Сингапур
Шрифт:
— Не беспокойтесь, в каюте полный порядок.
Тоболин в этом не сомневался. Так и оказалось. Койка красиво заправлена, свежее белье, на столе, на палубе ни пылинки, пара горшочков с цветами на подоконнике. И главное, свои туалет и душ. Тоболин никак не мог привыкнуть к общественным отхожим местам, после них у него возникали продолжительные запоры.
6
В тот же день к вечеру судно покинуло порт Александрию. И по случаю благополучного выхода капитан устроил небольшое торжество. Был приглашен и Тоболин. Когда он вошел в капитанскую каюту, там уже сидели старший помощник и старший механик. И, видно, для одного его,
— Добро позаловати насе магазиня. В насем магазиня сямий дисевий товара. Прасю саходить. Пакюпай. Люче нигде ни найдесь. И посему тякой дисевий товара в нясем магазиня и сам не понимай!
Присутствующие дружно загоготали, словно слышали впервые. А Тоболин, которому несомненно понравилась подобная прелюдия, напомнившая о былых хороших временах, только улыбнулся и добавил немного своего:
— Штучки из Лас — Пальмаса. Кстати, было продолжение. Кто-то из советских моряков приклеил листок к уличному динамику, на котором оказался короткий стишок:
Как у русского Ивана Денег полные карманы. Говорит ему индус Выбирай товар на вкус. Кофты, джинсы и колготки, Для презента — стопарь водки…— И долго он висел? — спросил хохоча старпом.
Тоболин отвечал:
— Не знаю. Владелец магазина, я его хорошо помню, небольшой, жирный как поросенок, очень обиделся за индуса. Почему-то очень болезненно воспринял…Чуть ли не каждому посетителю пытался доказать, что никакой он не индус, а самый настоящий испанец. Хотя кто его знает, все они на одно лицо. Стопоря наливать перестал. Оскорбился.
Николай Семенович, будучи на правах хозяина, отметил выступление Тоболина бурным рукоплесканием и, признавая его авторитет, усадил гостя рядом с собой. На его лице не осталось и следа от той нахмуренности и нарочитой горделивости, как при встрече. К сожалению, продолжение оказалось не столь интересным, как начало. Насколько понял Тоболин, они собрались задолго до его прихода и пропустили не одну рюмку. От виски он не отказался, а выпив, не стал торопиться что-либо рассказывать. Да и вряд ли сам Николай Семенович уступил бы первенствующее место в разговоре. У него после определенной дозы, видимо, проявлялся талант говоруна. Излюбленная тема, нетрудно было догадаться, в таких случаях выходила на первый план-о женщинах. Раскрасневшийся, веселый и всем довольный, Николай Семенович красноречиво, с большим количеством эпитетов и сравнений, принялся рассказывать о своих похождениях. Катя, Вера, Тамара, Марина — поплыли имена, наверно, далеко не полного перечня завоеванных им женских сердец. В душе Тоболин нисколько его не осуждал, да и, действительно, со временем стал находить в его облике такое, что могло нравиться женщинам. Кстати, морские посиделки за рюмкой безусловно сглаживают сугубо ограниченный корабльный быт. Слушая, делая вид, что ему интересно, Тоболин, в отличие от старпома и старшего механника, вопросов не задавал. У такого невзрачного на вид человека женщины выстраивались в один ряд стройных, красивых, высоких, сексуальных звезд. Наконец, Тоболину слушать наскучило и, скромно попращавшись, ушел в свою каюту.
Судно шло курсом на Сицилию для сдачи оставшегося на его борту груза.
7
«ВИГО»,
У Тоболина самым светлым событием за два прошедших месяца, оставившем яркое впечатление, конечно, же была Сицилия. Там же и случайно нашел друзей.
Получилось так, что заблудился в вечернем Палермо. Под единственным огоньком на одной из небольших темных улочек помещался пивной барчик. В нем Тоболин познакомился со старым моряком Фернандо, который и приютил его на ночь в своем доме. А утром, проснувшись под крики чаек, Тоболин поспешил покинуть мягкую постель. То, что он увидел, было поразительно красивым. Домик Фернандо стоял на берегу моря….Но то другая история…
Гавани, порты, города, люди, как вехи на морском фарватере. Появляются и пропадают где-то вдали, оставляя большую или маленькую память о себе. И кто знает, как бы повернулось будущее Тоболина, не измени «Виго» курс на восток.
Моряки просчитывают свое время в море так: до средины рейса-это его начало, а после-дорога к дому. О своей середине Тоболин пока не думал. Да и как мог что-то планировать, еще не имея своего судна.
За неделю до подхода к Сингапуру он получил от руководства радиограмму согласно которой ему предписывалось подменить капитана рифера «Гора» по причине болезни. Судно также шло под выгрузку в порт Сингапур. Таким образом контуры будущего более или менее начали обрисовываться. Радоваться ли такому обстоятельству, Тоболин пока не знал. Предполагалось пожить несколько суток в отеле поскольку «Виго» сразу после выгрузки должен был продолжить рейс.
И вот он Сингапур. Перекресток всех морских путей с Запада на Восток и с Востока на Запад. Тьма судов на рейдах, сотни стоят у причалов. Иногда удивляешься, какая же машина просчитывает весь процесс его работы.
Город по своей красоте не уступает лучшим городам мира, а по количеству банков-Нью-Йорку. Огромная Азия с завистью вглядывается в его возрастающую экономическую мощь. По сути дела, это новый город. Растет на щебне, которым засыпают Малаккский залив, отвоевывая куски у моря. Природа на полуострове великолепна. Можно бесконечно удивляться чистоте и порядку на улицах города. А сам город и государство-одно целое. Все, чего не хватает в Америке или Европе, имеется в Сингапуре.
К сожалению, все хорошо нигде не бывает, в том числе и в Сингапуре. Нельзя забывать о том, что рядом тысячи больших и малых островов, где находят убежище многочисленные банды морских пиратов, отмывающих свои деньги в том же Сингапуре. В непосредственной близости живут очень бедные государства-соседи. В них невсегда спокойно….
Капитаны судов знают: район опасен не только тайфунами. Грабежи судов в открытом море, захваты, потопления стали обычным явлением.
8
Распрощавшись с «Виго» на третий день после прибытия в порт, Тоболин на такси поехал в отель, заранее заказанный агентом Ли Твин, которого он знал не первый год. Обычно его агенство обслуживало российские суда. Китаец он или малаец, таким вопросом Тоболин никогда не задавался. Мужчина лет тридцати пяти, сухощавый, среднего роста, с избытком серьезности на лице. Каждый капитан прежде всего заинтересован в качественном обслуживании судна. В этом смысле агенство Ли Твин было на высоте.