Симулакрон
Шрифт:
Человек развернул свой летательный аппарат так, что огненно-белые выхлопные струи его ракетных двигателей уперлись прямо в стену здания.
Комната вся задрожала, посыпались куски штукатурки. Окно лопнуло он нагрева реактивными струями. Сквозь возникший в стеклянной стене проем человек завопил снова, пытаясь привлечь внимание оглушенного и ослепленного Яна Дункана.
— Эй, Дункан! Поторапливайтесь! Я уже подобрал вашего дружка! Он на борту другого корабля!
На этом довольно уже немолодом мужчине был дорогой несколько старомодный из натуральной ткани синего
— Нам нельзя мешкать, если мы собираемся это сделать. Вы что, совсем меня не помните? Как и Эл?
Ян Дункан изумленно глядел на него, не имея ни малейшего понятия, кто это и кто такой Эл.
— Мамулины психологи хорошенько над вами поработали, — тяжело дыша, произнес мужчина. — Эта Бетесда — приятненькое, должно быть, местечко.
Он подошел к Яну, схватил его за плечо.
— НП закрывает все стоянки марсолетов. Мне необходимо срочно переправить их на Марс, и я забираю вас с собой. Попытайтесь взять себя в руки. меня зовут Луни Люк — сейчас вы меня не помните, но память к вам вернется, когда мы все окажемся на Марсе и вы встретитесь снова со своим дружком Элом. Быстрее.
Люк подтолкнул его к проему в стене комнате, который всего лишь несколько минут тому назад был окном, и к аппарату — вот он-то, сообразил Ян, и назывался марсолетом — зависшему у самого окна.
— Ладно, — сказал Ян, пытаясь разобраться, что следует ему взять с собою.
Что ему может понадобиться на Марсе? Зубная щетка, пижама, зимнее пальто? Он быстро пробежал взглядом по квартирке, осматривая свое имущество.
Где— то вдалеке послышалась полицейская сирена.
Люк забрался назад, в кабину марсолета. Ян последовал за ним схватившись за протянутую ему руку пожилого попутчика. Повсюду по полу марсолета, как обнаружил он к немалому своему изумлению, ползали ярко-оранжевые, похожие на огромных «божьих коровок» существа, чьи антенны сразу же поворачивались в его сторону, пока он осторожно их переступал.
Это папоолы, вспомнил Ян. Или что-то вроде этого.
«Вам теперь будет очень хорошо», в унисон мыслили все папоолы. «Ни о чем не тревожьтесь; Луни-Люк успел как раз вовремя подхватить вас, в самый последний момент. Расслабьтесь».
— Хорошо, — не стал упираться Ян.
Он прилег, прислонившись к внутренней стенке корпуса марсолета и расслабился, а корабль тем временем взмыл в бездну ночи, направляясь к планете, которая ждала их там.
Глава 13
— Мне определенно очень хочется покинуть Белый дом, — брюзжащим голосом заявил Ричард Конгросян, обращаясь к полицейскому, охранявшему его.
Он все более раздражался, все более мрачные предчувствия овладевали им. Он стоял как можно дальше от комиссара Пэмброука. Это Пэмброук, он точно знал, заправлял здесь всем.
— Мистер Джадд, психохимиотерапевт из «АГ Хемие», — сказал Уайлдер Пэмброук, — должен быть здесь с минуты на минуту. Так что, пожалуйста, потерпите еще совсем немного, мистер Конгросян.
Голос
Имелась в нем определенная жесткость, непреклонность, что еще сильнее действовало Конгросяну на нервы.
— Это же совершенно невыносимо, — не унимался Конгросян, — вы сторожите меня, не спускаете с меня глаз, что бы я ни делал. Я просто не в состоянии терпеть, когда за мною следят. Неужели вы никак не можете уразуметь, что у меня самая настоящая паранойя во всем, что касается внешних ощущений?
В дверь комнаты постучались.
— Мистер Джадд к мистеру Конгросяну, — объявил служитель Белого Дома.
Пэмброук открыл дверь в комнату и пропустил в нее Меррилла Джадда, который деловой походкой прошел внутрь, держа в руке традиционный врачебный портфель, однако с фирменными наклейками.
— Мистер Конгросян? Рад встретиться наконец-то с вами лично.
— Здравствуйте, Джадд, — пробормотал Конгросян, не испытывая особой радости от того, что происходило.
— Я принес с собою кое-какие новые, еще экспериментальные препараты для вас, — произнес Джадд, открывая портфель и запуская туда руки. Имипрамин-глюкель — по две таблетки в день, каждая по пятьдесят миллиграммов. Вот, оранжевого цвета. А коричневые таблетки — это еще одно наше новое средства, метабиретинат оксид, сто миллиграммов в…
— Это яд, — перебил его Конгросян.
— Простите? — мгновенно насторожившись, Джадд приложил согнутую рупором кисть к уху.
— Я не стану ничего принимать. Это часть тщательно разработанного плана, имеющего конечной целью убить меня.
В этом у Конгросяна не было ни малейших сомнений. Он это понял, как только увидел в руках Джадда фирменный портфель «АГ Хемие».
— Отнюдь нет. Уверяю вас, — испугался Джадд, бросив злобный взгляд в сторону Пэмброука. — Мы пытаемся помочь вам. В этом заключается наша работа.
— Вот поэтому-то вы меня похитили? — спросил Конгросян.
— Я лично вас не похищал, — осторожно возразил Джадд. — А теперь, что касается…
— Вы все действуете заодно, — заявил Конгросян.
И у него было подходящее объяснение: его готовили к тому моменту, когда наступит нужное время. Призвав на помощь все свои психокинетические способности, он поднял обе руки и направил всю мощь своего внимания на психохимика Меррилла Джадда.
Психохимик поднялся над полом, завис, болтая ногами, в воздухе, все еще крепко сжимая в руках свой фирменный портфель «АГ Хемие». Разинув рот от изумления, выпучив глаза, он обалдело глядел на Конгросяна и Пэмброука.
Он попытался что-то сказать, и тогда Конгросян швырнул его об закрытую дверь комнаты. От удара дверь распахнулась, Джадд пролетел сквозь нее и исчез из вида. В комнате вместе с Конгросяном теперь оставались только Пэмброук и его люди из НП.
Прокашлявшись, Пэмброук сухо сказал:
— Нам, пожалуй следовало бы проверить, не получил ли он каких-либо тяжких телесных повреждений.
Уже шагая к двери, он добавил через плечо:
— Я посчитал, что «АГ Хемие» будет несколько этим огорчена. Мягко выражаясь.