Шустрое ребро Адама
Шрифт:
— Ну, это она по паспорту бы не выяснила, — заступилась за сестру Тамара Ильинична. — Это только при личном знакомстве рассмотришь.
— Но хоть что-то ты про него знаешь? — в отчаянии спросила Мариша у тетки.
— Машина у него красная, по-моему, «пятерка», — напрягшись, выдала тетя.
— А отличительные приметы есть?
— У кого? У него или у нее?
— У обоих, — разозлилась Мариша. — Все что угодно. Думаешь, в городе всего одна старая красная «пятерка»?
— У него было очень приятное лицо, и вообще он ничего, если бы все время не ворчал, то был бы просто отличной кандидатурой
— Спасибо, — с горечью сказала Мариша. — Только безработного, который пьет со сторожами по ночам, мне и не хватало. Ладно, но хоть адрес дома на Обводном канале, где ты последний раз видела своего мужа, ты помнишь?
Это тетка, как ни странно, помнила и охотно сообщила племяннице.
— Тогда я сейчас еду туда, а как только что-то узнаю, сразу сообщу, — сказала Мариша. — Либо сама приеду, либо оставлю сообщение тебе на твоем домашнем автоответчике, а ты потом позвонишь из больницы, и телефон тебе все передаст.
— Ладно, — кивнула Серафима Ильинична. — Мариша, ты постарайся, чтобы Валериан оказался жив.
Мне без него не жить. — И тетя залилась слезами.
Чтобы не видеть душераздирающей картины, Мариша выскочила из палаты пулей. Добежав до телефона-автомата, она притормозила, ей пришла в голову мысль: а вдруг Валериан тоже звонил домой и оставил сообщение на автоответчике. Тогда и искать больше никого не нужно.
Покопавшись в памяти, Мариша вспомнила код, который следовало набрать, чтобы автоответчик воспроизвел сообщение позвонившему. Мариша сняла трубку больничного телефона-автомата. И тут же поняла, что он не работает. В растерянности Мариша посмотрела по сторонам. И тут же последовала подсказка:
— Девушка, — услышала Мариша мужской голос у себя над ухом, — идите к сестре. Суньте ей денежку, и она разрешит вам позвонить с ее телефона.
Второй мужчина в больничном халате, заговорщически подмигивая, указывал тонкой рукой на кабинет, куда Марише следовало постучаться. Поблагодарив их, Мариша робко приоткрыла дверь кабинета, но он оказался пуст. Тем лучше, подумала Мариша и бросилась к вожделенному аппарату.
— Вы позвонили по номеру… — сообщил ей голос тетки.
— Не то, — буркнула Мариша. И повесила трубку.
Не то… Со второй попытки ей удалось ввести код, и она услышала недовольный мужской голос, который требовал от Валериана немедленно перестать валять дурака и взять трубку.
«Это я, Мишка, — говорил голос, — у нас тут третий час фирмачи из Хельсинки тебя дожидаются. Ты что, совсем сдурел, ты же сам их пригласил! — возмущался неизвестный Миша. — Ты же знаешь, что нам кровь из носу нужно заполучить этот контракт. А они желают иметь дело только с тобой. К тебе привыкли, тебе доверяют. Послушай, даже если ты совершенно болен, вызови такси и приезжай. Пойми, эти чудаки решили, что мы задумали какую-то низость, а ты не желаешь в ней участвовать. Лично я понял их так. Валериан, ты меня слышишь? Немедленно приезжай!»
— Все ясно, Валериана дома нет, — сказала самой себе Мариша. — Иначе не стал бы так долго мучить своего коллегу молчанием. Значит, с ним что-то и в самом деле случилось.
Вообще-то Мариша была не слишком высокого мнения о мужской половине человечества, их уме и чувстве долга — очень легко они теряют то и другое
— Придется туда ехать, — пробормотала Мариша.
Нужный дом на набережной Обводного канала Мариша нашла быстро. Адрес тетка запомнила четко.
Дверь в парадное тоже совпадала с описанием тетки, хотя она была обшарпана ничуть не меньше, чем соседние двери. Но ее заметно отличало изображение пестрой буквы «икс», выполненное сразу пятью красками с помощью пульверизатора. Полюбовавшись произведением настенного, а точнее надверного, искусства, Мариша вошла в подъезд.
Кроме перечисленных примет, во дворе стояла еще дядина темно-синяя «Ауди», которую никто так и не потрудился угнать. Поднявшись на лифте наверх, Мариша с трудом вылезла из узкой кабинки, явно рассчитанной на дистрофика, — и обомлела. Прямо перед ней находилась нужная ей дверь. Но ее состояние! Даже не поцарапанная, а вся искромсанная и посеченная, вокруг валялись щепки.
Тем не менее дверь эта была заперта, в этом Мариша убедилась, потолкав ее немного ногой. Впрочем, Мариша и не собиралась входить внутрь. Она и без того знала, что в квартире уже никого нет, а стало быть, нужно прямиком идти к соседям и постараться вызвать их на откровенный разговор. Хорошо бы найти какую-нибудь пенсионерку. Именно пенсионерку, а не пенсионера. Мужчины начнут тянуть и прикидывать, что можно сказать, а о чем можно умолчать, а женщины все выбалтывают сразу, украшая свой рассказ подробностями — к делу и без дела.
Марише повезло, по лестнице как раз поднималась пожилая тетка. В руках у нее была лишь одна полупустая сумка, поэтому Мариша спокойно завела с ней разговор.
— Вы не знаете, что тут случилось? — спросила она, кивая на дверь опечатанной квартиры.
— А вы кто? — тут же включилась старуха. — Вы кем Ленке приходитесь?
— Я ее сестра, из Рязани, — соврала Мариша. — Она меня давно в гости звала. Но жить мне у нее как-то не хотелось, вечно какие-то звонки, движение. А тут мне как раз туристическую путевку на работе дали.
Вчера у меня весь день по экскурсиям был расписан, а сегодня дай, думаю, зайду к сестре. А тут и нет ее.
Я еще с утра звонила, но никто трубку не снял. Думала, что просто телефон отключен.
— Ой, милая! — жалостливо простонала старуха. — Что бы тебе вчера да с утра пораньше в гости-то приехать. Глядишь, еще и застала бы сестру живой-то.
— Господи! — вполне натурально побледнела Мариша. — Ее что, убили?
И она начала тихо сползать по стене.
— Да ты зайди ко мне, посиди, — сказала бабка, которой явно не терпелось выложить все заинтересованному слушателю. — На тебе, милая, лица нет.