Симбиоз

Сканира Татьяна

– Не забудешь, - улыбаясь сказал ей Виктор, не ослабляя напора синих глаз.

– Что? – обомлела Марианна, - что не забуду? – Она не могла поверить, что этот глазастый догадался, или прочитал её мысли, хотя у неё на лице они были напечатаны огромным шрифтом… «Ну и ладно».

– Мари? Или Анна? Или по-простому, Маруся? Как тебя называть прикажешь, девица-красавица? – щурился улыбчивыми глазами Виктор.

– Какая разница, пусть будет Мари. Вот тут бумаги, моя тематика, сопроводительный - сказала девушка, протягивая Виктору направление на практику. Он, не взглянув на бумаги, отложил их в сторону, после чего уже серьёзно обратился к Мари:

– Этого не понадобится, Мари. Добро пожаловать в общество неспящих. Пойдём.

И с этими словами, он подхватил под руку, не

успевшую опомниться, девушку и повёл за собой в дальний угол комнаты, ловко лавируя между стеллажами. Там за очередной приборной стойкой обозначилась небольшая дверь, окрашенная в цвет стен с нарисованным то ли падающим, то ли бегущим человечком на фоне лабиринта и стрелок. «Наверно это указатель пожарного выхода», - подумала Мари. Виктор нажал на неприметную кнопку и за стеной еле слышно что-то зажужжало, а через мгновенье раскрылся лифт. Они вошли в кабину и поехали вниз. Скорость движения была очень высокой, и Мари ощущала приятную лёгкость, словно парила над полом. Волнение её уже прошло, как будто кто-то убрал лишние эмоции, и девушка принялась изучать обстановку и ситуацию в которой она оказалась.

«Нет, это далеко не восемь этажей», - подумала она, - «мы слишком быстро и долго едем. Ах да… подземелье Сталинского бункера».

Виктор улыбнулся ей опять одними глазами, как будто читал мысли. «Пусть читает», - гордо вздёрнула носик девушка и отвернулась. Лифт мягко остановился.

– Пойдём, - Виктор потянул Мари в невзрачный коридор. Коричневый линолеум на полу, белая плитка до половины стены, потолок с редкими люминесцентными лампами вкупе с полным отсутствием людей и звуков, повергли Мари в смятение: «какое жуткое место, на отделение тюремной больницы похоже, или на тайную лабораторию». Но не успела девушка определиться с мыслями, как коридор закончился решётчатой дверью под невысокой аркой. Виктор ловкими движениями рук открыл решётку и вошёл внутрь, пригласив Мари следовать за ним, затем также ловко закрыл проход. Дальше путь лежал по круглому туннелю, идущему под углом вниз. Стены, пол, потолок туннеля были одинаково серыми из грубо обработанного камня. Создавалось впечатление, что туннель был выдолблен внутри скальной породы, и если бы не редкие, тусклые «лампочки Ильича» и связки проводов под потолком, то туннель вполне мог бы сойти за тайный подземный ход из мрачного, древнего средневековья. Шли они не долго, миновали несколько поворотов, пока не оказались перед старой, ржавой дверью.

– Мари, сейчас я погружу тебя в состояние другого восприятия, его называют фаза, или же ИСС – изменённое состояние сознания. Это необходимо для того, чтоб ты смогла попасть за дверь. А сейчас помоги мне, вспомни, когда твой сон был особенно реален, или же реальность показывала чудеса, сравнимые со сном.

И Мари, ни капли не сомневаясь, тут же вспомнила лесной ручей, свежий запах утренних трав, солнечные блики, пробивавшиеся сквозь листву деревьев и девушку-птицу, которая прилетела на берег ручья. «Неужели это и правда был только сон? Но тогда почему я здесь?»

– Мари, не задавай себе вопросов, отпусти себя и плыви по волнам памяти, это важно, я хочу, чтобы ты сама запомнила Путь, - медленно и мягко говорил Виктор, обволакивая разум девушки своим голосом.

«Вот он, ручей, прозрачная вода, ах, как хочется испить. Ой, что это? Ничего себе, какая огромная птица… Варвара Игоревна…?» - Мари почувствовала уже знакомое состояние удивления и внутреннего ожидания тайны. Виктор громко щёлкнул пальцами за спиной девушки чуть выше лопаток и внезапно всё вокруг стало другим. Пространство туннеля наполнилось разноцветными бликами, высвечивая причудливые узоры на стенах и потолке, дверь, обитая красным шпоном с затейливой инкрустацией, смотрелась шикарно, по бокам от входа висели массивные светильники. Даже само пространство поменялось, коридор стал выше и шире.

