Сильнее цепей
Шрифт:
– Ваш коллега назвал вас консортом. Почему? – по дороге я продолжила закидывать Фалентия вопросами. – В моём мире консорт – это супруг правящей королевы, сам не являющийся монархом.
– Здесь то же самое. Я – один из сотни супругов императрицы Августы, служу ей верой и правдой на этом полигоне уже пятьдесят лет. Её величество Августа Тимеранская является также главой Правительства. А все министры – её близкие подруги, – пояснил он.
– Ясно, – хмыкнула я. Неравный бой с коррупцией тут давно проигран. – Скажите, а если у меня появятся
– Если родится девочка, то, когда она достигнет совершеннолетия, получит от правительства в подарок поместье и миллион тайров на счёт. Купит себе рабов, начнёт самостоятельную жизнь. А судьба мальчика будет целиком в ваших руках. До восемнадцати лет он должен жить под вашей опекой. А дальше – кто-то продаёт сыновей на рынке, кто-то дарит подругам, стараясь пристроить своё чадо к доброй госпоже. Некоторые выделяют сыновьям деньги, дают им статус свободного гражданина и даже помогают открыть собственное дело. Всё будет зависеть от вас, – ответил Фалентий.
Несколько минут мы шли молча: я в шоке раздумывала над тем, куда меня занесло и что же здесь за женщины такие, что продают своих детей на рынке или дарят подружкам в качестве рабов. Видимо, не впишусь я в местное сообщество.
– Я могу выйти замуж за кого угодно? Даже за раба? – задала я следующий вопрос.
– Рабы лишены каких-либо юридических прав, так что ваш избранник должен сначала получить статус свободного. Как уже говорил вам Милантий, это возможно не раньше, чем через год после приобретения невольника, – терпеливо объяснил мне мой провожатый.
– А почему вы назвали это место полигоном? Здесь проходят какие-то испытания? – уточнила я.
– Вы очень проницательны. Всё верно, тут мы испытываем разные модификации магических сетей. И сегодня у нас оказался очень замечательный улов, – выразительно посмотрел он на меня. – Мы пришли.
Коридор неожиданно кончился, и стена перед нами отъехала в сторону, выпуская на улицу.
В глаза ударил такой яркий солнечный свет, что я зажмурилась. А когда проморгалась, то поняла, что мы с Фалентием стоим возле огромного базара под открытым голубым небом. Причём той двери, из который мы вышли, уже не было и в помине, она словно растворилась в воздухе.
– Сатурация в норме, давление тоже, все показатели отличные. Вы быстро адаптируетесь к жизни на нашей планете, – с довольным видом изрёк Фалентий, заглянув в свой серебристый «планшет».
А я стояла в полном ступоре. Помнится, эти типы заявляли мне, что я буду покупать рабов в торговом центре. Но то, что я видела перед собой, было обыкновенным рынком, словно я попала в средние века. Справа торговали тканями, слева – лошадьми и свиньями. Чуть поодаль стояли овощные лавки. Шум, гам, толкотня, крики зазывал-продавцов, запах навоза, смешанный с ароматом свежего хлеба.
Интересно, что из людей тут были только мужчины. Одежда большинства из них состояла из просторных чёрных штанов и светлых хлопковых рубах. На некоторых
Я попала под перекрёстный огонь любопытных взглядов.
– И где тут торговый центр? – растерянно спросила я. После навороченного браслета и выскакивающих из светящихся пластиковых стен лазеров было странно наблюдать перед собой базарный хаос.
– Так вот же он, перед вами, – махнул рукой Фалентий. – Нам нужно немного пройтись, буквально пару минут, и увидим ряды с живым товаром. Пойдёмте, – он решительно направился вперёд, я за ним.
В душе кольнуло предчувствие, что обещанное мне новое поместье окажется не таким уж и новым.
Ладно. Была бы крыша над головой и еда, а дальше прорвёмся.
Глава 4. Живой товар
Фалентий уверенно вёл меня между торговыми рядами, и мы быстро дошли до длинных палаток с живым товаром.
Обнажённые мужчины в ошейниках были выставлены напоказ, как манекены. В основном молодые, разного роста – от карликового до двухметрового и выше, – лысые и с длинными волосами, блондины, брюнеты, шатены и рыжие, мускулистые и жилистые – они казались игрушками на любой вкус.
И всех их объединяло одно: пустота и равнодушие в глазах, словно передо мной стояли лишь красивые оболочки, которым всё равно, что с ними будет.
У меня кольнуло сердце от острой жалости. Это до какой степени надо довести мужиков, чтобы они превратились в такое?..
– Вот, смотрите, госпожа, это телохранители, они надёжные и сильные, – разошёлся Фалентий, нахваливая ряд с мускулистыми парнями. – А это гаремники, они особо искусны в том, как доставить женщине удовольствие, – махнул он на ухоженных длинноволосых блондинов. Им бы ещё острые ушки – и были бы вылитыми эльфами. – А из этих получатся отличные управляющие, – подвёл он меня к ряду мужчин постарше, лет тридцати-сорока.
Как я ни пыталась разглядеть на их бесстрастных лицах хотя бы каплю эмоций – любых, каких угодно, – но не смогла. Всё равно что роботы.
– Угум, – сдавленно отозвалась я, видя, что Фалентий ожидает от меня реакции.
– А это специалисты по играм пожёстче, – подвёл он меня к мужчинам, чьи тела были покрыты сплошными шрамами. Мне поплохело от вида их рубцов. – Не волнуйтесь: они почти не чувствуют боли и обладают отличной регенерацией, – заверил меня Фалентий. – Порода такая. Через пару дней будут как новенькие.
И у этих тоже был такой же безжизненный взгляд, устремлённый в пустоту. Сломанные игрушки.
– Ну как, вам кто-нибудь приглянулся? – с надеждой спросил мой провожатый.
Как бы ему помягче сказать…
Фалентий увидел ответ на моём лице, так что тяжело вздохнул и махнул рукой дальше по курсу:
– Давайте я вам ещё бракованные элементы покажу. Вдруг кто-то вас заинтересует. При желании их можно отдать в Центр перевоспитания – там из них нормальных рабов сделают, вы останетесь довольны.