Сила мечты
Шрифт:
Должна признаться, мне доставило огромное удовольствие присутствие Джесси на борту вместе со мной. Ведь этот парень был моим героем столько лет – и вот он управляется с веревками и подчиняется моим командам! В довершение всего мы с ним устроили показательное состязание по армрестлингу прямо на камеру, и Джесси еле-еле удалось меня победить. В своей книге Джесси описывает, как он рассылал письма в надежде отыскать спонсоров для своего путешествия и каждый день ждал ответа у почтового ящика. Три из полученных им ответов начинались со слов «Дорогая мисс Мартин». Мало того, что они считали его ни на что не способным, так еще и думали, что он девчонка, возмущался Джесси. Жаль, я не победила его в армрестлинге, чтобы отомстить за фразу про девчонок!
Однако
В первых строках Эндрю Кейп говорил, что считает своим долгом связаться со мной и предупредить – задуманное мной путешествие требует гораздо большего опыта, чем есть у меня. Но ведь он даже не пытался узнать, какой у меня опыт! Он привел в пример Дэйм Эллен МакАртур[30] и Саманту Дэвис[31], женщин, которые проплыли тысячи миль, прежде чем отправиться в столь длительный путь.
Если бы он поинтересовался, я могла бы рассказать ему, что в общей сложности к тому времени я прошла порядка 10 000 морских миль в открытом море и уже огибала с юга Новую Зеландию и путешествовала по другим районам, в полном соответствии с его рекомендациями. Я училась обращаться с электроприборами и двигателем, разбираться в метеорологии, поддерживать себя в форме, а кроме того, у меня была замечательно оснащенная яхта – думаю, никто не отправлялся в подобное путешествие на столь хорошо подготовленной лодке. В моем распоряжении были не только самые современные технологии, к тому времени я обладала навыками, достаточными для того, чтобы продолжать плавание, если техника откажет.
И вот, ничего не зная ни обо мне, ни о моих способностях и знаниях, ни о яхте, ни о нашей длительной подготовке, Эндрю Кейп сделал вывод, что с вероятностью тридцать три процента моя яхта разобьется или я получу увечья, и с такой же вероятностью мы потонем. The Age, одна из крупнейших сиднейских газет, опубликовала выдержку из его письма, в которой говорилось, что я веду себя «как человек, который вырос на ферме и который, как только в руках у него оказалась винтовка, готов идти воевать с Талибаном».
Жаль, что Эндрю Кейп послал свое письмо всего за несколько дней до моего отплытия. Если бы он раньше связался со мной, я могла бы поговорить с ним и, возможно, почерпнуть кое-что из его мореплавательского опыта. Многие не менее умелые моряки щедро делились со мной своей мудростью, а я впитывала каждое слово. Возможно, тот факт, что Эндрю Кейп сам участвовал в своей первой гонке по маршруту Сидней – Хобарт в шестнадцать лет, заставил бы и его самого возмутиться заявлениями вроде «ты слишком юн и неопытен».
И конечно, было бы намного лучше, если бы это письмо не попало в газеты. Очень уж точно подгадано было время, так что я задумалась, для чего на самом деле писалось это письмо. Меня злило, что многие люди воспримут мнение Эндрю Кейпа всерьез, а я не могу тратить время и силы на то, чтобы защищать себя. Да и зачем? Мне нужно было быть в полной готовности и сохранять прежнюю решимость, вот и все. И пусть мои поступки говорят сами за себя.
Мы все еще завершали оснащение яхты. Пол из компании Aquatronics Marine доводил до совершенства работу электронных приборов, а Гэвин Бреннан устанавливал встроенные камеры на палубе и в рубке, чтобы я могла снимать в пути все происходящее. Мы втроем работали одновременно в трех углах, еле помещаясь в тесном пространстве. Мне еще предстояло научиться управлять
На яхту пришел инспектор и осмотрел ее. Мое оснащение получило категорию «0» по стандартам парусных гонок. В общих чертах это означало, что я была полностью готова к плаванию в открытом море вдали от возможной помощи при температуре воды и воздуха ниже 5 градусов. В данную категорию попадают все суда, совершающие рейсы через океан, в которых требуется полное самообеспечение на длительный период времени, способность выдерживать мощные шторма и готовность справляться с чрезвычайными ситуациями, не рассчитывая на постороннюю помощь. Инспектор осмотрел мою медицинскую аптечку, запасы провизии и одежды, оснащение на случай крушения, радиобуи и остальное оборудование, а также каждую деталь в устройстве яхты. Такой осмотр не был обязательным, но мы хотели это сделать и убедиться: мы сделали все возможное, чтобы я смогла справиться с задачей.
* * *
Утром в субботу 10 октября, когда мы с моими родными находились в отеле в Мэнли, Эндрю Фрейзер позвонил с убийственными новостями. Я знала, что Эндрю Шорт накануне вечером на своей мощной 80-футовой яхте Shockwave («Ударная волна») отправился участвовать в регате, стартующей в Пойнт Пайпер в Сиднейской бухте по маршруту до Флиндерс Айлет, недалеко от порта Кемпбелл[32], и обратно. Эндрю был капитаном, а его сыновья Райен и Ник входили в команду из семнадцати человек. Произошел ужасный несчастный случай: яхта врезалась в скалы, и все выпали за борт. Эндрю и его исключительно опытный и уважаемый штурман Салли Гордон погибли. Услышав новость, я не могла поверить своим ушам. Было такое ощущение, будто из комнаты внезапно откачали воздух, настолько мы были потрясены. Эндрю был человеком, рядом с которым чувствуешь себя в безопасности, и я не удивилась, когда позже узнала: последнее, что он сделал, – бросил Нику фонарь, чтобы он мог дать сигнал о своем местонахождении. При помощи этого фонаря водная полиция нашла Ника и вытащила из воды. Отец спас ему жизнь.
В тот день мы держались подальше от марины для яхт, чтобы родные Эндрю и люди, работавшие там, и которые, по сути, были его второй семьей, могли побыть наедине с собой. Нам постоянно звонили журналисты, прося прокомментировать случившееся, но с моей стороны было бы неправильно что-либо говорить. Я совсем недавно познакомилась с Эндрю, а вокруг было много близких друзей семьи, его и Салли Гордона. Они могли высказаться гораздо лучше меня.
Было очень трудно не позволить горю захватить нас целиком и не разрешить самим себе остановиться. Ведь сам Эндрю Шорт научил меня тому, что нужно жить на полную катушку и не отступаться от важных для тебя вещей. Для него и его семьи мореплавание было невероятно важно. Для меня – тоже.
После гибели Эндрю в каждом из нас что-то изменилось. Это событие напомнило нам, что в море может случиться все, что угодно, – на случай, если кто-то об этом забыл. Каким бы опытным и осторожным ты ни был, несчастье все равно может произойти. Я не очень много обсуждала произошедшее с мамой и папой, но знаю, что и для них это стало лишним тревожным напоминанием. Однако к этому моменту мы все свыклись с мыслью о неизбежной опасности, заложенной в самой идее моего путешествия, и не позволили ей нас остановить.