Синий мир
Шрифт:
– Значит, в час ровно, дружище. Записываю вас крупными буквами. Как ваше имя?
– Отец Джон Ланкастер.
– О-о, понятно, – осторожно протянул мужчина. – Я Хосс Тигартен. Вы приходите в час, и я займусь вами немедленно.
Джон положил трубку и сидел некоторое время, размышляя, каким образом он собирается за это расплачиваться. Да, у него осталось триста шестьдесят два доллара из денег Джо Синклера. Можно сказать, они будут потрачены на доброе дело. Затем он полистал справочник дальше, среди «цветочных магазинов» нашел с адресом на Норт-Бич и сделал заказ
Глава 19
Оказавшись на Гринвич-стрит, Джон поднялся на лифте на пятый этаж здания, которое, судя по внешнему виду, пережило такое количество землетрясений, что было просто непонятно, как оно до сих про не развалилось на части, как карточный домик.
Офис «Инвестигейшнз Анлимитед» располагался за стеклянной матовой дверью, как в «Мальтийском Соколе» [8] , и Джон, стуча по стеклу костяшками пальцев, почувствовал себя настоящим Питером Лорри. И был готов услышать в ответ рык Богарта.
8
намек на детективный роман Д. Хэммета «Мальтийский Сокол» и его персонажей.
Но из-за двери доносились странные глухие звуки. «Тумп… тумп…» Пауза. Еще один «тумп». Сразу за ним следующий. Он постучал еще раз, погромче. По прежнему «тумп». Тишина. «Тумп… тумп». И скрип пружин – то ли дивана, то ли кресла.
Джон повернул ручку и отворил дверь.
Ему открылась единственная маленькая комната со столом, каталожным шкафом, кипами газет, пачками писем и прочими бумагами в картонных папках. Никакой секретарши и в помине не было; сквозь давно не мытое окно пробивался мутный свет. На столе – чашка из-под кофе и пепельница, полная окурков. Одна сигарета еще дымилась. Джон повертел головой в поисках признаков жизни.
Толстый мужчина в комбинезоне и красной полосатой рубахе занимался метанием дротиков. Перед ним на стене висела потрепанная, проколотая во многих местах фотография Джима я Тамми Бэккеров. На голове у него были наушники от аудиоплейера, включенного на полную мощность, потому что Джон даже со своего места мог слышать грохот рок-музыки. Мужчина резко обернулся в сторону двери, выставив вперед кудрявую, давно не чесанную рыжую бороду. Ярко-синие глаза широко распахнулись. Взгляд его метнулся в сторону доски для дартса и вернулся обратно.
– Ваши друзья? – спросил он.
– Нет, конечно, – ответил Джон, подумывая, не лучше ли уйти сразу.
– Ну проходите же! – с широкой улыбкой провозгласил рыжебородый и попал стрелой точно промеж глаз Тамми. Потом снял наушники, в которых звучала мелодия «Всадники в Бурю» группы «Дорз», и выключил плейер. – Присаживайтесь, святой отец! – Он радушно повел рукой в сторону пыльного зеленого кресла. – Вот сюда, поближе к моему столу.
Джон не без сомнения повиновался. Местечко больше всего напоминало нору бешеной крысы. Тигартен сгреб со стола кучу бумаг и, не разбираясь, запихнул их в какую-то картонную коробку. У
– Садитесь! Прошу вас, – настойчиво повторил он. Джон опустился в кресло, которым явно почти никто не пользовался.
– Вы пришли немного раньше, не так ли? Я не ждал вас раньше часу, – сообщил Тигартен и сел напротив. Кресло под ним жалобно скрипнуло.
– Сейчас шесть минут второго, – терпеливо напомнил Джон.
– Неужели? – Тигартен яростно встряхнул свои часы и виновато улыбнулся. – Дешевка!
– Кажется, я ошибся адресом, – произнес Джон, делая попытку встать.
– Нет, погодите, отец! Одну минутку, ладно? – Толстяк живо обернулся. За спиной у него стояла вешалка с огромным количеством шляп. Сняв одну из них – широкополую ковбойскую, он напялил ее себе на голову. – Скажите, на кого я похож?
Вылитый Пончик Пилсбюри, подумал Джон, но, разумеется, ничего не сказал.
– Хосс! – воскликнул Тигартен. – Вспомнили? Из «Бонанзы»! Все говорят, я на него ужасно похож. Дэн Блокер. Он умер, но он был Хоссом. Вот и я тоже.
– Пожалуй, мне пора возвращаться в церковь. – Джон встал и направился к двери.
– В собор Святого Франциска, имеете в виду? Где вы служите священником уже четыре года? А перед этим три года были священником в маленькой церкви в Сан-Матео? А до того служили во Фресно, в католической церкви Святого Франциска? Я не ошибся?
Джон остановился, держась за ручку двери, и медленно обернулся в сторону Хосса Тигартена.
Толстяк с угрозой для собственной жизни откинулся в кресле и закинул руки за голову, украшенную «хоссовской» шляпой.
– Вы родились в Медфорде, штат Орегон, ваши родители переехали во Фресно, когда вам было двенадцать лет от роду. Нил и Элен Ланкастеры. Они до сих пор живы, не так ли?
– Да, – кивнул Джон.
– И вашему отцу принадлежит часть местного отделения компании Форда. Надо ли мне знать что-нибудь еще? – усмехнулся он.
– Как… Каким образом вы получили эту информацию?
– Удивительно, что можно сделать с помощью телефона, если подходить к этому с душой. Я позвонил епископу. Хаган, верно? Поговорил с его секретаршей, миссис Уивер. Могу побиться об заклад, вы и не представляете, что говорите сейчас с эксцентричным богатым стариком, который решил пожертвовать кругленькую сумму наличными одному молодому священнику, который помог его жене, нагруженной продуктовыми сумками, перейти оживленную улицу. – Его брови несколько раз поднялись и опустились.
– Зачем создавать такие сложности? Хосс хрипловато расхохотался, снял шляпу и сел прямо.
– У меня не такой уж крупный офис, как вы можете заметить. Да и клиентов, скажем, не пруд пруди. Так что я просто хотел показать вам: вы заказываете мне работу, я стараюсь, как могу, черт бы ее… хм , будь она неладна.
Джон все еще размышлял.
– Вы, не хотите сказать, чем я мог бы быть вам полезен? – напомнил Тигартен.
Джон вернулся в кресло. От чашки водянистого кофе, предложенного Тигартеном, он отказался.