Синие киты
Шрифт:
Она хотела присоединиться в его группу.
Увидев ее нежные руки и запястья, он покусал на пальце ноготь и набрал текст.
– Для присоединения ты должна показать, что ты одна из нас, порань свои руки и докажи, что ты достойна, чтоб тебя приняли.
Лера сидела где-то там, далеко в темноте своей комнаты, за компьютером. Она прочла запись и нерешительно посмотрела на свою руку.
"Ну что здесь такого, пара царапин, только чем сделать?" - Опасного лезвия в доме не было. Она пошла в ванную комнату, взяла в руку мамин станок - бесполезно, не порежешься.
– Нет, только не ими.
Полазив по полкам нашла канцелярский нож и проверив его на остроту ушла к себе в комнату.
Через несколько минут на ее страничке появились фотки с исполосованной рукой.
– Теперь я с вами? Я одна из вас?
– Ты в игре, каждый день мы даем тебе задание. До твоей смерти осталось 50 дней.
От фразы, что до ее смерти осталось пятьдесят дней ей стало страшновато. Но страх привел к непонятному чувству яркости жизни.
– Первое задание - в 4 часа 20 минут ты должна посмотреть фильм "Три метра до уровня неба"...
Голубые небеса.
Алина проснулась, шум двигателей самолета нисколько не мешал ей спать в удобном кресле первого класса, долгий перелет подходил к концу. Лайнер спускался с небес, впереди под крыльями боинга были небоскребы Дубая и бескрайние пески. Световые маяки красного цвета мигали, предупреждая пилотов. Она открыла шторку иллюминатора и посмотрела на огни города, вытащила свой айфон и сфотографировала открывающуюся панораму, крыло самолета, которое уже освещали лучи солнца, поднимающегося из-за горизонта.
– Наш самолет произвел посадку в аэропорту города Дубаи. Температура в городе 20 градусов. Просьба оставаться на местах до полной остановки двигателя. Наш полет окончен. Желаем вам всего доброго. - (по-английски) послышался уверенный мужской голос из колонок связи самолета.
Приземление, аэропорт и поездка в гостиницу. Слава и Андрей ехали в другой машине. Марина сидела рядом и с наслаждением рассматривала небоскребы, светившиеся в лучах еще утреннего солнца. Ее привлекали световые блики от разноцветных стекол небоскребов, своей камерой через окно она делала бесчисленное количество кадров. Аппарат издавал щелчки, плотный ремешок прижимал волосы Марины, а солнечные очки, как обруч, удерживали волосы сверху. И ветер, врывавшийся в машину, не мог их сдвинуть, лишь немного сотрясал кончики ее темных волос на плечах и воротнике белой рюшки.
Алина, в солнечных очках, откинувшись на подголовник, безразлично смотрела на улицу проносившуюся перед ней. Недолгие остановки на светофорах. Местные жители в длинных светлых одеяниях с узнаваемыми обручами. На улицах почти никого не было и она надолго закрывала глаза словно впадая в сон, снова открывала, картинка не менялась. Звуки щелчков аппарата Марины и одинаковые люди за стеклом. Как она устала от всего что ее окружало.
– Марин, не трещи, выключи звук.
– недовольно сказала она.
Алина зашла в свой номер, подошла к огромному окну и смотрела на город с его деловым центром и высоченными небоскребами. В номер вошел Слава.
– Алин, вы пока потусите, мы
– Ну как обычно, мы пока свободны.
– Да, как обычно, у нас пять дней, выполним план по съемкам и домой.
Алина с Мариной отправились по магазинам, все было утомительно и рутинно - ничего нового. На улице неимоверная жара, от яркого солнечного света болели глаза - без очков никуда. Спасение только в зданиях - везде кондиционеры и контроль климата, после обеда в фитнесс зал и бассейн. И снова номер отеля, а вечером в ресторане программа для гостей, все как всегда, она уснет далеко за полночь.
Завтрак, Алина в халате у столика. Отварная спаржа и немного свежей зелени, маленькая чашечка черного кофе без сахара и молока. Чуть позже, в номере Алины собрались все. Слава просматривал материалы - серия "Высотки Москвы" и ревностно изучал те материалы, что ушли в сеть. Показатели по активности каждого изображения, по каждому зданию. Пометил себе в блокнот изображения с максимальными просмотрами.
– Так, с охраной я договорился, они нам выдали разрешения и проведут, главное, чтобы ветра не было, а то съемки придется переносить.
Алина подошла к Славе и посмотрела на те фото, что были у него на экране. Она была в корректирующих очках. Это была вынужденная необходимость, так как нельзя было постоянно ходить в линзах. Никто не должен знать что у нее близорукость и она вынуждена носить очки - только солнечные или цветные.
– Что, снова поддержка, на одной руке?
– Да, давай все отработаем и потом посмотрим, что лучше получилось. Андрей, ты как обычно, без изменений, не броско.
– Понял.
Андрей подошел к Алине и прикоснулся к ее талии.
– Еще давай поддержку попробуем.
Она с отвращением сжала губы.
– Не будем, мне не нравится и смотрится не очень, задолбал ты меня своей поддержкой - мне она не нравится.
Слава повернулся.
– Поддержку обязательно! Жаль тут стрелы крана нет, можно было с нее снять.
– Слав, я тебе сколько раз говорила, что я не люблю эти краны, они скользкие.
– Ну мне тоже много чего не нравится, но за них больше платят.
– Так, сегодня вечером и ночью съемки и через день на рассвете.
Пролетел подготовительный день, вот они, последние этажи, лифт доставил всех на самый верх, дальше шла лестница. Слава и Андрей проследовали за сотрудником службы безопасности, Алина осталась у лифта с Мариной. Та разложила чемоданчик и раздвинув раскладной стульчик, сказала:
– Садись.
Алина присела на плотную ткань стульчика, откинула волосы назад и из кармана достала коробочку, открыла ее, подцепила линзы в глазах. Затем вытащила те, что были в контейнере и опрокинув голову вставила в глаза, несколько раз моргнула, салфеткой стерла лишнюю влагу с ресниц. Посмотрела на Марину, ее глаза изменились - они стали не голубые, немного темней с синевой. Этот эффект получился из-за линз, которые она одела. От поверхности линзы свет отражался сильней, чем от поверхности глаза. Было впечатление что в ее глазах блестят звезды.