Сильнее страха

Воронина Улия

Особенно ее поразил высокий, более двух метров роста, планетник. Его волосы, покрывающие кожу почти целиком, были выкрашены в сиреневый цвет и приведены в легкий, игривый беспорядок, точно их растрепал ветер, длинная многослойная рубашка из полупрозрачного материала мягко переливалась при каждом плавном его движении, на груди — ожерелье из морских звезд и ракушек. Он распространял легкий аромат арбузной свежести, и в руке кроме перламутровой папки с документами держал изящный белый цветок. Впрочем, с цветами

были многие, это был, как она узнала позже, модный аксессуар утра.

Причудливая мода требовала смены красок жизни во все времена суток. Согласно современной моде ПВ четыре раза за день необходимо было переодеваться, наносить новый макияж, красить волосы и менять аромат. Утром требовалось выглядеть по-утреннему свежо и чувственно, волосы красить светлыми красками, прическа — художественный беспорядок, аромат — легкий, одежды — развивающиеся и многослойные, но полупрозрачные. Поэтому ни на ком другом, кроме нее, не было такого темного и облегающего рабочего комбинезона.

Рене вспомнила, что даже Тоно оделся сегодня соответственно моде, и испугалась. Ей стало не по себе — она опять выделялась из толпы, отличаясь от большинства из этих людей и планетников… Правда, прохожие спешили и на нее, кажется, никто не обращал внимания. В этом преимущество большой планеты, здесь не были редкостью те, кто сам желал выделиться из толпы. И все же, быть как все, это хорошая защита, уж она-то это понимала, поэтому остаток времени ожидания Тоно она пряталась за колонну.

Тоно вернулся за ней через несколько минут, и, обнаружив ее за колонной, радостно объявил:

— Нам повезло! Тесс примет нас прямо сейчас, я говорил с ней по телефону. Идем же.

Они прошли в просторный лифт и через минуту- другую вышли в просторнейший вестибюль, выполненный из пестрого коричневого и светло желтого камня. В его глубине помещался волной вытянутый большой стол, на котором кроме монитора компьютера и телефона, стояли изящные композиции с цветами и другими предметами, например канцелярскими принадлежностями, увеличенными или уменьшенными в десятки раз, в зависимости от замысла дизайнера. За столом сидела молодая женщина в сиянии молодости и красоты.

— Тесс, дорогая!.. — пропел Тоно и галантно поцеловал ей руку.

Она улыбнулась, и красота ее вспыхнула, точно озаренная солнцем. И мягкие светлые волосы, с тщательной небрежностью рассыпанные по плечам, и высокий чистый лоб, и большие серые глаза и нежные губы, между которых заискрились ровные зубы, все было совершенством. От нее нельзя было отвести глаз.

— Тоно! Я рада тебя видеть!

— Я жутко скучал по тебе! Боже, почти каждую ночь ты снилась мне, такая далекая и желанная… и вот ты рядом!

Тоно присел прямо на стол перед ней и запросто поцеловал девушку в щеку.

— Боюсь, во сне ты видишь совсем

других девушек, иначе бы ты чаще бывал здесь!

Тесс повернулась к Рене и окинула ее быстрым внимательным взглядом, от которого не спрятался бы ни один даже самый маленький недостаток, взглядом истинной женщины, которая видит соперниц во всех других представительниц своего пола..

— Ты не представишь мне свою спутницу?

— А…конечно. Это Рене. Рене Даарт.

Тесс протянула ей свою руку и вопросительно заглянула в лицо. Рене заметила, что осмотр почему-то не успокоил ее в полной мере.

— Я — Тесс Эриен. Вы подруга Тоно?

— Это подруга Фредо, — перебил Тоно, улыбаясь, — Ты ведь помнишь моего лучшего друга?.. Знаешь, по дороге с нами случилось непредвиденное, короче, Фредо сейчас в больнице. Я уговорил Рене поехать со мной. В качестве помощника. Она, бедняжка, так изводилась по Фредо!

Рене кинула было на него удивленный взгляд, на что он толкнул ее ногой под столом. Не сразу, но все же, она поняла причину такой фантазии и смирилась с новой ролью.

— Да… Фредо уже поправляется…

— О, мне очень жаль, что с Фредо случилось несчастье! Надеюсь, он быстро выздоровеет.

Он прекрасный человек.

— Да. Спасибо.

— Да, только проваляется в постели еще несколько месяцев. Ты же знаешь Фредо, дорогая, он всегда переживал по поводу своего здоровья, хоть я не знал никого здоровее. Короче говоря, валяет лодыря, и закидывает удочки к местным медсестрам, благо на Веффе это не роботы.

— Тоно! — ужаснулась Тесс.

— Что?.. А, да, прости Рене, я не подумал… Но не беспокойся, Тесси, она не ревнива.

Тесс взглянула на Рене, недоумевая, но та только кивнула в подтверждение слов Тоно. Что она могла сказать?

Тогда Тесс, снова повернувшись к Тоно, покачала головой осуждающе, но легкой улыбкой, с какой обычно прощают шалости милым детям.

— Присаживайтесь, пожалуйста, в кресла. Вы впервые на Мене, Рене?

— Вообщем, да.

— Тогда вы не видели наши новые чудеса в квартале развлечений! Тоно, ты обязан все показать Рене!.. Когда вы прибыли? Наверняка не сегодня, верно?

Она повернулась к Тоно с лукавой улыбкой.

— Мы прибыли вчера вечером, и я всю ночь не спал и ворочался, потому что только и думал о нашей сегодняшней встрече! О, боже, как я скучал по тебе!.. Твоя улыбка, Тесси! Такой нет ни у одной из звезд индустрии развлечений!..

— Господи, Тоно, только не думай, что я приму твои слова всерьез! Наверняка, ты говоришь это всем девушкам, на всех планетах! Да, да, на каждой планете по пути твоего следования, в каждой маленькой таможне есть одна, а может и несколько твоих знакомых, по которым ты «жутко скучаешь», и чьи улыбки не дают тебе спать!