Синдром второго шанса
Шрифт:
– Ладно, пошли.
Но в лифте Нил вдруг нажал на кнопку аварийной остановки, пристально взглянув на меня, нависнув надо мной своей крепкой фигурой.
– Я спрашиваю – ты отвечаешь. Как давно ты не следишь за новостями и не читаешь газет?
– Гм … с момента как сбежала из Балтимора, – не видя подвоха, выдавила я, со своей стороны глядя на него с непониманием.
– А разве отслеживание событий не помогло бы тебе лучше прятаться и опережать Прайсов на шаг вперед? По-моему, это логично – знать о своих врагах больше, чем о друзьях.
«Началось. Нашел время»
– Он … он мне не враг, он любовь всей
– Он? Но их двое. Так кто из них? Эйдан или Натаниэль?
– А если я не захочу отвечать на твои вопросы? – я зажглась отчаянным упрямством, состоянием, когда даже под пытками тебя вряд ли заставят открыть рот и он это понял.
– Твоё фото до сих пор показывают в новостях, а журналистам предложена солидная сумма денег, за любую информацию о твоём месторасположении. Поэтому если ты хочешь спрятаться – тебе нужно не бежать Кира, а найти крепость попрочнее. И я говорю тебе это не потому, что соперничаю с Прайсами в бизнес-вопросах.
– А потому что ты очень добрый парень, который при этом ещё любит детей, – с сарказмом изрекла я, недоверчиво глядя в эти шоколадные глаза.
– Ты можешь не верить, но это так, – наконец улыбнулся он впервые за это утро. И я поймала себя на мысли, что, когда Нил Кантана улыбается – у меня непроизвольно поднимается настроение. Он был симпатичным, когда улыбался, эти мелкие морщинки в уголках бархатных глаз, нос с горбинкой, стильная небритость и невероятно красивые зубы.
Большую часть дня я провела в порту с нервной командой грузового судна и злым, как чёрт Нилом. Было ветряно, в итоге я замёрзла, и уже вечером мне стало плохо. Поднялась высокая температура, меня знобило, а к левой груди невозможно было дотронуться, поэтому я кормила Джери только одной правой, он не наедался и от этого часто просыпался и плакал.
Утром мне не стало лучше. С мученическим видом я поплелась на работу, оставив малыша на не менее измученного Мэтта. Это была ещё одна причина моих терзаний, я не должна была так нагружать тринадцатилетнего мальчишку, ему нужно было учиться, а я использовала его как няньку. Я часто рыдала по вечерам именно по этому поводу – у меня разрывалось сердце от чувства вины перед Мэтью, но пока мы не могли позволить себе нанять няню, и я была вынуждена лишать детства своего приёмного сына.
– Мистера Кантаны сейчас нет, но он оставил вам записку на столе в своём кабинете, – холодно сообщила мне его секретарь Мередит. Не знаю почему, но эта девушка меня ненавидела, и мне впервые не хотелось выяснять причину.
«Сиди и жди»
– Прекрасно, – выдавила я вслух, откладывая в сторону записку, но через пять минут я уже распласталась на узком кожаном диване в состоянии полнейшей полуобморочной слабости.
Не помню, как отключилась, но из лихорадочного забытья меня вывел голос Нила и прикосновение его холодных пальцев.
– Эй, вредина, почему ты не позвонила мне и не сказала, что больна? У тебя жар. Ты простудилась. Ты что-то уже приняла?
– Как я могу, у меня же молоко, – прохрипела я еле слышно. От невыносимой боли в левой груди у меня на глазах даже выступили слёзы. – Я должна его кормить … и не могу.
– Я вызвал доктора, – мои слёзы явно напрягли моего босса. – Думаю, медицина найдёт выход и для кормящих
– У меня нет страховки, – зло выдавила я через время. – И я не простыла, я … застудила грудь, и для меня это огромная проблема, не считая того, что она дико болит. Но я не хочу, чтобы вы мне помогали мистер Кантана, я сама могу о себе позаботиться! Я пришла на работу, так предоставьте мне её, сидеть и ждать больше похоже на команду для собаки!
Скрипнув зубами Нил отвернулся, затем так же резко повернулся ко мне обратно. Я вывела его из себя. Я тоже умею доводить людей с пол оборота.
– Я уже говорил вам мисс Майер, что у вас самый скверный характер? – процедил он, сузив глаза. – И что временами мне хочется перегнуть тебя через колено и надавать по заднице? Клянусь, когда ты поправишься – я это сделаю, тебе же во благо без всяких грязных мыслей! Сейчас ты будешь лежать здесь и ждать доктора, после того как он тебя осмотрит – ты поедешь домой с моим водителем и будешь уже сидеть и ждать дома – это твои сегодняшние задачи как моего личного ассистента! Я чётко выразился мисс Майер? И если ты сейчас откроешь рот, … не искушай меня Кира, … прости, Тина. Я говорю – ты делаешь. Рабочий процесс! – Нил позволил себе улыбнуться, я же, сжав челюсти оставалась мрачной и несчастной. У меня возникло желание не разговаривать с ним больше никогда.
Осмотревший меня доктор поставил мне диагноз – мастит, прописал мне какой-то сироп, массаж и курс антибиотиков, но при этом на какое-то время мне нужно было перевести сына на искусственное вскармливание, что меня естественно не устраивало. Поэтому я выбрала только сироп и массаж.
– Если вы решили пойти этим путём, то вас ждёт довольно болезненная процедура, – заявил доктор. – И массаж должен делать специалист, а не вы сами, иначе вы будете себя жалеть. Придётся давать малышу больную грудь, чтобы он освобождал молочные протоки – это очень сильная боль. Сироп снимет жар. Учтите, если вы запустите воспаление – придётся прибегнуть к оперативному вмешательству.
Водитель отвёз меня домой, получив в аптеке моё лекарство.
Это был настоящие адские мучения, когда Джери пытался терзать деснами мою больную грудь! Я кричала, плакала, кусала себя за палец и терпела.
И вот за этими пытками меня застал вечером своенравный Нил Кантана, решивший меня навестить.
– Ужас, – пробормотал Нил, стоя в дверях спаленки, и этот же ужас был написан на лице Мэтта. Мэтта пугала моя боль, она заставляла его паниковать, будила в нём страхи, что каким-то образом он может меня потерять.
– Теперь это тебя уже не так впечатляет? – с раздражением бросила я Нилу, закусив губу от боли.
– Ты закончила? – деловым тоном осведомился он. – Одеваться не стоит. Я тебе кое-что принёс, – сняв пальто и пиджак, Нил достал пузатый стеклянный пузырёк, и принялся растирать ладони, чтобы быстрее согреть руки.
– Что это и что ты собираешься делать? – моё подозрение явно наводило меня на определённые догадки, но я отказывалась в это верить.
– Это мазь, приготовленная из природных компонентов, не способных навредить ребёнку, этот рецепт передала моей матери её бабушка. Раньше женщины лечили такие проблемы с помощью вот этой вкусно пахнущей липкой массы. Мы будем делать тебе массаж. Вернее, я буду. Только мужчина знает, как массировать женскую грудь, – усмехнулся он.