Синдзю
Шрифт:
Построенная в стиле, распространенном примерно восемь веков назад, тенистая летняя вилла семьи Ниу стояла на небольшом пригорке. Большой главный дом — квадратное деревянное сооружение на столбах, крытое гонтом, — был обращен на юг. У подножия крутой лестницы стоял паланкин господина Ниу. Охранники наблюдали за дверью, выходящей на широкую веранду, прикрытую сверху крышей, опиравшейся на колонны. По обеим сторонам дома располагались флигеля. За фигурными решетками окон мерцал свет. Все строения были соединены подземными ходами. Кроме того, туннели опоясывали сад, заканчиваясь открытыми павильонами,
Прячась за деревьями, Сано подобрался к дому с тыла и обнаружил подземный ход. Сано нырнул в темноту и попал на свет. Туннель привел его под павильон. Сано осторожно выглянул наружу. Озерцо с островком посередине. Арочные мостики соединяют островок с берегом. На веранде охранники. Сколько же их здесь? Неужели все даймё столь усиленно заботятся о безопасности летних вилл в зимнее время? Есть ли охранники в доме, во флигелях? При такой страже сомнительно, что удастся приблизиться к Ниу. Раздосадованный и уставший, Сано съежился под павильоном и прислонился к крупному предмету изогнутой формы.
Подсознательно знакомые контуры подсказали: лодка. Когда глаза привыкли к темноте, Сано убедился в этом. Рядом с ним находилось не какое-нибудь хрупкое суденышко для дамских прогулок по озерцу, а крепкая плоскодонка с не менее крепкими веслами, уложенными поперек корпуса. Сано пошарил рукой по дну и наткнулся на рулон. Похоже, скатанное татами. Сано принялся разворачивать укладку, молясь в душе, чтобы охранники на веранде не уловили шуршание соломы.
Закончив работу, Сано обнаружил... Он прищурился, вглядываясь, и возликовал.
В правой руке он держал соломенную сандалию, сильно стоптанную с внутренней стороны, в левой — моток веревки. Точно такую же сандалию он видел в прозекторской доктора Ито: она принадлежала Нориёси. Мало того! Он мог поклясться, что именно этой веревкой были перевязаны тела «влюбленных». Сано представил, как Ниу заманивал несчастных на виллу — Нориёси посулил деньги, а Юкико по-братски пригласил погостить; как, прячась за спинами, наносил смертельные удары; как связывал трупы и заворачивал в татами; как перевозил громоздкий сверток на лошади к поджидавшей лодке; как сталкивал тела в воду. «Попался, голубчик!» — подумал Сано. Он спрятал сандалию и веревку под плащ. Впервые за много дней радостная улыбка затеплилась в уголках его губ. Вот улики, которые можно предъявить властям: не судье Огю — Совету старейшин. Теперь-то им придется выслушать Сано.
Но вместо того, чтобы выбраться на волю и мчаться в город, Сано задумался. Отсутствие мотива сильно ослабит обвинение. Нужно выяснить, почему умерли Нориёси и Юкико.
Сано пополз по другому туннелю, ведущему к флигелю. Темнота была — глаз выколи. Сано тщательно ощупывал почву перед собой. Стоит провалиться в яму, поднять шум — и сразу понабегут
Только Сано успел добраться до просторного подполья флигеля, как со стороны ворот донесся стук копыт. Сано распростерся, вытянув руки вперед. Пол над ним скрипнул, в доме кто-то находился. Потом шаги захрустели по дорожке.
Мужчина крикнул:
— Привет, братья! Что вы так задержались? Его светлость давно ждет вас.
Сано не расслышал ответа, однако догадался: охранники вышли встретить новоприбывших. Он пополз на голоса и выглянул наружу.
— ...это значит...
— ...настоял на приезде... в противном случае не доставил бы товар... знаю, что ему не понравится, но...
Два охранника стояли спиной к Сано и лицом к четырем самураям, сидящим на лошадях, и двум носильщикам, держащим паланкин. В серых сумерках Сано не смог разглядеть ни лиц, ни гербов на одеждах. Однако охранники приветствовали новоприбывших как равных, значит, гости тоже были людьми молодого Ниу. Сано дорого дал бы, чтобы компания подошла поближе к флигелю.
Неожиданно из паланкина раздался грохот. Носильщики опустили паланкин. Открылась дверь, и на землю выкатился сгорбленный человечек.
— Отведите меня немедленно к господину Ниу Масахито!
Охранники бросились на человечка. Тот увернулся и ринулся ко флигелю. Верховые самураи загородили дорогу. Человечек резко затормозил, охранники сцапали его и поволокли к паланкину. Человечек оглянулся и завопил. Сано заметил пятно на губах и подбородке. Любитель Клубнички, поставщик фривольных картинок!
Сано улыбнулся. Похоже, дела, приведшие сюда торговца, касались и Нориёси. Эк его взяли в оборот!
Охранники швырнули Любителя Клубнички к паланкину, торговец шлепнулся на кучу сухих листьев.
— Выгружайте товар и отправляйте этого зануду в Ёсивару, — приказал охранник носильщикам.
— Я никуда не поеду, пока не переговорю с господином Ниу! — крикнул Любитель Клубнички.
Носильщики попытались его поднять.
Тут, услышал Сано, открылась дверь флигеля. Знакомый голос спросил:
— Что здесь происходит?
Любитель Клубнички вскочил на ноги.
— Господин, какое счастье видеть вас. — Он с приторным смирением поклонился. — А ваше гостеприимство — поистине верх великодушия. — Даже в этих обстоятельствах он не пытался — или не мог — обуздать свою язвительность. Сделав несколько шагов к Ниу, он упал на колени. — Прошу простить мою назойливость, но я должен кое-что обсудить с вашей милостью.
— М-да?
Сано представил раздраженную мину на лице его светлости.
— К сожалению, стоимость моих услуг возросла, — сообщил Любитель Клубнички. — Не обсудить ли нам сей вопрос с глазу на глаз?
Ниу пропустил предложение мимо ушей.
— У нас была договоренность. Не вижу причин, чтобы менять ее.
Торговец потер ладошки, родимое пятно расплылось в доверительной улыбке.
— Смерть Нориёси, к сожалению, многое изменила.
Как Сано и ожидал, сын даймё сразу понял намек.
— Хорошо, — нетерпеливо проговорил он. — Сколько?
Любитель Клубнички назвал несусветную сумму. Сано возмутился: неужели смерть работника настолько подорвала гнусный бизнес? Или торговец занялся шантажом вместо Нориёси?