Шутки судьбы
Шрифт:
Джаспер должен приехать через пару месяцев, чего я с нетерпением и непонятным мне волнением очень жду.
Эсми садится рядом со мной с другой стороны кровати и берет меня за вторую руку.
— Если хочешь отдохнуть, солнышко, ложись, поспи, — она мягко проводит рукой по моим волосам. Приятно.
— Хмф, не очень хочется нарываться на проблемы в первый же день пребывания здесь, — я улыбнулась на растерянный взгляд Эсми, в то время, когда Роуз прекрасно поняла, о чем я, — Элис! — картинно вздохнув, уточнила я.
Эсми мягко потрепала
— Да уж, видимо придётся потерпеть, а то, боюсь, и я потом не оберусь проблем.
Тут же, как по мановению волшебной палочки, в проеме возникает Элис улыбаясь во все 32.
— Кто-то сказал моё имя?
— Просто с нетерпением жду вечера, — улыбнулась я, заставив сестренку буквально засиять от счастья.
Это передалось и мне, пока мы спускали по лестнице, я поняла, что хочу смеяться, хочу танцевать. Я счастлива.
Новая жизнь. Второй шанс. Мой белый лист
========== Каллены ==========
POV Елена
Дни сменяли друг друга и, незаметно для меня, лето подходило к концу.
За всё это время я ни разу не пожалела о принятом мною решение. День за днём я привыкала к Калленам всё сильнее.
Больше всего мне нравилось то, что все мои «братья» и «сестры», будучи гораздо старше меня, никогда не говорили со мной, как с ребенком. Меня впервые стали принимать как равную. Это приятно, очень приятно.
Так как я выросла в семье матери-одиночки, воспитывающей двух детей, я никогда не купалась в деньгах, более того, зачастую перед нами вставал выбор: новая обувь или еда. Оказавшись у отца я начала испытывать отвращение к его образу жизни, тому, как он мог потратить то, на что мы жили бы два месяца, на один ужин или бутылку дорогого коньяка, поэтому, взбунтовавшись, я не брала у него ни копейки.
У меня были деньги, оставленные мамой, поэтому я могла себе это позволить. Хотя, и безбедной мою жизнь не назовёшь, тяжело заботиться о себе, когда сможешь работать только через несколько лет, поэтому приходилось быть экономной.
Каллены так же не знали ни в чём нужды, но в то же время редко бросали деньги на ветер. Одежду, которую они больше не носят, отдавали на благотворительность, еду покупали всегда натуральную, качественную, но по нормальным ценам, а не в популярных магазинах, где качество еды такое же, а два дополнительных нолика в цене появляются за счёт популярности магазина.
Лично слышала не раз, как, собираясь в гостиной отца, люди обсуждали преимущество популярных сетей магазинов. Главное, преимущество, разумеется, было в том, что «бедняки не могут себе это позволить», что показало мне истинный смысл этих огромных цен: потешить самолюбие людей без мозгов, но с кошельком.
Живя с отцом я искренне думала, что ненавижу деньги. Сейчас, не имея никаких проблем с тем, что Роуз и Элис сделали меня своей барби, ежедневно наряжая меня в дорогие дизайнерские
Разумеется, он имеет право жить как хочет, но только вот проблема в том, что я помню, как жили мы с мамой и братом, так же как и помню полное отсутствие материальной помощи от него. Отсюда, полагаю, и злость. Он жил, не зная нужд, когда мы едва сводили концы с концами.
Хотя, всё же в чём-то мы, с моими новоиспеченными сестрами, расходились во взглядах. Я была согласна на дорогие, качественные вещи, была согласна быть полноразмерным пупсом, но меня категорически не устраивало правило Элис «один раз одела и выкинула».
С трудом, не за один день, но мне удалось её уговорить на компромисс: я могу носить одно и то же сколько хочу, но не два дня подряд и меняя детали, например: не одевать одни и те же джинсы с одним и тем же пиджаком, или одно и то же платье с теми же туфлями.
Это, более менее, устроило нас всех. Девочки всё ещё могли придумывать мне всё новые образы, в то время, как я не чувствовала себя растратчицей.
Мы жили в небольшом отдалении от города, при этом находясь в паре минут езды от него.
Воздух казался таким чистым, будто цивилизация находится за тысячи километров, поэтому я очень любила гулять.
От дома шла небольшая тропинка в хвойный лесочек, который заканчивался небольшим карьером с чистой, прозрачной водой. Мы часто там бывали, чаще всего со мной ходили Розали и Эмметт, который бесстрашно торпедой влетал в воду и нырял так долго, что я начинала пугаться.
Но в то же время, находясь в районе седьмого неба от счастья, я не могла не замечать странностей моей новой семьи.
Началось всё с их глаз. Такие светлые, неестественно золотые, при этом абсолютно идентичного цвета. Я никогда не видела подобных глаз, а тут сразу шесть пар под одной крышей. И это несмотря на то, что цвет их волос варьировался от темно-каштанового до платинового блонда.
Хотя, больше всего, конечно, смущал тот факт, что они не приходятся родственниками друг другу. Я как-то даже предположила глупую мысль, что доктор Каллен по всему миру собирал себе детей по цвету их глаз, но тогда я, со своими серыми, категорически не вписываюсь в эту картину.
Конечно, эту мысль я сразу отмела, однако думать об этом не перестала. Особенно, когда увидела, что глаза их не всегда одинаковые.
День за днём у всего семейства глаза становились всё темнее, а потом, у каждого из них появлялись «неотложные дела», из-за которых они пропадали на день-два, возвращаясь обратно с глазами светлее, чем когда-либо до этого.
И так раз за разом, признаться, один из самых страшных моментов был, когда Эдвард не уезжал на протяжение почти трех недель и его глаза стали черны как уголь. Он старательно прятал их от меня на протяжение нескольких дней, не смотря на меня вообще, однако, однажды, видимо, случайно, поднял их на меня.