Шут

Кей Фрост

Девушка осмотрела пустой королевский помост. Отсутствие короля в этот вечер приносило облегчение. Ей с трудом удавалось скрывать отвращение к этому мужчине. Сердце кольнуло чувство вины. Отчасти это было связано с предательством короля по отношению к своему народу и его намерением переложить вину за распространение наркотика на талаганцев. Того самого наркотика, который уничтожал деревню за деревней. Настораживающая самоуверенность Дестина, его ненасытные аппетиты и безжалостное желание заполучить все, что только хочется, создавали проблемы. Особенно теперь, когда

он вознамерился заполучить Тэмпест.

Хотя он не посылал за ней всю неделю. Последнее место, где хотелось бы оказаться, – его покои. Абсолютно точно. В намерения короля явно входило сделать Тэмпест своей любовницей или супругой. Скривившись от этой мысли, девушка едва сдержала усмешку. Продолжать притворство и выказывать заинтересованность в короле становилось все труднее. И опаснее. С ним шутки плохи. На мгновение Тэмпест забеспокоилась о причине, по которой король не посылал за ней. Возможно, иногда он и впрямь был слишком занят, чтобы выделить время на гедонистические порывы. Вот бы желания на самом деле сбывались.

Дамы глупо улыбались, а молодые люди расхаживали с важным видом, пытаясь привлечь внимание женщин. От одного их вида тошнило. Назревала война, умирали люди, а эти людишки пили и ели так, словно беспокоиться не о чем.

– Кажется, ты почти ничего не ела, Тэмпест, – пробормотал Мадрид. Он говорил так тихо, что никто не обратил внимания на их разговор. Несмотря на то что дядя стоял по другую сторону стола, она услышала его слова.

Тэмпа моргнула. Мужчина двигался совершенно бесшумно.

– Сложно есть, когда в воздухе витают разговоры о войне, – ответила она.

– Никогда не принимал тебя за человека со слабым желудком, – пошутил один высокородный мужчина.

Тэмпест надменно изогнула бровь.

– Мы можем выйти на улицу, и я покажу тебе, насколько я не слаба.

Это заставило напыщенного павлина замолчать.

Мадрид смерил ее взглядом и вернулся к текущему разговору. Остальные дядюшки протиснулись вперед, чтобы послушать.

– Вчера напали на очередную деревню, – сказал один из членов военного совета. Стареющий мужчина с морщинистым лицом и седеющими волосами. Его гнусавый голос трудно забыть. Если она не ошибалась, то это тот самый человек, беседу которого с королем она подслушала. Сговор против Талаги в попытке обвинить их во всех бедах королевства. На вид он казался вполне обычным человеком. Ничем не примечательным. Трудно поверить, что внутри скрывается столько порока. Что за человек будет убивать женщин и детей? Она возненавидела его.

– На этот раз ближе к столице. Территория леса почти не задействована, – прокомментировал Мадрид.

Облегчение, охватившее ее, быстро сменилось стыдом. Люди умирали, а она чувствовала благодарность за то, что это не та деревня, в которой выросла ее мама. Мерзкая, эгоистичная мысль, и тем не менее она об этом подумала.

– Это ли не повод для беспокойства?

Тэмпест напряглась, услышав голос короля у себя за спиной.

Змея выскользнула из логова.

Мужчины в едином порыве поклонились. Тэмпа закусила щеку, когда рука короля легла ей на левое плечо,

а большой палец коснулся ключицы. Он не смотрел на нее, подходя ближе к группе людей, стоящих рядом.

– Не успеем мы оглянуться, как Оборотни доберутся до нас в Дотэ, – сказал он. – Лишь вопрос времени, когда они нападут на самые отдаленные деревни.

Отдаленные деревни… Словно он знал, о чем она думает.

Ей не удалось подавить дрожь, пробежавшую по телу при этой мысли. Она огляделась. К счастью, никто не обращал на нее внимания.

– Мы перехватили наркотик, который стал причиной смертей в нескольких пострадавших деревнях, – сказал Мадрид. Главный Гончий обычно наблюдал и говорил, только когда ему было что сказать. – Его корни наверняка уходят в глубь Южных Островов.

– Удалось ли Алексу определить, из чего именно производится наркотик? – спросил король.

– Слишком мало информации. Наркотик тщательно обрабатывают. Мы смогли связать его с Южными Островами только благодаря нескольким шпионам, наблюдающим в лесу за торговыми путями, – ответил Мадрид.

– Совсем скоро по всей стране разразится полномасштабная война, – ответил крайне расстроенный король.

Что за бред.

– Разумеется, мы не хотим, чтобы так получилось, – продолжил он. – Война с Южными Островами навсегда разрушит наши с ними отношения.

Поразительно, с какой легкостью король Дестин мог лгать. Именно он стоял во главе этого отвратительного плана, но из-за слов Мадрида о шпионах в лесу внутренности неприятно скрутило. Знал ли он, чем занимается его король? Должен был знать. Он же главный Гончий. Как бы сильно ей ни хотелось отбросить мысли о том, что кто-то из Гончих имеет хоть малейшее отношение к предательскому замыслу короля, она не могла позволить личной привязанности к ним затуманить рассудок. Ранее подобное суждение чуть не привело ее к провалу.

Обвинить талаганцев в отравлении лесных деревень – всего лишь первый пункт плана короля Дестина. Несмотря на тот факт, что большинство погибших от наркотика являлись Оборотнями. Как Тэмпест могла быть настолько наивна, чтобы считать, что талаганцы ответственны за уничтожение собственного народа? Пайру, Шуту, пришлось показать ей, как на самом деле выглядят расположенные вдоль границы деревни, чтобы Тэмпест открыла глаза и приняла правду.

Нет, гораздо большее потребовалось для того, чтобы убедить ее.

Чувство стыда зашевелилось в животе от того, что она сразу не поверила в увиденное собственными глазами. Жители деревни совершенно не были похожи на бойцов. Тэмпест подумала о Рине и маленьком Аспене, которые управляли пекарней, наплевав на весь остальной мир. Вот только они по-настоящему заботились о мире. Вокруг них повсеместно умирали соотечественники, мужчины уходили защищать родных и не возвращались. Когда все это закончится и если талаганцы не исчезнут с лица земли, то количество женщин, достигших брачного возраста, в несколько раз превысит количество мужчин. Восстановить талаганское население будет трудно.