Симфония чувств
Шрифт:
– Ой, Жан, ты только посмотри!
– Маргарита запахнула полы своего халата и привлекла внимание мужа, - факелы зажглись у пруда.
– Невероятно!
– Джон хлопнул в ладоши и улыбнулся, потом добавил, наклонившись близко к её уху и понизив голос до шепота, - И я догадываюсь, что послужило причиной тому - смею надеяться, что это проснулась в Ями и Рафаэле дремлющая в них сила.
И свидетелями этого дива стали ещё несколько пар, стоявших у мраморных перил необъятных балконов, вдыхая наполненный ароматами цветов и трав воздух тихой ночной благодати, спасаясь от прохлады, крепче прижимаясь друг к другу и укутываясь легкими покрывалами.
Рассвет окрасил нежными цветами крыши зданий, верхушки садовых деревьев, ровную гладь пруда, пробиваясь сквозь неплотно зашторенные
Благословенный Небесный град почти не знал, что такое зима с морозами и снежными метелями, потому не было необходимости в толстых стенах и плотных окнах - не стесненные подобными ограничениями, свет и воздух беспрепятственно проникали в помещение. А за пределами дворцовых стен свет и тепло, щедро даримые Солнцем, давали жизнь всему живому - множеству растений в садах, парках и на лугах, и животных в заповедниках, зверинцах и прудах.
Маргарита потянулась, вытянув перед собой руки, любуясь своим отражением в обручальном кольце. Джон накрыл её руку своей, переплетая пальцы, и поцеловал в висок. Теперь они уже вдвоем смотрели на свое отражение в его кольце:
– Проснулась, Котенок?
– в ответ девушка довольно замурлыкала, - Хорошо спалось?
– спросил он, улыбаясь.
– Да, просто прекрасно, и первое, что я увидела, проснувшись - твоя улыбка, и это самое лучшее пробуждение, - Маргарита как можно ближе прижалась к сильному телу мужа, - Доброе утро, дорогой!
– Утро доброе, мои родные и самые любимые!
– он положил руки ей на живот и приник губами к шее, целуя и вдыхая её запах, - Даже если твои губы будут ядом, я бы всё равно не удержался запечатлеть на них пылкий поцелуй. Знаешь, а я ведь и не думал, что смогу снова влюбиться, не говоря уже о том, чтобы жениться во второй раз. Как там говорил ваш Генрих Наваррский: "Жениться вторично - вещь серьёзная"? Я был очень молод, когда встретил Кали - я был польщен, что такая женщина обратила на меня внимание, и ей нравилось моё общество, страсть затуманила нам рассудок. Когда оказалось, что она ждет ребенка, я радовался, как сумасшедший - подумать только, моего ребенка, моего первенца - я был на седьмом небе от счастья и, недолго раздумывая, предложил ей выйти за меня. А потом случилось то, от чего я чуть не свихнулся. Нет, не было мерзких сцен, как в низкопробных сериалах, где муж застает бесстыдную жену с любовником в собственной постели - она пришла и спокойно сказала, что нам нужно поговорить. Я до сих пор уважаю эту женщину и восхищаюсь ею, но то, что она сказала мне тогда, я никогда не смогу забыть - что она ценит мою привязанность, но может относиться ко мне теперь только как к младшему брату, потому что полюбила другого мужчину. Младший брат... с которым она делила ложе, и от которого зачала ребенка... Нет, это просто невероятно. Моя жена влюбилась в другого, и в кого? В моего лучшего друга. И словно выключили свет и оставили тебя в густой пугающей темноте. Так и я не понимал, что мне делать, как себя вести... Нет, она не собиралась покрывать позором измены моё имя, не препятствовала моему общению с сыном, от чего моё сердце просто разрывалось от эмоций - я никогда не таил зла на них, прекрасно понимая, что насильно удерживать при себе женщину - ниже чести и достоинства мужчины. И я отпустил её. И не осталось ничего - только пустота. И ни какие самые искусные и изысканные ласки других женщин не могли изгнать тоску из сердца, и даже самые лучшие вина не могли умерить эту боль, пока как-то я не увидел своего отражения в зеркале и не устыдился - какой пример я могу показать своему сыну, уничтожая самого себя и свою жизнь своими же руками? Я успел вовремя спохватиться, но мне нужно было время, чтобы поразмыслить над своей жизнью. И вот, когда я уже поставил крест на своей жизни и своей судьбе, я встретил тебя - чумазое личико, мокрое от слез, волосы взлохмачены - и я полюбил тебя такую: блеск твоих глаз, мягкость твоей кожи, шелк твоих волос и нежность твоих рук. До встречи с тобой я не понимал, что значит "судьба", но теперь я знаю, что наша встреча была предопределена - и ты это знаешь. Зачем я тебе всё это рассказываю, спросишь ты меня?
