Сильнее всех разлук
Шрифт:
— О ком это ты?
— Ему семь недель.
Рози помолчала и вскрикнула:
— Ребенок!
Нелл скрестила пальцы за спиной.
— Я усыновляю маленького мальчика.
— Но это чудесно, Нелл. Замечательно.
— И мне, наверное, понадобятся твои советы, Рози. — Нелл помогала многим своим друзьям с детьми, но она не помнила, когда в последний раз меняла подгузник. Рози, мать трех маленьких мальчиков, была в этом специалистом.
— Ах, дорогая, всегда немного страшно впервые принести малыша в дом, но ты можешь рассчитывать на меня. Я с удовольствием
— Тогда тебе придется приходить к Сэму.
— С наслаждением. Зови, когда тебе понадобится помощь.
— Позову, не сомневайся.
— Все в порядке, сынок?
Телефон Джекоба зазвонил, когда он завтракал в кафе на Южном берегу.
— Насколько это возможно сейчас, — ответил он матери.
— Похоронили девочку?
— Да. Я правильно сделал, что приехал сюда.
— Рада это слышать.
Учитывая, что речь шла о похоронах, реакция Мэгги была странной.
— Кого-нибудь встретил?
Вот оно что! Его дорогая мамочка рассчитывала услышать новости о Нелл.
— Подожди минуточку.
Положив деньги за завтрак на стол, он вышел из кафе.
— Ты слушаешь?
— Да, — ответила его мать и спросила: — Ты видел Нелл?
— Да.
— И?
— С нею все в порядке.
— Ради бога, Джекоб, скажи еще что-нибудь.
Джекоб прекрасно понимал желание Мэгги услышать подробности. Его мать страдала вместе с ним, когда им пришлось уехать из «Ясного месяца» двадцать лет назад. Но как он мог рассказывать ей о Нелл, не сказав о Сэме? А говоря о Сэме, как мог не сказать о своем плане, чтобы Нелл жила с ним в Кумалонге, и о тупике, в который они попали?
Не надо бы напрасно волновать ее. Однако мать продолжала задавать вопросы:
— Нелл сказала тебе, что она разведена?
— Сказала. А когда ты узнала об этом?
— Недавно. Будь осторожен, сынок. Снова уйти от Нелл будет нелегко.
— Я больше не безумный ребенок. Не волнуйся о прошлом.
— Не мечтай о невозможном. Я не вынесу, чтобы ты снова страдал.
— Этого не будет. Старик Харрингтон больше не наставит на меня ружье.
— Ты знаешь, что я не это имела в виду.
— Не беспокойся, все очень сдержанно. Мы поговорили с Нелл. Вот и все. Надо было многое обсудить.
— Понятно. Когда ты возвращаешься в Кумалонг?
— Скоро. На днях. — Услышав молчание на другом конце, Джекоб добавил: — Я позвоню, как только все здесь улажу.
— Хорошо. Но Джекоб, не забывай, что жизнь идет вперед. Ты не сможешь вернуть прошлое.
Как он мог не помнить об этом? Это горело у него в мозгу.
— Не забуду, — ответил он.
Нелл была довольна, что они с соседкой так удачно поговорили, но, когда она вернулась на кухню, ее оптимизм растаял. Вошел Амброзий и потерся об ее ноги.
— Что мне делать, Амброзий? Буду ли я ужасной эгоисткой, если останусь с ребенком в Мельбурне?
Нелл вздохнула и сказала себе, что пытается быть не эгоистичной, а разумной.
А теперь все по-другому — практическая договоренность между дедушкой и бабушкой о том, как они будут растить внука.
Джекоб легкомысленно полагает, что она может быстро переехать, как будто дело только в том, чтобы упаковать ткани и швейную машинку. Так ли просто бросить дом и друзей на целый месяц? Неужели он действительно думает, что их отношения могут возобновиться?
Нелл закрыла глаза и уцепилась за край раковины, когда ее охватило жаром.
Так это беспокоило ее больше всего?
Всего один поцелуй Джекоба, а ее уже обуял восторг. Она так же реагировала на его близость сейчас, как и в девятнадцать лет.
А что, если предлагаемый им эксперимент в Кумалонге будет неудачным? Она не сможет вынести этой боли еще раз. И Сэм тоже будет страдать. Маленькие дети очень тонко чувствуют, что их окружает.
Но потом она вспомнила, как больно было Джекобу вчера.
Мы никогда не были частью жизни нашей дочери.
В этот момент раздался стук в дверь. Нелл поторопилась открыть.
В синих джинсах Джекоб выглядел потрясающе.
— Доброе утро, мэм. Это у вас кроватка с хитрыми гайками?
Каждый раз, когда видела его, она чувствовала себя как школьница — у нее начинало биться сердце и подгибались колени.
Она схватилась за ручку двери, когда Джекоб, как трофей, высоко поднял плоскогубцы.
Не понимала, почему и как он мог вести себя так спокойно и непринужденно. Вчера он отодвинул это дело, потому что хотел договориться обо всем в отношении Сэма. Вчера вечером они ни до чего не договорились и неловко расстались.
Так что же означало его спокойствие? Не передумал ли он насчет Кумалонга? Может быть, он решил, что ему будет спокойнее, если она станет растить Сэма здесь, в Мельбурне. Но ей не хотелось задавать ему вопросы.
— Заходи, — пригласила она его.
Джекоб прошел прямо к кроватке в ее спальне.
Нелл смотрела, как он затягивает плоскогубцами гайки в кроватке.
То, как он работал, вызывало восхищение. Он ловко действовал руками, а она смотрела на его спину: на обтянутые футболкой мускулы и облегающие джинсы. Потом перевела взгляд на его затылок.
Ей нравились его темные волосы и то, как они пострижены, образуя по-мужски прямую линию на загорелой шее.
Работа была сделана за минуту.
Джекоб выпрямился, блестя глазами.
— Теперь малыш будет здесь в безопасности.
— Спасибо.
— А как ты будешь перевозить Сэма? У тебя есть специальная детская сумка для машины?
— Да. Вчера я пыталась приладить ее, но не уверена, что все сделала правильно. Ты посмотришь?
Он кивнул.
— Показывай.
— Мы еще не определились, где будет жить Сэм, — заметила она, когда Джекоб сообщил, что сумка полностью готова.