Виктор потянул за ручку, и тяжёлая дверь распахнулась, открывая взору просторную залу. Вдоль стен стояли мягкие диванчики и низкие столики, ближе к середине помещения столики были обычные, овальные, окруженные мягкими стульями или угловыми креслами. Весь декор был выдержан в матовых, бардовых тонах, поэтому обстановка напоминала

дорогой ресторан, или клуб. Звуки негромкой музыки тонули в глубоком «бархате» залы. Несколько человек, мужчин и женщин сидели за столами и беседовали за чашечкой чая, кофе или бокалом вина. Никто не обратил внимания на только что вошедших. Виктор и Мари проследовали по мягкой ковровой дорожке, вдоль уютных диванчиков и остановились напротив невысокой арки.

– Посиди тут, - Виктор указал девушке на свободный диван, а сам скрылся за тёмным арочным пространством.

У Мари от волнения пересохло в горле и ужасно хотелось пить, а память, как назло, рисовала картинку лесного ручья с прохладной водичкой. Девушка закрыла глаза, а когда вновь открыла, перед ней на столе стоял высокий стакан с холодной водой. Мари жадно сделала несколько глотков.

– Здравствуй, Маруся! – позвал её знакомый голос, Мари вздрогнула от неожиданности и оглянулась. Перед ней стояла Варвара. Радость, смятение и слёзы, всё вместе хлынуло потоком, прорывая плотину внутреннего напряжения.

– Варвара Игоревна! – воскликнула Мари и ринулась навстречу женщине.

– Просто Варвара, договорились же, - ответила та, заключая в объятья трепетно всхлипывающую Мари, - Ну, ну, успокойся, дорогая моя. Вот мы снова увиделись, как я и обещала.

– А я уже почти поверила, что мне всё приснилось! – горячо отвечала Мари, - и перестала ждать встречи!

– Маруся, мы должны были подготовить твою историю и вписать твою будущую деятельность в существующую реальность, не нарушая внешних правил, а это не так быстро. Ты же понимаешь, что теперь ты не совсем обычный человек и дела твои будут не совсем обычными. Постепенно тебя введут в курс дела, а сейчас ты должна пройти процесс инициации. Он определит твоё назначение. Мы пока не знаем в какую группу ты попадёшь.

– А какие группы есть? – не понимая о чём идёт речь, спросила Мари.

– Разные, но основных направлений у неспящих - два, это Хранители и Хартия. Я – Хранитель, а вот Виктор, твой научный руководитель, с которым ты уже познакомилась, он координатор одной из ячеек групп Хартии. Кстати, как тебе он? Давно я не видела нашего строгого Виктора в романтическом расположении духа, видимо ты ему понравилась и сейчас он пытается перетянуть выбор инициатора в сторону Хартии, что-то долго пропадает наш друг, - и Варвара улыбнулась.

Мари вспыхнула и потупила глаза:

– Я не знаю его совсем, но что-то такое произошло при встрече, пока что не могу понять.

Варвара тут же рассмеялась:

– Ах, Виктор, вот теперь узнаю верного хартийца, значит он сходу тебя застолбить решил…

– Как это, «застолбить»? – Мари совсем потерялась.

– А «такэто». Он маг и ты ему понравилась, а отношения между Хранителями и Хартией, ну… скажем так, не всегда радужные. Мы, Хранители, считаем хартийцев через чур взбалмошными и сумасбродными. Это ветвь неспящих проявилась много позднее ветви Хранителей, нам не понятен был принцип её изначального образования, но скорее всего, она была создана на случай опасности выхода Випса в материальную реальность третьего мира Гайи и активировалась, когда вероятность достигла критического значения. Это случилось примерно пару сотен лет назад по Гаянскому времени третьего мира. Тогда массово стали пробуждаться хартийцы. Они воины по сути своей, и нам стоило многих усилий удержать их пылкий нрав от активных действий в землях Гайи. Такая предосторожность была необходима, чтоб Випс не смог обнаружить новую ветвь носителей чистой искры. Дело в том, что о нас он знает давно и поначалу даже пытался устранить, как он считал, недоработку, путём внедрения своего симбитонта, но испытуемые не выживали. И, что интересно, на смену погибшему всегда рождался новый носитель чистой искры. Таким образом строго соблюдалось наше число. Затем Випс прекратил свои попытки, а так как носители всё равно спали, то он посчитал нас незначительной проблемой. По истечении ровно половины срока Договора, мы стали просыпаться. Нам пришлось держать своё пробуждение в тайне, чтоб не подвергнуться уничтожению и новому перерождению в землях третьего мира Гайи. Ты, Мари, одна из последних, перерождённых Хранителей.