Сила Трех
Шрифт:
— За ним! — заорал Джордж.
Пока они мчались по дороге, на ферме зажглись огни, а Марианна высунулась из окна, оскорбленно крича. Собака, освободившись от того, что там напустил на нее Шмендрик, внесла свою лепту в общий гвалт. Но Джорджу со Шмендриком было совсем не до того, что делалось на ферме. Снова налетев на указатель и погнув его, Джерри проломился сквозь изгородь и, лихо петляя, помчался через поле. Спутники, спотыкаясь, пытались его догнать, не зная, сумеет ли он остановиться до Эдинбурга или
— Доехал! — гордо прокричал Джерри. — Задним ходом!
— Потрясающий парень! — выдохнул Джордж. — У него глаза на затылке!
Теперь нужно было запрячь трактор в Висельный Камень. По мнению Джорджа и Джерри, справились они с этим неплохо. Они бродили, спотыкаясь, вокруг громадного валуна, обматывая его цепью, пока не получилось подобие сети из цепей. Однако становилось все очевидней и очевидней, что Шмендрик цепям не доверяет. Он счел необходимым обойти камень кругом, прикоснуться ко всем узлам и перекрестьям и пробормотать над ними свои странные слова.
Пока он этим занимался, Джерри с Джорджем внезапно обнаружили, что трезвы как стеклышко.
Конечно, хмель мог выветриться и от тяжелой работы на свежем воздухе, но скорее, думается мне, это произошло из-за странного бормотания Шмендрика в сочетании с тем, что с холма было видно ферму, все до единого окна которой пылали яростным светом. Так или иначе, и Джерри, и Джордж неожиданно для себя стали думать о дробовиках, полицейских и прочих подобных материях.
— Эй, ты! — окликнул Джерри Шмендрика.
— Если ты уже кончил бормотать, — уточнил Джордж. — Кто ты такой и зачем тебе передвигать этот камень?
Понимаете, они не хотели его обижать, просто проявили твердость. Но когда Шмендрик вышел из-за камня, он был так явно огорчен, увидев их трезвыми, что только укрепил их подозрения. Если Шмендрик вообще в своем уме, рассудили они, то он хочет втянуть их в неприятности.
— Ну что, обвел нас вокруг пальца? — спросил Джордж.
— Теперь придется успокаивать фермера, — объяснил Джерри. — И, боюсь, моего старика тоже. Не говоря уже обо всей родне, которая съехалась на свадьбу.
— Если называть вещи своими именами, грядет Большой Хай, — сказал Джордж. — Если тебе действительно нужно передвинуть камень, докажи, что намерения у тебя добрые, и предъяви золото, которое нам обещал.
— Да. Предъяви. Объяснись, — сказал Джерри. — А иначе мы не сдвинем этот чертов камень ни на дюйм.
Вид у Шмендрика стал одновременно раздосадованный и отчаянный. Но еще он был слегка озадачен, словно Джерри и Джордж вдруг стали вести себя совершенно безумно.
— Ладно, — сказал он. — Но мне надо сходить за золотом. Подождете здесь пять минут?
— Ха-ха! — сказал Джордж. — Знаем мы эти фокусы, малявка!
— Бежать я
Они посмотрели на меч. Он разительно напоминал то, что выставляют в музеях, и Джерри с Джорджем решили, что в антикварной лавке за него можно выручить немалые деньги. Джордж кивнул.
— О’кей, это по-честному, — сказал Джерри.
Шмендрик пустился бежать через поле.
В лунном свете далеко было не видно, но Джордж и Джерри решили, что разглядели, как он добежал до другого холма, пониже. Там он исчез. Они были уверены, что больше его не увидят, и стали подсчитывать, покроет ли выручка за меч моральный ущерб, который принесет Большой Хай. Они возились с трактором, пытаясь его снова завести, и тут рядом с ними внезапно возник Шмендрик. Он запыхался, но глядел победно.
— Золото принес? — спросил Джордж, особенно на это не рассчитывая.
— Вот, — ответил Шмендрик и подставил под лунный луч потрясающую гривну ослепительно-зеленого цвета.
Это было не просто чистое золото. Гривна сверкала и вилась самыми изысканными и тонкими узорами. Вероятно, ничего более драгоценного Джерри с Джорджем в жизни не видели. Оба потянулись к золотой подкове. Шмендрик, естественно, отдернул руки.
— Только когда передвинете камень, — сказал он.
— Как хочешь, — кивнул Джерри. — Пойдет, а, Джордж?
— Еще бы! — отозвался Джордж. — Заводи, Джерри. Куда тебе, Шмендрик?
— Вон на тот холм, — ответил Шмендрик и указал на тот холм за полем, возле которого исчез.
За такую награду, как эта гривна, задание было пустяковое. Джерри в три секунды завел трактор. Машина задрожала и заревела. Цепи лязгнули и натянулись. Камень дернулся, а потом поехал. Шмендрик так и застыл, дивясь мощи этой машины, да и Джордж, по правде говоря, тоже. Она рычала. Она тряслась. Пару раз она застревала, вертя огромными задними колесами, но камень, накрепко схваченный сетью из цепей, которые заговорил Шмендрик, все-таки двигался. Он съехал по склону холма, на котором лежал, и не только Шмендрик подгонял его странными словами. Джордж тоже выкрикивал всякую всячину. И вот камень пополз по ровному полю — тяжко, словно исполинская улитка.
И надо же, какая странность: стоило валуну скатиться на ровную почву, как Джордж почувствовал за спиной какое-то жужжание и ощутил порыв ледяного ветра. Они со Шмендриком разом обернулись поглядеть, что там такое. Там не было ничего, вообще ничего. Но жужжание растворилось в темно-синем небе, а за ним послышались слабые отголоски смеха и музыки. Джерри это тоже услышал. Он повернулся на тряском сиденье трактора и закричал:
— Это что такое? Честное слово, из холма что-то поднялось!