Сильмариллион (перевод Lex Hellhound)
Шрифт:
Так как все его мысли заняты Ардой, Ульмо не нуждается в постоянном месте обитания. Более того, он не любит выходить на сушу, и лишь в крайних случаях принимает видимую форму, подобно своим собратьям. И если Детям Эру доводилось видеть сей образ, их сердца наполнял великий страх, ибо появление из воды Повелителя Морей поистине внушает трепет — словно чудовищная волна несется к берегу, увенчанная пенным гребнем шлема и мерцающей кольчугой, переливающейся всеми оттенками серебряного и зеленого. Громок трубный глас Манве, но голос Ульмо глубок, словно пучины океана, виденные только им самим.
Ульмо всегда любил и эльфов, и людей,
Ауле обладает властью немногим меньшей, нежели Ульмо. Его владения простираются на всю материю, из которой создана Арда. Во времена творения он работал в тесном сотрудничестве с Манве и Ульмо; именно он придал форму и очертания землям Арды. Ауле — мастер кузнечного и всех прочих ремесел, испытывающий восхищение перед любыми произведениями искусства, пусть даже самыми незначительными, наравне с величайшими плодами творения древности. Залежи драгоценных камней глубоко под землей и щедрые жилы золота — дело его рук, также как и разнообразие рельефа земель — от высочайших гор до глубочайших морских впадин. Нольдор, с самого начала ставшие любимцами Ауле, многому научились именно от него.
Мелькор всегда испытывал зависть к Ауле, ведь характером и силой тот был похож на него самого; и пролегла между ними долгая вражда, вследствие которой Мелькор стремился разрушить все созданное Ауле, а тот, в свою очередь, злился оттого, что приходилось постоянно восстанавливать учиненные Мелькором разрушения и беспорядки. Оба испытывали потребность творить что-то новое, что не создавали до них другие, и обоим нравилось, когда хвалили их мастерство. Но Ауле оставался по-прежнему верен Эру, и все его творчество было подчинено воле Единого; он не завидовал свершениям своих собратьев, а только помогал и давал им советы. А вот душа Мелькора тем временем погрязала в зависти и ненависти, и в конце концов он стал неспособен ни к чему другому, кроме как издеваться над полетом мысли собратьев и при малейшей возможности уничтожать их творения.
Супруга Ауле — Яванна, Приносящая Плоды. Она покровительствует всему, что вырастает из земли, и хранит знание обо всем разнообразии форм живой природы, начиная с подобных башням деревьев в древних лесах и заканчивая порослью мха на камнях и мельчайшими плесенными грибками. По своему влиянию среди Богинь Валар Яванна идет следом за Вардой.
В человеческом облике она похожа на высокую, одетую в зеленое женщину, хотя способна принимать и другие формы. Некоторые видели ее в образе стоящего под сводом небес дерева, чья крона увенчана Солнцем; и когда золотая роса капает с его ветвей на бесплодную землю, она тотчас же покрывается живым зеленым ковром. Корни этого дерева уходят вглубь, к подземным водам Ульмо, а в листве его шелестят ветра Манве. На эльдарском языке Яванна зовется Кементари — Королевой Земли.
Повелители
Дом старшего, Намо, находится в Мандосе, что на западе Валинора. Он — хранитель Обителей Мертвых, призывающий к себе души погибших. Намо не забывает ничего; ему известно и все, что будет, за исключением лишь того, чему суждено свершиться по воле Илюватара. Он — Вестник Рока Валар, но судьбы и предначертания Намо оглашает только по велению Манве.
Супруга его — Вайре, Ткачиха Судеб, сплетающая воедино все, что происходит во все Времена, в свои легендарные полотна. Ими заткана вся обитель Мандоса, и с течением веков ее приходится постоянно расширять.
Ирмо, младший брат Намо, повелевает видениями и снами. Сады его расположены на земле Валар, в Лориене, и место это, населенное многочисленными духами, можно смело назвать прекраснейшим в мире. Супруга Ирмо, Эсте Милосердная, исцеляет от ран и усталости. Она одевается во все серое и дает страждущим покой. Днем она не выходит, отдыхая на островке посреди затененного кронами деревьев озера Лореллин. Источники Ирмо и Эсте избавляют от усталости и восстанавливают силы всех обитателей Валинора; сами Валар частенько приходят в Лориен, дабы отдохнуть и отвлечься от бремени забот Арды.
Могущественнее Эсты Ниенна, сестра Феантури; она обитает в одиночестве. Ей ведома вся печаль мира, и она оплакивает каждую рану, нанесенную Арде по вине Мелькора. И так велика ее скорбь, что еще во времена создания Музыки песнь Ниенны превратилась в плач задолго до последних прозвучавших аккордов, и звуки плача оказались вплетены в мелодии Мира еще до его сотворения. Но скорбит Ниенна не о себе; поэтому те, кто слышит ее, учатся состраданию и обретают надежду.
Обитель Ниенны находится на дальнем Западе, у самых границ мира, и окна ее выходят в пустоту за Стены Ночи. Она редко бывает в городе Вальмар, где все исполнено радости, предпочитая гостить в чертогах Мандоса, расположенных недалеко от ее собственных. И тогда все те, кто заключен в залах Мандоса, взывают к ней, ибо Ниенна укрепляет дух и обращает печаль в мудрость.
Величайший по силе и в делах доблести — Тулкас, прозванный Асталадо Храбрым. Он последним из Валар спустился в Арду, дабы помочь в первых сражениях с Мелькором. Тулкас находит удовольствие в борьбе и силовых состязаниях; он не ездит верхом, ибо способен на своих двоих обогнать любое создание, и никогда не ведает усталости. Волосы и борода у Тулкаса золотые, а кожа — медная; оружием ему служат его собственные руки. Прошлое и будущее не имеют для него особого значения, и в качестве советчика от него немного пользы; однако он верный и надежный товарищ.
Его супруга — Несса, сестра Ороме, такая же гибкая и быстроногая. Она покровительствует оленям, и те следуют за ней везде, в какую бы дикую местность она не забредала. Но Несса — стремительная, словно стрела, с развевающимися по ветру волосами — и их способна обогнать. Ей доставляет наслаждение танец, и она самозабвенно пляшет на вечнозеленых лугах Вальмара.
Ороме — могущественный повелитель. Даже не обладая силой Тулкаса, в ярости он ужасен; Тулкасу, напротив, сражения доставляют искреннюю радость, и во время столкновений с Мелькором, еще до появления эльфов, он громогласно хохотал тому в лицо.