Шулер
Шрифт:
«И контролировать её»,– посылает Ксарет.
Галейт хмурится ещё сильнее. «Да. Конечно».
Они оба наблюдают, как разведчики Организации плетут плотную Барьерную структуру над белым зданием, сосредотачиваясь преимущественно на верхнем этаже. Сеть вытолкнет разведчиков Семёрки наружу. Она не пустит в Барьер любого, кто может попытаться помочь Мосту и её последователям.
После завершения сети, на следующем этапе они обрушат конструкцию Дигойза.
Все, что делает Организация,
Ксарет спрашивает: «Разве не более рискованно убивать её сейчас? Она ведь попросту вернётся, так?– она изучает свет Галейта через темноту Барьера.
– Вместо этого мы можем сделать то, что пытается сделать Териан. Забрать её живой. Дигойза тоже. Если у нас будет её супруг, у неё не останется выбора, кроме как сотрудничать с нами. Мы могли бы использовать её, чтобы обрушить войну тогда, когда мы будем готовы. На наших условиях».
Галейт сухо улыбается. «Ты предполагаешь, что эту войну можно контролировать. Войну редко можно контролировать, друг мой... а Смещение - тем более».
Его свет следует за роем разведчиков. «В любом случае, Мост и Элисон - не совсем одно и то же существо. Она может иметь не больше контроля над происходящим, чем мы. Под поверхностью её личности существует тяга – предварительно заложенная программа, если тебе так угодно. Очень сложно воздействовать на такое влияние. Она не столько является Мостом, сколько одержима им».
«И все же.
– Он пожимает плечами, глядя на полотно, сотканное его трутнями.
– Она есть и всегда будет первоочередным выбором для исполнения этой роли. Это кое-что да значит».
Ксарет думает над его словами. «Можно ли это остановить? По вашему мнению, Защищающий Щит. Эту силу возможно сдержать?»
Галейт медленно и задумчиво кивает. «Да. Я так думаю. С помощью осторожной работы».
«А Дигойз?»
Галейт усмехается. «Ах, Дигойз. Что нам делать с ним?– его улыбка выражает привязанность.
– Он заслуживает, чтобы ему отчасти отдали должное за все это, - он протягивает руку над облаком разведчиков, формирующих сеть.
– Но Териан тратил время впустую. При его уходе мы не ставили на разум Дигойза временный щит. Мы сломали его полностью».
Он вздыхает, источая бледный свет.
«Теперь он целиком и полностью изобретение Семёрки. Больше мёртвый, чем живой... по крайней мере, в отношении того, кем он некогда был. Нет,– он с прискорбием качает головой.
– Нам нечего опасаться с его стороны, мой старый друг. Дигойз теперь призрак. Тень».
Ксарет не отвечает.
«Мир,– говорит
– Он требует постоянной работы, не так ли?– его тёмные глаза горят как угольки.
– Я не желаю больше говорить о Смещениях или предречённых войнах».
«А Териан?– отваживается она.
– Он один из Четвёрки, не так ли?»
Галейт поворачивается, и его глаза вспыхивают. После паузы он загадочно улыбается. «Такая возможность удивляет тебя, мой старый друг?»
«В некотором роде да, - говорит она.
– Он знает?»
Свет Галейта испускает очередную загадочную улыбку. «Я полагаю, он начинает подозревать».
«И что вы будете с ним делать?– настаивает Ксарет.
– Разве вас не беспокоит, что он может начать эту войну даже без вашего Моста? Или что вы можете навредить истории, расправившись с несколькими из Четвёрки?»
Галейт сухо улыбается, сцепляя световые руки на пояснице.
После паузы он поворачивается, глядя другой в глаза.
«Я обещал моему другу Ксарет, что я не истреблю всех её созданий».
Его улыбка становится жёсткой, черные глаза смотрят резко.
«...Но Терри, - нежно говорит он.
– Твоё время вышло. Мне повезло, что ты настолько же очевиден, насколько ты безумен».
Создание, называющее себя Ксарет, поворачивается, его светящиеся глаза внезапно приобретают хищное выражение.
Галейт добавляет: «Надеюсь, что ты хотя бы получил объяснения, на которые надеялся, мой старый друг».
Разряд света ударяет сверху.
Териан уворачивается от него, разрывая свою связь с Пирамидой и оставляя за собой фальшивый отпечаток Ксарет.
Темнота исчезает...
... и Териан распахнул жёлто-золотые глаза.
Он лежал на кремовом сиденье частного самолёта, в теле женщины средних лет, обладавшей телом игрока в теннис. Она отправлялась в недельный отпуск в Хэмптонсе, с мужем №2 и детьми. Когда она поморгала, чтобы сфокусировать взгляд, перед ней появился мужчина с пистолетом.
Это был не её муж.
– Ты действительно думал, что он не услышит, чем ты занимался, Терри?
– спросил видящий.
Женщина подняла руку. Бриллиантовое обручальное кольцо блеснуло на третьем пальце.
– Мы можем поговорить об этом, брат мой...
Разведчик выстрелил.
Череп худой женщины в костюме от Шанель за пять тысяч долларов разлетелся от пули, вошедшей прямо в её правый глаз, и с тошнотворным шлепком заляпал обивку сиденья.
Она обмякла на мягком кожаном кресле.