Сила Боли
Шрифт:
— Что вы, Катрина, — бархатно засмеялся мужчина. — Я всего лишь верный муж своей стране. Вы разрешите, предложить вам локоть? Всё-таки столь прекрасная особа не должна полагаться лишь на себя.
— В наши дни, только на себя прекрасная особо положиться и может, — проворчала девушка, но локоток подала. — Измельчали, знаете ли, представители сильной половины человечества. Подобных вам уже и не осталось.
— И это я еще льстец? — мягкий смех в очередной раз разлился по округе. — Слышал, у ваших северных границ варвары балуют? Может, мы чем-то можем помочь? Отношения с северными у нас уходят к истокам.
— Что вы, Мэтр, право слово, не стоит, — как могла беспечно отмахнулась Катрина. — Император обмолвился словом,
— Как у вас всё к месту, — легким кивком принял ответ мужчина. — Подскажите, Катрина, а ваше сердце всё еще свободно?
Легкий смех девушки, которая совсем немного засмущалась, естественно на публику, разбавил окружение.
Светская беседа продолжилась и дальше, когда делегация встречающая, уже практически смешалась с делегацией вступившей на земли империи. Весь этот фарс, всё это уважение — лишь игра. Либо же, дань традициям. Или, может, забава для людей, десятилетиями вкушавших силу политики и власти. Тем не менее, улыбки, смех и атмосфера праздности расходились в стороны по мере продвижения величественных особ к заготовленным каретам.
Королевский двор поработал на славу. Белоснежные лошадки, выведенные по средствам магии, приковывали к себе абсолютно каждый взгляд. В противовес им — черные кареты, шириной в полутора больше привычных. Внутри — роскошь дворцовых палат и легкие закуски для «уставших» с дороги путников.
Глава 17
Открытые глаза
Спуск вниз не занял много времени. Благо запах вел и не позволял заблудиться.
Обходными путями, через подвал одного из домов, спустился на самое дно, что усеяно было двухметровыми сталагмитами. Самое забавное, что запах смерти здесь был такой концентрации, что, казалось бы, любой умерший сам встанет спустя пару секунд. Но вот ни тел, ни даже голых костяков видно не было. И это навеивало неприятные мысли.
Лавируя меж этих растущих с пола сосулек, невольно вглядывался в каждую трещину, в каждую нору, ожидая нападения. Но вокруг было пусто. Звуки вот путали, как собственно и обилие запахов. Без кальки в виде локона, скорее всего, и потерял бы аромат уже по спуску. А так, сквозняки здесь царили знатные. Они и разгоняли звуки, что эхом расходились от стены пещер, создавая внизу эдакий гул. Неприятное место. Еще и аура смерти давит на плечи, от чего обыкновенный сквозняк порождает в сознании будто бы отголоски потустороннего шёпота. Освещение тоже играло свою роль. Дыра сверху не была единственным источником. Небольшие флуоресцентные участки породы его дополняют, тем самым порождая множество колыхающихся теней. Свет от них не однородный, но с мерцанием.
И вот стоя посреди всего этого «великолепия», задаюсь единственно важным сейчас вопросом: не переоцениваю ли собственные силы? Может, лучше, ну, его? Точнее её. Там ведь где-то тварюшка, что походя, порвала с десяток сумеречных… Я бы так смог? В моем случае перли они по одному и это было не то чтобы сложно. А вот скопом…
Обдумывая пришедшее неожиданно сомнение, замер на долгие десять секунд.
— Какой знакомый подчерк, — проворчал, наконец, отряхнувшись, словно зверь.
Напускное. Всё это часть местной ауры и вот теперь, осознав, уже по-другому глянул по сторонам. Такого эффекта естественными процессами не достичь, а значит, значит, всё может быть сильно иначе, нежели разрисовывал мне Зак. И это настораживает. Теперь уже по-настоящему, без всяких этих напускных эмоций. Ибо провернуть подобное на местном уровне не шибко уж реально. И сразу, словно в насмешку, пришел на ум Картен со своими покровителями уровня явно повыше местной песочницы.
