морские чудовища – должно принадлежать нам! Мы не перед кем не должны склонять голову!
За столом как раз напротив него сидел Иксон Мирекс, Арбитр плота Спокойствия, дюжий Казнокрад, мужчина не только крепкого физического сложения, но и решительного характера. Долгое время он не принимал участия в беседе, повернув свою могучую голову в сторону, словно бы давая понять, что ему безразличен разговор, и он желает одного – побыть в покое. Но вот он медленно оборотился и остановил угрюмый взгляд на молодом Гарте Гассельтоне.
– Слова срываются у тебя с языка как листья под напором ветра. Ты рассуждаешь безответственно. Может, ты считаешь, что мы в самом деле настолько всемогущи, что можем править бесконечным океаном? Пора бы понять, что наш покой и благополучие зависят вовсе не от нас, а от стечения обстоятельств высшего порядка. Мы существуем милостью Царя-Крагена, и от этого никуда не денешься!
Молодой Гассельтон растерянно заморгал над своей чашей, однако старого Ирвина Белрода, старшего из братьев, смутить оказалось не так просто:
– Я скажу тебе одну вещь, о которой ты, наверное, забыл, Арбитр Мирекс. Царем Крагена сделали мы. Вначале он был обыкновенным крагеном, может, чуть больше и умнее остальных собратьев. То, что он стал существом, пред которым благоговеют люди, – заслуга таких, как ты или этот Семм Войдервег. Но мы же можем и положить этому конец!
Уолл Бане, старый Лепила-ветеран, искалеченный падением с башни маяка, предупреждающе воздел указательный палец:
– Не забывайте изречение Кардинала из Аналектов: «Кто бы ни захотел дать, не найдется недостатка в тех, кто готов взять».
В этот момент в таверну зашел Семм Войдервег в сопровождении Зандера Рохана. Они сели рядом с Иксоном Мирексом, составляя триумвират; таким образом здесь оказались рядом три самых влиятельных человека на плоту.
Поприветствовав Войдервега и Рохана, Иксон Мирекс повернулся к Уоллу Бансу:
– Не надо зачитывать мне Аналекты; я могу напомнить тебе другое изречение: «Самый опасный глупец – это человек, не умеющий вовремя остановиться!»
– А я скажу тебе так: «Когда ты боишься отморозить руки в драке, останешься с расквашенным носом!» – парировал Уолл Банс.
Иксон Мирекс выпятил челюсть вперед:
– Не думай, что я собираюсь весь вечер тягаться с тобой в красноречии, Уолл Банс.
– Не лучший аргумент для того, чтобы выиграть спор, – заметил Ирвин Белрод.
– А я и не собираюсь перебрасываться изречениями, – гордо ответил Иксон Мирекс.
– Тем более, когда речь идет о спасении плота и всего флота.
– Вот именно! – воспрянул молодой человек. – Именно об этом мы и говорим. Проблема лишь в том, что мы видим это спасение по-разному!