Сингулярность (сборник)
Шрифт:
– Дурдом… – Профессор вытаращил глаза. – Послушай, милейший… в черной коже. Я знать не знаю, чего вы там себе напридумывали. И мне нет дела до того, какие вы смотрите фильмы или сны. Я профессор, понимаете, Станислав Славутич.
– Вы пока просто не осознали себя, – с угрюмой убежденностью раздался бас близнеца слева. – Видимо, нужен другой обряд. Только и всего. Вы никак не можете расстаться с настоящим и осознать свое прошлое!
– Действительно, профессор, вам лучше пойти с нами. Думаю, мы можем ответить на многие ваши вопросы, а вы – на наши. – Дарья незаметно подмигнула,
– Благодарю. Я уже ходил за милейшей Дарьей. Она подарила мне чудное погребение под пятидесятиметровым слоем земли. И только случайно удалось вылезти, провоняв насквозь отбросами.
– Это была ошибка, – быстро проговорил близнец справа, – мы были изначально против этого плана!
– Если вы ошибаетесь, то можете ошибиться и еще раз, а мне достаточно и одного, чтоб отбросить копыта! Что-то мне подсказывает – обряды у вас задуманы не менее радикальные, чем у Даши!
Близнец поднял руки ладонями вперед, словно отстраняясь от жестоких обвинений, открыл рот…
Вдруг от двери раздалось резкое шипение. По периметру металлической обивки побежал быстрый синий огонек, оставляя черный след. Еще несколько секунд, и дверь, вынесенная сокрушительным ударом, смачно впечаталась в середину комнаты.
В лаборатории внезапно стало очень тесно. Тесноту создали множество людей в черных масках и серовато-коричневых городских камуфляжах. Они сноровисто выхватили Славутича с посетителями в коридор. Красивые эргономичные автоматы на плечах камуфляжников рыскали по сторонам, то и дело жестко тыча под ребра стволами.
По коридорам плясали короткие отрывистые команды, словно простуженные уличные собаки то ли злобно гавкали, то ли кашляли, тоже злобно, на свою больную судьбу. Захлопали двери, испуганных ученых отовсюду выбрасывали в коридор. Зазвенело бьющееся стекло – к ногам Славутича медленно подкатилась большая реторта, прижалась, словно ища защиты от страшных громил. Отовсюду неслись испуганные возгласы, ученых быстро клали лицом вниз либо расставляли к стенкам… Деловито, профессионально. Удивленного Славутича поставили к стене, растопырив двумя пинками по ступням, рядом с доктором Крутиковым. До Крутикова в этот момент вдруг дошло все непотребство этих действий, он возмущенно начал оборачиваться и закричал:
– Да как вы смеете, я доктор Крутиков! Да я открыл… хахххх, – удар прикладом по почке вышиб дыхание и согнул светило науки пополам.
– Лицом к стене! Руки за голову! – прокашляла маска… И тут же раздался неприятный холодный смешок:
– Доктор – значит, всех вылечите… и себя исцелите, да-с.
Доктор поднялся, хотя стоял кривовато, пытаясь выпрямиться, гневно открыл рот… и тут же вновь получил прикладом, на этот раз под дых. Стандартные выкрики снова указали, что не нравится автоматчику:
– Руки за голову!
– Подожди, боец. Дай доктору слово молвить. Упрямо-разговорчивому такому…
Маски четко и синхронно отодвинулись на пару шагов, выцеливая от живота спины сотрудников. Дула четко повернуты, каждое отслеживает свой сектор в готовности обрушить стальную лавину по малейшему нажатию спускового крючка.
– Мы получили сигнал, что в вашей лаборатории сотворили неимоверно сильный наркотик.
– Это полный бред! – выдохнул, сумев наконец снова разогнуться, Крутиков. – Как вы смеете, не предъявив ордер на арест и на обыск, по какому-то доносу размахивать тут оружием! Устраивать это ваше пресловутое маски-шоу перед учеными с мировыми именами!
– Ну, после того как ученые придумали атомную бомбу, думаю, это оправдано, – отпарировала хладноглазая маска, – я рад, что вы не теряете чувства юмора. Но вся соль в том, что и ордеры, и разрешения имеются. В том числе и понятые – ждут за дверями. В таких случаях предписано действовать оперативно. Вот и действуем. А теперь весь ваш личный состав проследует в составной автобус на улицу, извините за каламбур.
– Да, а за тот состав, что состряпали, сломаем не один сустав, – буркнул ближаший боец с автоматом. Крутиков дико на него оглянулся, а тот красноречиво провел большим пальцем по горлу, оскалившись в прорезь маски.
– А где ордера-то на обыск и арест? – пискнула от стены Дарья. Ее положили на пол в сторонке, растопырили ноги и с интересом посматривали на виднеющиеся из-под мини-юбки стринги.
– Я же сказал. Все. Есть, – внушительно заявил главный масочник.
– Ты че, самая умная, что ль? – рявкнул один бот злобно. Рубчатая подошва берца мощно грохнула рядом с ее ногой, мол, вот сейчас сломает. Девушка испуганно вскрикнула и вопросы прекратила.
– Вперед! В колонну справа по одному! – заорал один бот. Стволами автоматов, как умелые расфасовщики, маски показали, как именно это: «Вколоннусправапоодномубегоммарш!»
Вскоре жесткие сиденья специализированного автобуса давили привыкшие к мягкому тела. Затемненные окна плотно закрывали вид снаружи, автобус трясло и кидало, словно рессоры ему не положены, а ехали по древней брусчатке. Впрочем, привычных масочников это нисколько не волновало – они сидели, едва покачиваясь, словно гусары в седлах. Стволы неизменных автоматов смотрели в потолок, но пара крайних, словно фиксированные гироскопами, отслеживали испуганных ученых.
– Я не знаю, что это за чертовщина, но это очень неприятная чертовщина, – пробурчал один из близнецов. Они выглядели гораздо спокойнее перешептывающихся ученых.
– Какое-то недоразумение, – неуверенно буркнул Славутич. – Сейчас проверят все, извинятся и отпустят.
– Вы сами-то в это верите, профессор? – презрительно буркнул один близнец. – Часто сейчас в России арестовывают сотрудников целой лаборатории?
– Ага, архипелаг ГУЛАГ, ГУЛАГ архипелаг… – скривился профессор и вдруг увидел, как притихли и посерьезнели все остальные ученые. Что ни говори, а древние страхи перед людьми в форме, оказывается, только ждали, чтоб встать в полный рост. Дарья сидела как примерная школьница, положив руки на колени. Но это ощущение то и дело рвалось – она постоянно инстинктивно пыталась натянуть на колени узенькую юбочку. Но топик с сексуально обнаженным пупком предательски докладывал, что, натягивая юбчонку, она вообще ее стягивает с более интимных мест.