Сильнее страха
Шрифт:
— Насколько я помню, я не называл вам его имени.
— Незнакомец отдает мне ключи от своей квартиры. Не станете же вы сердиться за то, что я поискала вас в «Гугле»? Я прочла вашу статью и узнала про ваши злоключения. Досталось же вам!
— Своими представлениями об уместности вы сбиваете меня с толку. Зачем было задавать столько вопросов, раз вам и так все известно?
— Чтобы услышать все из первоисточника. Разве не так поступают журналисты?
— Раз у нас с вами откровенный разговор, — сказал Эндрю, пододвигая свою папку
Сьюзи открыла папку и стала изучать список пассажиров, ничем не выражая своего удивления.
— Я предоставляю свою квартиру незнакомке, которая, надеюсь, не станет на меня сердиться за любопытство?
— Мяч в центр, — бросила она с улыбкой.
— Вы не ответили на мой вопрос, — не отставал Эндрю. — Кто этот пассажир?
— Вот он. — Сьюзи ткнула пальцем в фамилию индийского дипломата.
— Выходит, паломничество было инициативой вашего спутника?
— Раньше вам это не приходило в голову?
— Вы сами говорили мне о памятной дате.
— Вряд ли с вами мог бы поговорить сам Шамир…
— Мне очень жаль… — пробормотал Эндрю.
— Что вас удручает — гибель Шамира или ошибка вашей интуиции?
— То и другое. Поверьте, я говорю совершенно искренне. Он, по крайней мере, успел почтить его память перед тем, как…
— Перед тем, как перерезал веревку? В каком-то смысле успел. Ступить на эту проклятую гору — это уже много.
— Вы сопровождали его потому, что любили?
— Мистер Стилмен, я вам чрезвычайно признательна. Возьмите ключи, и на этом закончим.
— Вы меняли фамилию, мисс Бейкер?
Вопрос Эндрю как будто сбил Сьюзи с толку.
— Зайдем с другого боку, — продолжал он. — Если я спрошу, в каком колледже и в каком университете вы учились, где получали водительские права, вы мне ответите?
— Эмерсон-колледж в Бостоне, потом Форт-Кент в штате Мэн. Вы удовлетворены?
— На кого вы учились?
— Так вы журналист или полицейский? — насмешливо спросила Сьюзи. — Я изучала криминологию. Это совсем не то, что вы воображаете. Забудьте о сыщиках-всезнайках и об инспекторах в суперсовременных лабораториях. Криминология — это совсем другая дисциплина.
— Что вас побудило пойти этим путем?
— Меня рано стало интересовать поведение преступников, мне стало любопытно, как работает наша судебная и исправительная система, каков механизм взаимодействия юстиции, полиции и правительственных структур. В нашей стране это неохватная сфера, очень трудно понять, кто чем занят.
— Однажды утром вы проснулись и сказали себе: «А не постигнуть ли мне связь между ЦРУ, АНБ, ФБР и моим местным полицейским участком?»
— Да, что-то в этом роде.
— Среди учебных курсов было и шифровальное дело? — С этими словами Эндрю предъявил Сьюзи тетрадку, выпавшую из книги, которую она накануне забыла на столе в библиотеке.
Сьюзи схватила тетрадку и спрятала
— Почему я не нахожу всего этого в Интернете? — не отставал Эндрю.
— А почему вы ищете в Интернете мое прошлое?
— Сами догадайтесь.
— Ладно, не томите!
— Потому что вы меня интригуете.
— Теперь я все вам ответила. Вы уже не заинтригованы?
— Вы занимались криминологией на практике, когда завершили учебу?
— Боже, он никак не угомонится! — воскликнула Сьюзи.
— Не упоминайте Бога всуе.
— Только для собственных целей.
— Какое-то определенное дело?
— Семейное. Это касается только моей семьи.
— Все, прекращаю вас донимать. Долорес права, я лезу не в свое дело. Пора заняться собой.
— Странно. Глядя на фотографию у вас на камине, я не могла представить, что ее зовут Долорес.
— Вы попали пальцем в небо! — ответил Эндрю, расхохотавшись.
— Не важно. Можете возвращаться к себе. Я повернула ее лицом к стене, больше она за вами не подглядывает. Еще я позволила себе купить вам пару новых простыней и застелить постель.
— Очень любезно с вашей стороны, но совсем не обязательно.
— Хотелось как-то отблагодарить вас за гостеприимство.
Пока Сьюзи говорила, Эндрю представлял, как она покупает ему простыни; почему-то эта фантазия его растрогала.
— Вы придете завтра в библиотеку?
— Возможно, — ответила Сьюзи.
— Тогда, возможно, увидимся завтра, — сказал Эндрю, вставая.
Выходя из ресторана, Эндрю получил на мобильник сообщение:
Дорогой мистер Стилмен, хотя вы мне несимпатичны, мой патриотизм, уязвленный вашими словами, побуждает меня доказать, что на нашей стороне Атлантики мы живем в том же веке, что и вы, а иногда даже и опережаем вас. Наша французская медицина, как и вся система здравоохранения, представляет собой превосходный пример, способный вдохновить вас на новую статью. Безопасность в наших больницах ничуть не хуже, чем в ваших, доказательством чему послужат прилагаемые к письму фотографии, сделанные системой наблюдения на территории больницы при отъезде пациентки, вызвавшей ваш интерес. Вы, несомненно, оцепите их четкость и то, что мы хранили их целый год.
Эндрю открыл приложение и дождался, пока оно загрузится.
Он узнал Сьюзи на носилках, какой-то немолодой мужчина задвигал их в фургон «скорой помощи». Увеличив изображение, он узнал и его: этот человек выходил незадолго до Сьюзи из бакалеи Али.
Эндрю улыбнулся при мысли, что Сьюзи не уступает ему хитростью. Теперь он не сомневался, что назавтра они встретятся в библиотеке.
Он подозвал такси, по пути позвонил Долорес и попросил таксиста отвезти его в редакцию газеты.