Синайское дело

Варлей Вика

Краснов не выдержал:

— Тогда какого же хрена вы моего человека в сотый раз выгоняете без информации и без объяснений?

Ярослав, заметив, как съежился Левашов, перевел взгляд на Марину. Та уже улыбалась. Краснов продолжил уже чуть спокойнее:

— Марина сюда только ради вас примчалась из Москвы и торчит в гостинице уже целую неделю! И мне из-за такого вот болвана, как вы, пришлось сорваться из Москвы и бросить все свои дела!

— Извините… — пробормотал директор. — Я подумал было, что она… э… не совсем нормальная. А как же? Попросила потрогать вещи, на которых рукопись

лежала. Бред! Чем это, интересно, поможет?

— А это уж не вашего ума дело! — отрезал Краснов и сердито блеснул глазами. — Ведите нас, куда сказано! И поскорее!

Они миновали длинный коридор, и очутились в небольшом, тускло освещаемом помещении. Кругом были расставлены стеклянные шкафы с поблескивающими внутри сокровищами человеческой мысли. В углу суетились рабочие, прикручивая дверцу к одному из шкафов. Марина вошла последней и тут же спросила:

— Вы здесь что-то переставляли? Я имею в виду, сразу после кражи?

— Да, — кивнул Левашов, удивленно взглянув на женщину. — Вот эти столы передвинули и шкафчик, где находилась рукопись, перетащили в подвал — там система охраны более надежная… Вообще, с ней целая проблема. Нам не выделяется достаточно средств. Даже на людей нет денег, не говоря уж о камерах видеонаблюдения…

— Когда будут, уже нечего будет охранять, — буркнул Ярослав. — Он прислонился к стене и жестом дал Марине понять, что можно начинать.

Лещинская кивнула и встала в центре комнаты. Она прикрыла глаза и вытянула вперед руку. Плавно повела кистью в стороны, нащупывая что-то в воздухе, словно наматывая невидимые нити на ладонь… Раздался негромкий смешок, поскольку Левашов, который все это время стоял, скрестив руки, у входа, нашел действия сотрудницы отдела «Т.О.Р.» довольно комичными.

«Ну что за идиот!» — раздраженно подумала Марина, и, не выдержав, довольно громко отчеканила:

— Вы мне мешаете!

Она открыла глаза и буравила директора библиотеки не менее мощным, чем у Ярослава взглядом. Затем сделала еще несколько взмахов рукой и повернулась к своему шефу:

— Здесь ничего не найдем. Все следы стерты. Очевидно, кто-то из экстрасенсов побывал до нас.

Уголок рта Левашова пополз вниз: он только-только начал понимать, кто именно к нему приехал. Да и лицо этой симпатичной шатенки казалось все более знакомым…

— Так это вас показывали по телевизору? — вырвалось у него непроизвольно. Но вопрос остался без ответа.

Ярослав выразительно поднял брови, и Марина убедительно кивнула:

— Сильный маг. Энергетика пробивает насквозь. Знаешь, след все равно остался, хотя он и пытался его тщательно скрыть. Вижу, что владеет восточными единоборствами, оружием. Хотя, честно говоря, ему это не особо требуется. Он обладает гораздо более сильными знаниями и техниками, чтобы применять физическую силу…

— То есть, путного мы здесь уже ничего не найдем, — угрюмо констатировал Ярослав. — Получается, опять время зря потеряли. Горячев будет просто в восторге!

— Если есть что-то путное, то это сам сейф, где хранилась рукопись. Единственная ниточка…

— Я проведу вас… — совсем уже в другой тональности произнес Левашов и дал знак следовать за ним.

Глава 2

Троица

устремились вниз по лестнице. Шаги гулким эхом раздавались в проходах, ведущих к подземному хранилищу. Становилось все прохладнее, запоров же на дверях было все больше. Сергей Алексеевич указывал путь и одновременно с этим рассказывал подробности. В его голосе сквозило с трудом сдерживаемое волнение:

— Синайский кодекс не имеет цены! Просто не имеет! Рукописное сокровище и давняя гордость нашей библиотеки!

Ярослав — в недалеком прошлом археолог и любитель древних рукописей — с интересом взглянул на Левашова, а тот продолжал:

— Датируется четвертым веком! Да-да… Это самый ранний и полный из сохранившихся до наших дней список Священного Писания в переводе на греческий. Наследие монастыря святой Екатерины, что на Синае. Список — это копия…

— На Синае? — уточнила Лещинская, которая в школе не блистала успехами по географии. — Где это? В Египте?

— Все верно. Монастырь святой Екатерины — одна из древнейших христианских монашеских обителей. И Синайский кодекс берет корни именно оттуда. В настоящее время он по частям разбросан по всему миру… Совсем недавно мы владели им почти в полном объеме, но правительство продало большую часть англичанам… Сталин продал. Да-да… Такие вот были темные времена, когда разбазаривалось национальное достояние направо и налево… И ведь многие ратуют за возвращение сталинских времен! За коммунистов! Жалеют о той эпохе! Кто бы мог подумать? Забыли уже, как жить в постоянном страхе и беззаконии. Моего отца и деда увезли на Лубянку и ни слуху о них, ни духу. Как умерли? Где похоронены? Никто не знает. А правительство Британии купило Кодекс в тот же день, даже не торгуясь. Осталось в России всего три листа, — те самые, что хранились у нас. Казалось бы, три листа, всего ничего, но и те для нас — предмет огромной гордости. Огромной! — повторил с воодушевлением Левашов. — Полгода назад мы заключили договор о партнерстве…

— Что за договор? — уточнил Ярослав.

— Существует некий международный проект «Codex Sinaiticus», который должен был быть вот-вот завершен.

— А цель?

— Основная цель — привести все части кодекса к единому целому, сделать цифровую копию и опубликовать. Открыть для всех желающих. Поэтому мы и решили организовать выставку и приурочить ее к конференции…

Марина внимательно взглянула на администратора, — событие, оказывается, действительно исторически важное… Ярослав вновь поинтересовался:

— А что вы можете сказать о самой рукописи? Я их много перевидал и немного разбираюсь…

— О! Об этом можно написать целую книгу! Я, может быть, так и поступлю. Знаете, история рукописи чрезвычайно интересна. Считается, что Кодекс является одним из тех самых пятидесяти экземпляров Библии, которые император Константин поручил изготовить епископу Евсевию Кесарийскому для церквей Константинополя. Рукопись поистине роскошна! Она написана на пергамене библейским унциалом в четыре столбца. Очень красивый, просто великолепный образец! Я сейчас покажу вам копию… Вы, как знаток древности, думаю, сразу ее оцените…