– он повернул её лицо к себе и крепко сжал её руку, - Я хочу, чтобы не осталось ничего, чего бы ты обо мне не знала, - но у него оставалась ещё одна тайна - как однажды он смог обмануть саму смерть - есть в жизни вещи, о которых сложно и тяжело говорить даже с самыми близкими людьми, и глубоко в середине поселился отвратительный липкий страх, что эта тайна однажды будет ему
– И я люблю тебя таким, какой ты есть, - Марго ещё раз поцеловала его и с большой неохотой поднялась с постели, направившись к туалетному столику за гребнем, чтобы расчесать свои длинные волосы.
– За это я тебя и обожаю, чудо моё, - Джон тоже встал и раздвинул тяжелые портьеры на огромных окнах - и в спальне сразу стало светло, а через раскрытое окно комната сразу наполнилась звуками и ароматами с улицы.
Принимая душ, девушка услышала, как в дверь комнаты уже во всю барабанит своими маленькими кулачками неугомонная Аделька, а выйдя она застала такую картину: Джон смиренно терпел, пока девочка заплетала его волосы в косички - было ли их ровно сорок, Маргарита не считала, взяв с подноса с фруктами большой спелый персик, тепло усмехнулась, глядя на них : нет, ну и кто посмеет сказать, что Аделин - не их дочь?
В парадных одеждах и фамильных украшениях, с забавными косичками, каждая их которых была закреплена золотым шнуром, с приятного оттенка загорелой кожей и большими темными глазами с длинными и необычно черными, словно накрашенными, ресницами, мужчина сейчас походил на сказочного принца или божественного египетского фараона - что было совсем недалеко от истины.
Теперь, когда все трое были при полном параде, можно спуститься в зал на завтрак.
– Доброго ранку! (Доброе утро! Укр.) - бледнокожий бывший Охотник приподнялся на подушках, веселым взглядом серых глаз наблюдая за женщиной, - Вже йдете, панi? Так швидко? (Уже уходите, леди? Так скоро? Укр.) - он давно так легко не улыбался, казалось, что сами мышцы уже отвыкли выдавать улыбку, отдавая ноющими болезненными ощущениями.
– С добрым утром!
– Александра обернулась, завязав пояс халата на бант и убрав несколько прядей своих светлых волос за ухо, - Я всего лишь поднялась, чтобы раздвинуть шторы и впустить свет в комнату, и открыть окно - новый прекрасный день начался, - она вернулась и присела рядом с ним на кровать.
– Это хорошо, потому что я не хочу тебя отпускать...
– он обнял её за талию и опустил голову ей на плечо.
– Нам, наверно, не стоило этого делать...
– неуверенно начала она, но Лев приложил палец к её губам и напомнил шепотом:
– Мне кажется, вчера ты так не думала, - он провел рукой по её волосам.
– Ну, почему я рядом с тобой чувствую и веду себя, как стеснительная школьница на первом свидании?
– за светлой улыбкой она старалась скрыть и смущение, и радость.
– Должен признать, что справилась ты просто превосходно, как для стеснительной школьницы, - мужчина нежно провел рукой по её плечу, спускаясь дальше.
– Мне давно не было так замечательно с женщиной. Собственно, у меня давно не было женщины... да ещё такой...
– и сейчас он снова чувствовал себя счастливым и таким же молодым, как и его сын - не старше.
– Я тоже... давно не была с мужчиной...
– она покраснела и уткнулась в его платиновую шевелюру, - Господи, что подумает о нас твой сын?!
– Что мы ещё не разучились получать удовольствие, - он посмотрел в серые глаза Александры, она так напоминала ему покойную жену, и не только глазами, а ещё чем-то неуловимым, но таким знакомым, - Ты же своими ушами слышала то же, что и я - что Марк благословляет наши отношения. Он так мечтал видеть тебя своей приемной матерью... Я видел Свет и Тьму, познал Добро и Зло, а теперь я хочу познать любовь и успокоение. Я совершил много ошибок в своей жизни, но судьба послала мне шанс вернуть самое важное из того, что я потерял, и начать всё с начала, с женщиной, к которой меня влечет, - после смерти жены, на много лет женский пол перестал для него существовать, а теперь эта женщина заразила его своей любовью к жизни, и краски мира заиграли для него ярче, и его тело и душа точно заново переродились к новой, счастливой действительности, а внутри разгорался давно погасший пожар, отголоски которого он считал уже давно погребенными в самых дальних уголках его измученной души, а витавший в эти дни в воздухе сам дух любви лишь помог ему быстрее разгореться.
– Тебя влечет ко мне?
– она обвела пальцем контур его бледных губ.
– Я много лет жил в одиночестве и боли, тело и душа мои истомились без женского тепла и ласки, - мужчина припал губами к её губам, подтверждая свои слова, - Считал, что уже давно очерствел, а ты помогла мне снова начать жить и чувствовать. И это не простое вожделение - с тобой я хочу большего, единения не только тел, но и душ.
– А ты совсем не такой, каким я тебя представляла, - промолвила она между неистовыми поцелуями Льва Витриченко.