Син-Бин
Шрифт:
— Это одна из причин, почему я в него влюбилась. — Бормочет Грейс, и я поворачиваю голову, чтобы посмотреть на нее. — Держу пари, он горяч в постели.
Лейла стонет и отталкивает меня.
— Пожалуйста, только не надо еще раз говорить о том, что мой брат великолепен в постели. Я все еще не оправилась от образов, которые Ава вложила в мою голову три недели назад.
— Ты жалкая. Ты столько раз слышала, как Дрейк и его друзья говорят о своих девушках, так что тебя это не должно волновать. — Говорю я ей, и она сужает
Я высовываю язык и на мгновение отворачиваюсь, чтобы посмотреть на лед.
— Интересно… — Грейс осекается, и я украдкой бросаю на нее взгляд, заставляющий ее замешкаться. — Хм, каково это — расти в окружении хоккеистов.
— То, что они хоккеисты, не делает их какими-то другими. Они такие же, как ты и я, как наши одногруппники, как люди, которые смотрят игру. — Говорю я, сведя брови вместе.
— Просто… я не знаю, как вести себя с парнями из команды, понимаешь? Ты с Лейлой привыкла к ее брату и его друзьям, но у меня такое чувство, что я не вписываюсь. Они знают меня уже год, но ни один парень из команды не пытался ко мне подкатывать. — Бормочет Грейс себе под нос, когда я наклоняюсь ближе. — Я общаюсь с ними из-за твоей лучшей подруги, и это также причина, по которой я одинока.
— Но Лейла общается с Треем, а он не из команды. — Замечаю я и тут же понимаю, что сделала еще хуже. Как я уже сказала, к ней неравнодушны не только парни из команды, но и другие. — О Боже. Это прозвучало неправильно…
— Нет, я поняла. — Она краснеет и отводит взгляд. — Я чертовски неловкая, когда дело доходит до парней. Очень неловкая. Я говорю глупости, смеюсь слишком громко и всегда выбираю не того парня.
— Мур определенно был засранцем. — Добавляет Лейла, даже не глядя на нас.
Шлепаю ее по коленке, и она громко взвизгивает. Я пытаюсь узнать ее соседку по комнате, как она и просила, а ее замечания не помогают.
Поворачиваюсь и провожаю взглядом лицо Грейс. У нее россыпь веснушек на носу, большие ореховые глаза с голубыми вкраплениями и рот в форме сердца. Она очень милая, и я удивлена, что она не знает, как использовать это в свою пользу.
— Но ты прекрасна. — Говорю я, заставляя ее щеки покраснеть еще сильнее. — Ты можешь заполучить любого парня, которого захочешь.
— Ты уверена, что говоришь не о себе?
— Мне неинтересно встречаться с хоккеистами — да и вообще с кем бы то ни было, если на то пошло.
— Меня тоже больше не интересуют хоккеисты. — Насмехается Грейс, отодвигаясь от меня. — Мне нравится мой одногруппник, но это абсолютно безнадежно.
— Послушай. — Я положила ладонь на ее колено. — Хоккеисты или нет, все довольно просто. Есть чуваки вроде Клэя, которые трахнут любую с красивым лицом. Такие, как Мур, который находит себе какую-нибудь девчонку и не остановится, пока она не окажется в его постели. А есть парни вроде Дрейка, у которого золотое сердце, но он всегда смотрит на
— Интересная точка зрения. — Грейс почесала переносицу. — Что ты думаешь о Колтоне?
Я вспоминаю все, что у меня было с этим засранцем, начиная с того дня, когда мы познакомились, заканчивая тем, что он оставил мне свой бомбер.
Я до сих пор храню его среди своих вещей, спрятав подальше от посторонних глаз, как будто это сокровище.
Как будто я внезапно сошла с ума, потому что у меня нет никакого объяснения своему поведению.
Открываю рот, когда мой взгляд падает на него.
— Он замкнут, у него есть небольшой круг людей, которых он подпускает к себе. Колтон высокомерен, вспыльчив, неоправданно груб, а его эго… Боже. Оно выше, чем «Эмпайр-стейт-билдинг». Я никогда не встречала никого более запутанного, чем он, потому что в одну секунду мне кажется, что он ненавидит меня, а в следующую — что все, чего он хочет…
Я захлопнула рот, прикусив язык с такой силой, что мне пришлось закрыть глаза от внезапной боли.
Грейс молчит, с любопытством наблюдая за мной.
— Чего он хочет?
Трахать меня так, будто завтра не наступит. Я проглатываю слова и изображаю улыбку.
— Он хочет со мной дружить.
— О Боже мой! — Она смеется так громко, что все ее тело неконтролируемо сотрясается, и теперь я думаю, что она, возможно, права. Она слишком громкая. — Ты просто охренительное сокровище, Ава. С тобой приятно проводить время.
— Ты можешь пожалеть о своих словах позже. Я слишком дикая, чтобы со мной справиться.
Я наклоняюсь ближе, смотрю на Грейс и ухмыляюсь.
— Ты можешь научить меня быть дикой? — Грейс поднимает на меня бровь.
Я не хотела никуда идти после игры, даже если бы Лейла была у меня на спине, как избалованный ребенок, но сейчас? Теперь эта идея меня забавляет, даже если в глубине души я не понимаю, почему она хочет изменить себя.
— Как насчет того, чтобы начать с сегодняшней вечеринки?
— Я согласна. Ты даже не представляешь, как сильно я хочу потусоваться с тобой.
— Я слышала это. — Шепчет Лейла, глядя на нас с Грейс со сжатыми бровями.
Я загибаю руку на плечо моей лучшей подруги и приближаюсь к ее уху.
— Ты хотела, чтобы я дружила с твоей соседкой по комнате. Это я дружу. Остынь.
— Ладно. — Тихо ворчит она, и я целую ее в щеку. — Вам двоим стоит посмотреть игру. Она уже близится к концу.
— Как хочешь, детка.
Я отстраняюсь и возвращаю свое внимание на каток.
Наша команда выигрывает у Бостонского университета пять против одного, и сейчас идут последние четыре минуты третьего периода.
Клэй — наш вратарь, и он потрясает эту игру, играя невероятно хорошо.