— Совпадение? — мой тихий шепот показался здесь чуждым.
В любом случае, стоять, словно истукан,
По запаху пошел еще более осторожно. Шаг за шагом, продвигался меж сталагмитов, постоянно вертя головой. Обилие ароматов сбивало с толка. Как и звуки, чьё эхо резонировало друг с другом.
Нужная мне нора и пятиминутное стояние возле нее. Проход низкий, метра полтора, но широкий. Несло оттуда гнилой вонью, будто разлагались там десятки, если не сотни тел. Воображение рисовало картины, хуже не придумаешь, но всё же шаг внутрь сделал. Низкая кишка под небольшим уклоном вниз протянулась метров на двести. Небольшие зигзаги не в счет. А вот по окончанию вышел в пещеру, туннелей из которой виднелось с десяток. Чуть в стороне слева отвесный спуск вниз, прямо надо мной, но в обратном направлении под крутым углом вверх, еще один проход. Слева и справа тоже под углами назад, еще два высоких туннеля. Прямо узкая и низкая кишка, что шла еще глубже. И из каждого воняло своим запахом! Про звуки можно и вовсе умолчать, ибо разобрать где, что, не представлялось возможным.
Даже пришлось снова приложиться к локону, дабы уловить нужный мне шлейф. И нужное направление, на этот раз, выдалось просторным по размерам. По крайней мере, пройти можно не сгибаясь, по полной ширине плеч. Пусть отвратный запах гнили лишь усиливался, постепенно забивая собой всё, а порывы воздуха усугубляли ситуацию в целом, идти вперед всё равно надо.
Подобных развилок на моем пути повстречалось еще примерно с десяток. После уже банально сбился со счета, лишь выцепляя нужный мне шлейф.
Навскидку, пройти пришлось больше десятка километров и это блуждание под землей, признаться, уже надоело. Два часа времени позади, полумрак вокруг, сопровождаемый, то накатываемым шепотом, то давящей тяжестью, то вонью, что пробирала даже через зажатый нос. И за всё это время я не встретил вообще никого! Лишь голый камень проходов, обдуваемый сквозняком, да мерцание местной флуоресцентной породы.
Всё изменилось ровно в тот момент, когда за очередным поворотом вместо однообразия серого камня уловил мерцание магических нитей. Тонкая, еле заметная взвесь перекрывала проход эдакой паутиной. Не находясь в зафиксированном положении, нити колыхались, словно в такт движения воздуха, но это было явно не так. За этой паутиной проход расширялся, и разглядеть получалось темные остовы расширяющейся пещеры. Гниль, тем не менее, из воздуха никуда не делась. Как и все остальные «шумы». Но вот эта вот магическая субстанция больно уж походила на магическое проявление сигнализирующего контура. Помнится, Баэль ставил что-то похожее, когда гонял меня по импровизированным закоулкам гипотетических дворцов моих жертв. Правда, там была именно что статика, без этого движения, что усложняет момент пересечения границы.
Вообще подобные магические проявления имеют сплошную природу, но, чтобы не срабатывать каждый раз на живность разных размеров, основной упор делается именно на считывающие нити. Да, пересекая границу, сигнал уйдет в любом случае, но вот пересекая линию, магия тебя считает и хозяину проявления придет уже более подробная информация непосредственно о виновнике. И что-то я не припоминаю, что подобные штуки по плечу всяким там дилетантам в магическом мастерстве.
— И что теперь делать?! — слова сорвались с губ на автомате, и это заставило паутину застыть, а после нити выстрелили вперед, словно копья.
Границы проявления увеличились в разы, прокрывая десятки метров в мою сторону буквально за секунды. Пришлось судорожно сваливать, причем, стараясь не шуметь. Вроде бы получилось, потому что уже через пятьдесят метров вся эта хрень опала, вновь возвращаясь к своим границам. К своему изначальному месту вернулся и я. Расположившись за углом поворота, стал обдумывать дальнейшие действия. Правда, долго это не продлилось. Сначала до слуха донеслись шаркающие шаги, а после и тихие, еле слышные разговоры.