Син-Бин
Шрифт:
Я слезаю с его коленей, снимаю трусики и кладу их в карман его куртки.
— Для мотивации? — Дразняще спрашивает он, вытаскивая свой член.
Он откидывается назад, опираясь на руки.
Дамы и господа, у Колтона Томпсона идеальный член, и я не принимаю никаких возражений.
Повернувшись к нему спиной, я медленно опускаюсь к нему на колени. Я уже такая мокрая, что он проникает в меня до самого основания. Вздыхаю, чувствуя, как его пальцы впиваются в мою кожу.
Кладу руки ему на колени, чтобы сохранить равновесие, и
— Скажи мне, когда ты будешь близка. — Требует он, и мои колени поддаются.
— Я так близка… о мой гребаный Бог, Кольт…
Он поднимает бедра выше, а я опускаюсь на его член снова и снова. Моя голова кружится, я ничего не вижу. Мой разум превратился в желе. Его движения на моем клиторе становятся все быстрее, и я больше не могу сдерживаться. Мое тело напрягается, моя киска сжимается вокруг его ствола. Еще несколько ударов, он задыхается, поднимает меня со своих коленей и освобождается сам.
Несколько минут мы просто переводим дыхание и успокаиваем сердцебиение. Помогая ему вытирать джинсы, я не могу сдержать улыбки. Никогда не думала, что именно я буду предлагать голый секс, но возможность была слишком хороша, чтобы упустить ее.
Как только мы закончили, я делаю шаг вперед, но он снова притягивает меня к своей груди, кружит меня и закрывает мое лицо своими большими ладонями.
— Как насчет того, чтобы покататься на коньках завтра вечером? — Спрашивает Колтон, и я тут же чувствую комок в горле. — Я думал, что то, что ты приходишь посидеть в штрафном боксе, так близко ко льду, что-то значит.
— Я чувствую себя здесь в безопасности. — Бормочу я себе под нос. — Может, я еще не готова к катанию, но просто выйти на лед в первый раз?
— Мне подходит. Мы можем попросить Фрэнка впустить нас, у него завтра тоже смена.
— Ты самый лучший парень, которого я когда-либо встречала. — Признаюсь я, не задумываясь, и его глаза темнеют.
Пытаюсь сделать шаг назад, но он не дает мне этого сделать. От его ладоней на моем лице исходит безумный жар, и все мое тело воспламеняется.
Кольт приближается к моим губам, его взгляд напряжен и пронзителен. Мой разум находится в таком состоянии, что я с трудом понимаю его, по крайней мере до тех пор, пока он не произносит следующие слова.
— Скажи, что ты моя. — Его голос трещит. — Скажи, что ты вся моя, Ава.
— Я твоя, Кольт. — Все напряжение покидает мое тело вместе с моими словами. — Я только твоя.
Он делает долгий дрожащий вдох и накрывает мои губы своими. Этот поцелуй полон отчаяния, он наполняет нас обоих страстью и желанием. Колтон овладевает моим ртом, моим языком. Он требует меня, и я позволяю ему.
Когда
Он помогает мне сесть в машину, и мы отъезжаем от арены. Как только мы припарковались возле его здания, отстегивает ремень безопасности и выпрыгивает из машины. Через секунду я присоединяюсь к нему, и мы заходим в здание, держась за руки.
Как только захлопывается входная дверь, наши рты сталкиваются. Голодно, как будто мы оба изголодались друг по другу. Интенсивно, как будто мы не были вместе всего тридцать минут назад. Это правильное ощущение, именно такое, каким оно должно быть.
Моя рука пробирается к его паху, и я глажу его член через джинсы. Через несколько секунд он становится больше и тверже.
— Я хочу, чтобы твой член был у меня во рту. — Шепчу я, и он поворачивает меня к себе.
Я врезаюсь спиной в его грудь. Кольт просовывает ладонь под мое платье. Крутит мой клитор, а я, следуя его примеру, начинаю двигать попкой по его члену.
— Ава. — Простонал он, засасывая в рот мочку моего уха.
— Кольт, пожалуйста. Я хочу, чтобы твой член был у меня во рту. — Умоляю я, задыхаясь.
Его руки убираются с моих боков, я поворачиваюсь и становлюсь перед ним на колени.
Расстегиваю молнию на его ширинке, расстегиваю пуговицы на джинсах и спускаю их вместе с трусами.
Его член высвобождается, и я беру его в рот. Кольт закрывает глаза, кладет руку мне на затылок, удерживая меня в нужном положении.
Я глажу, посасывая головку члена, проводя по ней языком. Он подталкивает меня, чтобы я взяла его глубже, и я соглашаюсь.
— Не останавливайся, детка. Не останавливайся. — Я засасываю его яйца в рот, пока моя рука движется вверх и вниз по его стволу. — Блять.
Я улыбаюсь про себя и беру его так глубоко, как только могу. Слезы наворачиваются на глаза, но я стараюсь не захлебываться. Посасываю основание его ствола, поглаживая его, медленно проводя зубами по его коже.
Легкие посасывания, нежные покусывания и много языка, а также моя рука, чтобы усилить давление. Он дрожит у меня во рту и издает самый тихий звук, который я когда-либо слышала от парня.
Глубоко вдыхая его, я задыхаюсь, но продолжаю. Он качает свой член у меня во рту, его бедра двигаются туда-сюда, пока он наконец не кончает. Я высасываю его досуха и медленно встаю.
— Мне нравится, каков ты на вкус. — Говорю я ему, и он ухмыляется, перекидывает руку мне на талию и кружит нас.
Прижимаюсь спиной к стене, провожаю его взглядом.
Все в его движениях — чистое обольщение: он заставляет меня чувствовать себя желанной. Он заставляет меня чувствовать, что меня видят.