Сингулярность
Шрифт:
Перед тем, как отключиться от бессилия, Винтер почувствовал, как что-то, или кто-то охватывает его и тащит вперед. Даже не имея возможности увидеть, кто это на самом деле, он догадался о том, кто такой смелый, решил потаскать его в черной дыре как у себя дома — Син. Никто другой не мог этого сделать.
После использования заклинания, Син не погиб, и не исчез без конца, как они предполагали — его тело и душа, его сущность оказалась привязана к нутру черной дыры, которая и поглотила его в качестве платы за то заклинание.
Теперь он здесь находится как постоянный житель. Пока
— Помоги нам, Син… — выдавил из себя Винтер. — Прошу… тебя…
— Это мой долг — помочь тебе, друг. Помочь вам. Не сомневайся во мне. — Ответил ему Син, продолжая нести его вперед в своей громадной лапе.
Так ничего и не ответив, Винтер отключился.
Акт 3 — Глава 21 — Конец Времен
«Черное солнце» солнце Конца Времен обладает кровавым контуром, котороый отдает кровавым свечением. Или, вернее будет сказать, «Темное солнце»? За время своего существования понятие «черное солнце» приобрело больше оккультное значение, нежели научное, в отличие от «темного солнца» — его противоположности. Даже из-за одного понятия мир разделился на две стороны, считающая, что каждая из них права. При этом, обе стороны ненавидели друг друга, ибо ученые и оккультные люди просто не способны ужиться друг с другом.
Кровавая луна, угрожающая всем своим видом. Тут мнения тоже разделились: некоторые люди посчитали, что это та самая кровавая луна, взывающая больных ликантропией к жажде крови и, соответственно к превращению в волкоподобных. Другие же люди посчитали, что это явление напрямую связано с темным солнцем. Они считают, что покраснение луны — это результат влияния тьмы на нее. В данном случае невозможно сказать, кто из них прав, а кто нет. Возможно, оба мнения верны. Или же оба ошибочны.
Тысячи орудий, вонзенных в землю. Одноручные, полуторные, двуручные мечи, кинжалы, изогнутые мечи, катаны, топоры, молоты, копья, пики, алебарды, метательный ножи, рапиры — даже косы имеются. Здесь есть все.
Множество пустых доспехов, разбросанных повсюду. Пустых то ли из-за того, что их такими и оставили, то ли из-за того, что от их хозяев не осталось даже скелета. Некоторых из них разбросаны хаотично, а некоторые напоминают своим образом все еще живых людей. Тяжелые, средние, легкие; латные, кожаные, кольчужные — ситуация с видами и подвидами повторяется, как в случае с холодным оружием.
Бесчисленное количество замков из самых разных эпох, созданных не только мастерами своего дела, но и дилетантами — даже из руин видно, как сильно различаются стили и качество. И не только замков, здесь присутствует все: любые строения и сооружения, которые когда-либо построил человек.
Но самое главное — это самый легкий, чистый воздух, какой только можно представить. Стоит ли говорить, что это место совсем не изменилось? Да и должно ли оно было?
Элли очнулась на одном из разрушенным фортов, наложившегося всем своим колоссальным весом поверх замка. Кажется, это когда-то было вершиной стены, служившей в роли защиты внутренней части форта от вторжений извне… только вот теперь оно больше похоже на месиво из кирпичей, что находятся под весомым наклоном влево, вместе с этим склоняя и
Впрочем, самой Элли, валяющейся посреди этих развалин былого, было все равно кто, где и когда. Для нее сейчас главное — это найти Винтера. Голова сильно кружилась, словно после пары ударов булавой по голове, из-за чего она не сразу заметила человека, валяющегося неподалеку от нее, чуть выше.
— Винтер!.. — Элли вскочила на ноги и побежала к нему, но по дороге споткнулась и упала рядом.
— Ты жива?.. — лениво повернув голову в ее сторону и улыбнувшись, спросил Винтер.
— Винте-е-р! — Элли приподняла его за плечи и прижала к себе. — Я так рада что ты цел! Я так рада!..
— Я тоже рад, что с тобой все в порядке…
Несколько минут понадобилось, чтобы они в конце концов все же отлипли друг от друга и оценили ситуацию. Ну и не только ситуацию — не помешало бы оценить и самих себя…
— Винтер… у тебя… пропала борода? — неуверенно спросила Элли, вопросительно наклонив голову вбок. — А еще волосы опять черные… и черных полос на лице нет!
— Борода? — проведя рукой по подбородку, пробормотал он. — Какого…
— И глаза у тебя голубые! Такие же, какие и должны были быть изначально!
— Об этом я догадываюсь, но борода… причем здесь вообще борода?..
Мартин использовал свою душу в качестве ресурса ради того, чтобы избавить его и Элли от бессмертия и скверны, подарив им новое тело, ничем не пораженное по итогу. Однако… дурацкая борода в это не входила. Его внешней вид должен был потерять признаки проклятия и заражения, но никак не измениться вот так неестественно, без какой-либо на то причины.
Желая разобраться в ситуации и удостовериться в своих предположениях, Винтер протер глаза и внимательно всмотрелся в лицо Элли, аккуратно потрогав ее, вызывая у той искреннее удивление и смущение.
— У тебя все еще белые волосы и красные глаза, но кожа не такая бледная. И лицо… стало более детским, что ли?..
— Детским? — Элли потянула себя за щеку, невольно вызывая прилив крови. — Что ты хочешь сказать?..
— Хм-м-м… румянец на щеках выделяется сильнее обычного…
Винтер создал искусственное полотно воды, которое можно использовать как зеркало. Прислонившись друг к другу, щека к щеке, они в нетерпении посмотрели туда. Все, как они и заметили ранее: признаки скверны исчезли, у Винтера снова голубые глаза и черные волосы, а у Элли теперь хоть и все еще невероятно бледная, но не белоснежная кожа. Как минимум яркий румянец на ее щечках говорит о том, что в ней что-то изменилось, потому что у бессмертных не могут быть так явно выражены приливы крови.
— Сколько… мне лет? — чуть ли не потеряв дар речи спросила Элли, ощупывая свое лицо. — Семнадцать? Пятнадцать? Шестнадцать? Сколько?!
— Не знаю, сколько тебе, но… мой возраст теперь болтается где-то рядом с тобой. Совсем чуть-чуть больше, разве что.
Лица обоих скинули где-то по пять лет, или около того. Если же Винтер хоть как-то с натяжкой походит на состоявшегося рыцаря, хоть и напоминает сам по себе куда больше слащавого принца из сказок, нежели рыцаря, то Элли теперь максимум тянет на воинственного подростка, не более.