Шулма

Шовунов Евгений

Дед Кукан зло на них посмотрел. Склочные супруги ему сразу не понравились. Поэтому он не стал рассказывать им про наши подозрения насчёт шулмы. Пусть думают что хотят. В случае чего по ним горевать никто не будет.

Лёшка лежал в своей комнате на диване с холодной тряпкой на лбу. Я немного прихрамывал.

– Мужики, вы как хотите, но надо искать шамана, – обратился к нам ещё один старожил – дядя Лёва по кличке Остроух. Он тоже вышел на пенсию и занимался тем, что днями напролёт смотрел сериалы. Раньше сосед работал в

тресте по благоустройству. Неплохо знал городские окраины. После пьяного падения с мусоровоза сильно хромал.

Мы курили на нашем обычном месте за общагой. Лёшка страдал от головной боли, но на улице появился. После той ночи водка в него не лезла. Кукан смолил «Беломор». Он напряжённо над чем-то думал.

К нам присоединился новый сосед – автомеханик Вася Вологдин по прозвищу Хряк. Почему у него была такая редкая кличка, никто не знал. Узнав о теме беседы, новичок посмотрел на нас, как на психов, и осторожно потопал в общагу. Через пять минут он вернулся с початой чекушкой. Зелье прибавило нам остроты ума.

– Мужики, Лёва прав, надо искать шамана, – выбросив окурок, дед Кукан оглядел нас с очень серьёзным выражением лица. – Шутки шутками, но вчера мы чуть не потеряли Лёшку.

Жертва «выноса» болезненно ощупала свой череп. Ей не сказали, кто был автором спасительного удара.

– Срань господня! – стонал Лёшка. – Башка гудит, как колокол.

Все молчали. Потом Остроух спросил у бедняги:

– Ты хоть что-нибудь вспомнил?

Лёшка потряс головой, поморщился. Закурил «Беломор».

– Обрывки какие-то. Вчера вечером накатил две стопки коньяка. Закусил. Думал телик глянуть, потом ещё выпить. Я ж не запойный. Меру знаю.

Соседи ухмыльнулись. Лёшка продолжал вспоминать:

– А потом смотрю: фигура во мраке возле окна. Баба. Худая и длинная. И холодно так стало, будто мороз вдруг ударил.

Мы слушали очень внимательно.

Лёшка хлебнул воды из бутылки, затем произнёс:

– Я у неё хотел что-то спросить. Не успел. Она быстро ко мне приблизилась, глянула – и я чуть не сбрендил. Глаза у неё чёрные и словно огнём жгут. И ещё вот что: она молчала. Начало вонять. Баба ко мне руки протянула. Меня что-то стало обволакивать. Я из последних сил заорал и к двери бросился. Дальше не помню.

Кукан встрепенулся:

– А на кого она похожа? Вообще, лицо человеческое или монстр какой к тебе лез под видом девки?

Лёшка задумался. Потом сказанул:

– Глаза у неё раскосые. Вон как у Писаря, – и кивнул в мою сторону.

Мужики посмотрели на меня оценивающе.

Остроух выдал:

– А может, это он и был? Вы, небось, вместе выпивали, и тебя накрыло. Вот ты и принял Писаря за шулму. Он тоже тощий и много не говорит. Так кто к кому из вас приставал?

Курилка содрогнулась от громкого смеха. Не ржали только я и Лёшка.

– Да пошли вы, гады! – возмутились мы синхронно и искренне.

Лёшка гневно добавил:

–

Дядя Лёва, вот скажешь тоже полную ерунду! Чего я, соседа не узнаю, что ли? Что за намёки такие гнусные?!

Кукан и прочие грубые мужланы ещё долго мусолили версию Остроуха. На меня смотрели с плохо скрываемым сарказмом.

– Эх ты, Лёшка! – юморил Вася. – У тебя такой шанс был шулму оприходовать. Я бы её сразу: раз-раз, и на матрац!

Курилка от хохота ходила ходуном. Мужики как могли сбрасывали нервное напряжение последних недель. Днём все были смелые и находчивые.

Потом вернулись к идее убить шулму.

– Как ни крути, нужен шаман, – сказал Кукан.

Мы принялись обсуждать варианты. Перебрали всех знакомых оракулов, знахарей и гадалок. Никто не тянул на искомую вакансию. Вспомнили про священников.

Чуть погодя на всякий случай мы с Куканом обошли местные богомольни. Отовсюду нас вежливо просили уйти. Про шулму и слышать никто не хотел.

– Надо молиться, – везде нам говорили одно и то же. – Держите пост.

Кукан ворчал:

– Ага. Придумали тоже. Пока я буду поклоны бить и простираться, шулма мне башку отвертит.

На следующий день в курилке Остроух вспомнил, что где-то на Нефтяной улице жил мужик, который «лечил» от запоя, сглаза, читал молитвы на удачу.

– Мыкола, что ли! – скептически оборвал его дед Кукан. – Мы в подрочестве чего с ним только не пили. Однажды он спутал бутылки с брагой и ацетоном. После этого у него и открылся «дар». Жулик он, а не лекарь.

Лёшка сразу перестал маяться головной болью и задал мучивший всех нас вопрос:

– Когда-когда вы с ним пили?

Кукан, не смутившись, громко ответил:

– В подрочестве. Ну, когда подростками были. Мы с ним раньше на одной улице жили. Хотите, можно к нему сейчас сходить. Увидите, что там за колдун.

После таких подробностей интерес к нефтяному магу исчез сам собой.

Решили взять время на поиск шамана. Несколько дней в общаге было тихо. Шулма словно ждала достойного противника.

На всякий случай я спросил на работе у женщин, не знает ли кто-нибудь сильных экстрасенсов, знахарей и гадалок. На меня смотрели с недоумением и сочувствием.

– Всё-таки начал пить, бедняга, – я услышал, как в обед за перекусом девчата обсуждали мои поиски мага. – У них в общаге одни алкоголики и крышелёты живут. Спаивают парня. Жалко его. Такой молодой ещё. И неженатый.

Я затаился. Дамы ещё некоторое время болтали о моей скромной персоне. Узнал о себе много нового. К сожалению или к счастью, как объект воздыхания я на работе совсем не котировался.

Жрец

В итоге ни у кого не было на примете людей, кто мог потягаться с шулмой в поединке. Кроме меня. Я держал на запас один дохлый вариант. Соседи неохотно его одобрили.