Сила веры

Лик Анастасия Владимировна

– Хилон, ты по всей видимости меня не понял. Лина моя жена!
– рявкнул он, делая ударение на слово "жена".
– И спать она будет в моей кровати!

И Лине захотелось расцеловать своего мужа за такие слова, но, конечно же, делать этого она не стала. А вот сдержать довольную улыбку было крайне сложно.

– Простите меня мой полководец, - ответил Хилон и низко склонил голову, извиняясь.
– Вы первый раз приехали с женой, и я не знал, как поступить.

– Теперь

ты знаешь, - произнёс Максимилиан, и голос его был холоден как лёд. Он повернулся к Лине, притянул к себе одной рукой и шепнул на ушко.
– Пойдёшь в бани со мной? Или одна сходишь в купальню?

– Советую от бани отказаться, тебе не понравится, - сказал Тигран, даже не скрывая, что подслушивал, и как-то странно усмехнулся. Лина тут же почувствовала какой-то подвох.

– Почему?

– Ну, спартанские бани похожи на римские, - как-то неопределённо ответил он и плотоядно улыбнулся.

– И?

– С большим количеством мужчин и ещё большим количеством наложниц.

Лина открыла рот от возмущения. Да они там оргии устраивают!

– И ты хочешь пойти туда?
– спросила она мужа, не веря, что он собрался в этом учувствовать.

– Да. Но я обойдусь без наложниц, не ревнуй, - шепнул Максимилиан ей на ушко и довольно ухмыльнулся, явно получая удовольствие от реакции жены.

– Хорошо, иди, развлекайся. Можешь даже с наложницами. Я надеюсь, мне покажут, где тут твоя комната и где женская купальня?

– Хилон, распорядись, чтобы Лину проводили в купальню и потом в мою комнату. И кто её хоть пальцем тронет - убью.

– Я всё сделаю, - тут же ответил мужчина.

Лина с сопровождением зашла во дворец, абсолютно ничем не примечательный. Прошла пару коридоров, и оказалась возле комнат, тоже абсолютно обыкновенных. Она внутренне улыбнулась, конечно, это не спартанские условия, хорошая большая кровать, нормальный стол, и даже что-то среднее между лежанкой и шезлонгом было в наличии, но после спальни Максимилиана, тут было как-то бедно.

Её с мужем, Тиграна и ещё трёх советников разместили в соседних помещениях, зачем-то сообщающихся между собой.

Дворец внутри оказался ещё меньше, чем казался снаружи, и от проводника Лина отказалась сразу же, как только дошла до купальни. Окунулась в горячую воду, и захотелось обратно в Афины. Она конечно не привереда, и даже в реке купаться будет в радость, но тут ей не нравилось. Поэтому с водными процедурами решила не затягивать, быстро смыла с себя дорожную грязь и поспешила обратно в спальню Максимилиана.

Он уже ждал.

– Быстро ты, а как же оргия с наложницами? Они не заинтересовали тебя?
– улыбнулась Лина.

– Нет, милая, меня интересуешь только

ты, - ответил Максимилиан. Он грубо притянул жену к себе и начал нетерпеливо раздевать её.

– А как же девственницы?

– Я хочу тебя, моя маленькая ревнивая Лина, - ответил он и рассмеялся.

На следующий день

– Полководец, пора вставать, - тихо прошептала Лина, едва касаясь губами уголка глаза мужа, и улыбка тут же расползлась на его лице. Но глаза он так и не открыл, прося продолжить начатое действо. Девушка улыбнулась такому настроению, и нежно поцеловала уже скулу, щёку, кончик носа.

Максимилиан тихо зарычал и резко перевернул её на спину, и, оказавшись сверху, впился страстным поцелуем, и за секунду, до того как оторваться от жены, нежно прикусил её нижнюю губу.

– Максим, давай побыстрее закончим все дела, и поедем в Афины.

– Тебе здесь не нравится?

– Нет, и особенно сильно мне не нравится Хилон, - обиженно произнесла Лина, а Максимилиан отстранился от неё и посмотрел очень серьезно.

– Лина, Хилон сильный воин и мой генерал, он хороший правитель Спарты. Уважай его.

– Если только это уважение будет взаимным, - ответила она и недовольно сжала губы, на что он только понимающе усмехнулся.
– Максимилиан, мне кажется, что это всё не очень удачная идея.

Лина встала с кровати, прошла к дивану в углу и начала надевать хитон, злясь, что тут ей приходилось носить ужасно неудобную традиционную греческую одежду. Максимилиан стоял рядом, но она старалась не смотреть в его сторону, желая скрыть свою неуверенность.

– Почему?

– Потому что меня никто не будет слушать.

Полководец нахмурил брови, как будто Лина сказала что-то странное. И она начала злиться, ведь он прекрасно понимает, что имеется в виду.

– Полководец, они уважают тебя, понимаешь? Тебя! Я для них никто. Просто женщина. Они не будут слушать меня.

– Будут.

Лина смотрела на него - красивого, сильного, властного, он был царём... и спорить с ним ей не хотелось. Будь, как будет.

Вот ведь вечная проблема, иногда то, что ты женщина это большой жирный плюс. Слабая, беззащитная никогда не вызывает страха или опасения. Что она может сделать? В бою с сильным противником это, конечно же, играет свою роль, и Лина умела это использовать. Но что делать, когда нужно чтобы тебя уважали? Уважали сильные и грозные воины, признающие только грубую силу? В этом случае уважение заслужить недостаточно, его нужно вырывать горячими щипцами.

Вопрос только в том, позволит ли Максимилиан такое отношение к Хилону?