Сильнее Скотленд-Ярда
Шрифт:
Далее следовала приписка:
«Разумеется, что данное приглашение распространяется и на Вашего уважаемого друга».
Манфред потёр подбородок.
— Я что-то не испытываю желания ужинать сегодня в аристократическом обществе.
— А я, — решительно заявил Леон, — всегда восхищался хорошей английской кухней. Кстати, лорд Пертхем известен как незаурядный гастроном…
Ровно
Там их встретил высокий стройный человек лет пятидесяти на вид.
— Кто из вас мистер Фуентес, господа?
— Это я, — ответил Манфред, — но известный криминалист — мой друг.
— Чрезвычайно рад познакомиться с вами, но прошу извинить меня, господа. Из-за досадной оплошности письмо, предназначавшееся мистеру Фейру, не было отправлено своевременно. Я узнал об этом полчаса назад. Надеюсь, вы не очень обескуражены…
Манфред пробормотал нечто трафаретное, полагающееся в подобных случаях.
Через минуту в комнату вошла дама.
Она была худа и костлява. Её бесцветные водянистые глаза и тонкие бескровные губы были совершенно лишены привлекательности, как и всё её тусклое лицо. Она хмурила лоб, и это ещё больше уродовало её.
Леон Гонзалес тут же пришёл к заключению: неприветлива, подозрительна, жестокосердна, неблагодарна, высокомерна.
Дама небрежно протянула руку гостям, увеличив число складок на лбу.
— Можно сесть за стол, — проронила она, ни к кому не обращаясь.
Ужин проходил в тягостном молчании. Лорд заметно нервничал, но гости не теряли хорошего расположения духа.
Когда хозяйка встала из-за стола и удалилась, лорд Пертхем едва смог подавить вздох облегчения.
— У миледи сегодня вышла размолвка с поваром, — произнёс он извиняющимся тоном.
Далее он заговорил об особых чертах лиц и характеров своих слуг, делая заключения, которые свидетельствовали о весьма поверхностном знакомстве с криминологией. Леон не счёл нужным опровергать дилетантские выводы хозяина дома. Попутно выяснилось, что интерес лорда к криминологии вызван реальной угрозой его собственной жизни…
— Ну, довольно о печальном, — сказал лорд Пертхем. — Пора подняться наверх и присоединиться к миледи.
Манфред готов был спорить, что все познания лорда в области криминологии состояли из отдельных фраз, специально заученных для нынешней встречи.
Поднявшись по широкой лестнице, они вошли в маленькую гостиную. Лорд, казалось, был удивлён тем, что там никого не оказалось.
— Странно… — проговорил он.
Внезапно дверь распахнулась, и в комнату вбежала миледи. Она была мертвенно бледна.
— Пертхем! — воскликнула она. — В моей гардеробной… какой-то человек!
— Грабитель?! — лорд выбежал из комнаты.
Друзья хотели последовать за ним, но
— Прошу, останьтесь в обществе миледи, господа! Вызови Томаса, дорогая!
Он исчез за одной из дверей. Там послышались шум и крики. Затем раздался выстрел…
Манфред кинулся к двери, но на пороге её показался лорд с дымящимся револьвером в руках.
— Боюсь, что я убил этого человека, — сказал он.
Увидев убитого, Гонзалес не смог подавить возгласа изумления.
— Вы его знаете? — спросил лорд.
— Да, — спокойно ответил Леон. — Я давно интересовался этим человеком… Это тот самый преступник, который страдал дальтонизмом…
Он узнал в убитом брата миссис Протеро.
Оба друга отправились домой, оставив лорда Пертхема в обществе сыщика из Скотленд-Ярда. Миледи билась в истерике.
Гонзалес опустился в кресло и закурил.
— Леон…
Он не шевельнулся.
— Леон!
Гонзалес поднял глаза.
— Брат миссис Протеро совершенно случайно оказывается именно в доме лорда Пертхема, — проговорил он. — А в кармане лорда Пертхема совершенно случайно оказывается револьвер. Следовательно, револьвер был при нём и во время ужина…
— Ничего странного, — заметил Манфред. — Он получал угрожающие письма, жизнь его была в опасности и…
— Ты обратил внимание на правую руку убитого? — перебил его Леон.
— Нет.
— И зря, — бросил Леон, направляясь в свою комнату.
Вскоре он возвратился, держа в руках два металлических предмета, похожих на чашки электрического звонка. К каждой чашке было прикреплено длинное остриё.
— Машина времени? — улыбнулся Манфред.
— Чертовски хочется спать, — ответил Леон.
Он запер дверь и прикрепил к ней один из звонков. Теперь при малейшем её движении раздавался пронзительный звон.
— Всё в порядке, — пробормотал Гонзалес и направился к окну.
— Предполагаешь непрошеный визит?
— Уверен.
Леон осмотрел окно. Запор не удовлетворил его. Закрепив окно клином, он поставил сигнальное приспособление и на дверь комнаты Манфреда.
Глубокой ночью раздался сигнальный звонок. Манфред вскочил с постели и поспешил в гостиную, но его опередил Гонзалес. Щёлкнув предохранителем браунинга, он резко распахнул входную дверь и произнёс не без торжественности:
— Входите, лорд Пертхем!
Несколько мгновений царила напряжённая тишина, затем в комнату вошёл человек в смокинге, но без шляпы. Манфред удивлённо взглянул на его совершенно лысую голову.
— Располагайтесь, милорд, — спокойно произнёс Леон. — Да, не забудьте вручить мне ваш револьвер.
Не было никаких сомнений в том, что перед ними стоял лорд Пертхем, но что стало с его пышной седеющей шевелюрой? Манфред увидел, как его друг бесцеремонно залез в карман к лорду и извлёк оттуда револьвер.