Синдбад-Наме

аз-Захири ас-Самарканди Мухаммад

— Однажды, — ответила девушка, — я смотрела с крыши дворца и вдруг увидела твои прекрасные черты и чудные кудри. Солнце стыдилось блеска твоих щек, луна увязла в глине, завидуя тебе. Аромат твоих волос проник в пуповину газели и превратился в каплю крови. Из моего же сердца капля крови просочилась через глаз. На нее упало отражение твоего лица и превратило ее в рубин. Любовь к тебе стала смыслом моей жизни, как магнитом стала притягивать мое сердце. И, как соломинку к янтарю, как соловья к розе, меня потянуло к тебе; я прошла долгий путь и достигла *Каабы свидания.

Пока мое сердце, как мяч, не легло у твоих

кудрей, Как мяч, я мчалась к тебе, стремясь добежать скорей.

— Если ты соизволишь войти в мои покои, то я расстелю под копыта твоего коня свои глаза и пожертвую, словно костью в игре, своей душой. И пока коварная судьба догадается об этом, я соберу плоды на этой ниве.

Может быть, дыхание свиданья свежестью на нас повеет снова, Может быть, теперь на наше сердце ты уже не поглядишь сурово.

Когда шахзаде услышал эти речи и увидел красоту девушки, то страсть и вожделение схватили повод его коня, а любовь к той чаровнице проникла в его сердце. И он подумал: «Надо поймать эту добычу, ибо удобный случай краток, как ночь свидания, и мимолетен, как мечта. Как говорят, «удобный случай проносится как облако». Раз ты влюбился, то надо распрощаться с делами».

О сердце, позабудь покой, ты в рабство отдано несчастью: Я против воли полюбил и, как врагом, повержен страстью.

«Я погнался за онагром, — продолжал он про себя, — набрел на гурию».

И с ожиданием во взоре и думой в сердце пустил он коня, желая узнать, чему научит его наставник любви в школе времени, что даст ему в руки — сладкого или терпкого — кравчий судьбы; с любопытством ожидая, что придется выпить ему из чаши судьбы — отстоя или чистого вина; рассуждая, что придется ему надеть из-за скорби о подруге — атлас или дерюгу. Он хотел знать, какие талисманы придется ему иметь при себе во время любви, какие семена следует посадить на лужайке страсти. Он знал, что его мечты еще не осуществились, что локоны той девы спутаны и еще не причесаны. Так пустился он в дорогу, а красавица, идя впереди, указывала ему путь. Влюбленное сердце двигалось вперед, не зная, что часто страсть одного часа влечет за собой раскаяние долгих дней.

Через некоторое время они прибыли к каким-то развалинам.

— Подожди здесь минутку, — предложила девушка, — я сообщу обитателям этого жилища о твоем прибытии, скажу птицам этого гнезда о твоем приходе, чтобы они встретили с подобающими почестями такого уважаемого гостя, как шахзаде.

С радостью, с почетом в нашем доме гостя принимают каждый раз. Если платит гость перед уходом — нет позора большего для нас! Твое лицо и волосы люблю. В обитель поскорей войди мою! Я славословье счастью твоему и гимны красоте твоей спою.

Шахзаде придержал коня, а девушка вошла в развалины и стала тихо шептаться с обитавшими там *гулями.

— Я привела царевича, — говорила она. — Мясо у него — нежное, вкусное, приятное и аппетитное.

Гули стали хвалить ее:

— Добро пожаловать тебе и твоему гостю! Скорей выходи к нему, завлекай, постарайся задержать беседой и вымани у него оружие, чтобы он не оказал сопротивления.

А у шахзаде был острый слух,

и он расслышал их беседу. Он задрожал от страха и повернул коня. Как раз в это время из развалин вышла девушка и увидела скачущего прочь шахзаде. Она побежала за ним, подпрыгнула и вскочила на круп коня.

— Куда ты едешь? — спросила она. — Почему бежишь от меня?

— У меня есть сварливый друг, — ответил он, — и я никак не могу избавиться от него. Из страха перед ним я не могу остаться с тобой и наслаждаться твоей красотой. Мне надо немедленно отправиться к нему и спросить его согласия.

— От дурного друга можно избавиться при помощи денег, — перебила его девушка, — а его злой характер, эту отраву для приятного времяпрепровождения, можно обратить в противоядие.

— От него не откупишься деньгами, — сказал шахзаде, — он богат и не нуждается в них.

— Воспользуйся помощью заступников, быть может, они помогут тебе избавиться от него, — перебила его вновь девушка.

— Тут заступничество не поможет, — отвечал шахзаде.

— Тогда прибегни к силе десницы, — сказала она, — содействию войска и власти и прогони его.

— Невозможно ему противостоять силой человеческой или хитростью, — отвечал шахзаде.

— Коли так, — сказала девушка, — ступи на путь молитв, испроси помощи у всеславного господа, чтобы он отвратил своим бесконечным могуществом зло, причиняемое им.

У шахзаде полились из глаз слезы, и обратился он с тайной мольбой к богу: «О ты, отвечающий на мольбы обиженных и отвращающий зло! О могущественный, *связавший паутиной руки насильников-арабов! О всеславный, *искоренивший жалом комара род Немрода! Если не окажешь мне милость и помощи, то я погибну безвестно.

Заклинаю *3амзамом, *Хатимом, *Черным камнем, могилой пророка, Посещением *Мекки и *Марвой, *Миной, *Сафой тебя заклинаю, Заклинаю стихами из *Торы, *Арафатом, *псалмами Дауда, Заклинаю Кораном, *Инджилом, всем готов заклинать, что я знаю,— Вечной славой *Мусы бен Имрана, всею силой молитвы Дауда, Чистотою *Исы всеблагого, Мухаммадом, избранником рая, Заклинаю слезами *Якуба и великою скорбью *Юсуфа, И *3акарией, старцем почтенным, славным *Яхьей тебя умоляю,

— избавь меня от этого злого духа, который сидит за моей спиной и лишил меня сил».

Как только он произнес последнее слово молитвы, девушка затрепетала и упала с коня. А шахзаде пустил лошадь вскачь и двинулся к населенным местам. Он ехал и днем и ночью, не зная покоя.

*Летел сквозь пустыню быстрее, чем ветер, Он два перехода в один превращал. Пустыня открыта для всех, но надраено Вернуться обратно вошедший мечтал! Был ветер в пустыне, как яд, смертоносен. Кровь в жилах мучительный холод сковал. Лед крышкой захлопнул котлы водоемов, Река превратилась в блестящий металл. И глина отламывалась от подножий Угрюмых, окованных холодом скал.