Шулер с бубновым тузом
Шрифт:
Это была Анна. Она сидела на полу, закрыв ладонями лицо, и плакала. Мое появление не произвело ровно никакого эффекта. Она продолжала сидеть, как сидела, не удосужившись даже взглянуть на меня.
Я не сразу обратил внимание на чье-то тело, вытянутое между диваном и столом. Оно лежало головой к двери, так что первой мне бросилась в глаза стриженая макушка. Я попятился… но взял себя в руки. Отчего-то я был уверен: тело мертвое. Проще говоря, в комнате находился труп. Очередное дежавю заставило меня содрогнуться.
Анна
Я метнулся в спальню — пусто. Кухня, ванная, туалет — нигде никого. У меня толчками бухало сердце и пересохло во рту. На что я рассчитывал? Найти в квартире третьего? Убийцу, который прикончил лежащего на ковре в гостиной человека?
Гораздо позже я сообразил, что рисковал собственной жизнью, ведь у меня не было с собой оружия, и я не супермен, который одним ударом отправляет в нокаут любого качка. Это понимание пришло потом, а пока…
— Анна! — вскричал я, возвращаясь в гостиную и бросаясь к ней. — Что здесь случилось? Да говори же!
Она молчала.
Я схватил ее за руки, рывком поднял и встряхнул. Ее голова мотнулась и запрокинулась, рыжие волосы рассыпались. Она была в домашнем платье в цветочек, которое привезла с собой из Старого Крыма, лицо красное, заплаканное.
— Черт с тобой! — рявкнул я, подхватил ее и грубо усадил на диван. — Я звоню в полицию. С этим пора кончать.
Казалось, она меня не слышала. Опять закрылась руками, сжалась в комок. Я оставил ее, включил люстру и склонился над трупом. Убитый был мне знаком. Он принял ту же смерть, что и плутоватый картежник Джо: в его груди торчал нож. Кухонный, тот самый, которым я этим утром нарезал себе сыр на завтрак. Чего доброго, на рукоятке сохранились отпечатки моих пальцев… а убийца, разумеется, был в перчатках.
Я обернулся и посмотрел на руки Анны. Она не настолько глупа, чтобы не выбросить перчатки в мусоропровод. Кому захочется рыться в зловонных отходах? Уж точно не мне.
Я присел возле трупа на корточки, стараясь не испачкаться. Футболка цвета хаки на груди убитого пропиталась кровью. Тело было еще теплым. Пульс отсутствовал.
Я покосился на Анну. Если она вошла в раж, то ей ничего не стоит прикончить и меня. Ножей в кухне предостаточно, а ее тихая истерика — не более, чем искусное притворство. Но я, как ни странно, не боялся. Вернее, меня пугала не смерть от ее руки, а перспектива полицейского разбирательства.
«Ты псих, Нико! — вызверился на меня мой двойник. — Неужели, ты позволишь этой аферистке втянуть себя в новое преступление?»
— Уже позволил, — процедил я сквозь зубы, встал и повернулся к Анне-Жанне. — Зачем ты его убила? Говори. Ну?! Не то я сдам тебя ментам! Прямо сейчас!
У меня внутри все похолодело. Я был готов исполнить свою угрозу. И барышня почувствовала, что шутки закончились.
— Я не знаю… я ничего не знаю… — всхлипывала она.
— Хватит ломать комедию. Хочешь оказаться за решеткой? Пожалуйста!
— Я…
— Может, это я сделал?
Она сжала губы и опустила голову.
— Ах, вот как! Ты дурочку-то из себя не строй. На меня решила все свалить? Не на того напала!
Я подумал, что в квартире полно моих отпечатков, не говоря о ноже… и что мне придется туго, если сюда приедет следственная бригада. Я, конечно, вызову своего адвоката, но…
«Твоя карта бита! — злорадно прокаркал второй Нико. — Если в дело вмешается полиция, тебе в любом случае придется объяснять, как ты оказался в этой квартире и кто такая Анна Ремизова. А там всплывет убийство Джо, и понеслось!..»
Хуже всего, что лежащий на полу убитый — не кто иной, как нанятый мной частный детектив Томашин. Меньше всего я ожидал найти здесь его труп. Черт меня дернул прийти сюда! Пусть бы эта милая дамочка выпутывалась сама.
«Как же! — захихикал двойник. — Держи карман шире! Она бы сбежала, а мертвеца оставила тебе. Расхлебывай, дорогой братец, родственную кашу!»
Сестра выглядела невменяемой. Она изменила лицо и прическу, но не свое нутро. Что мне было делать?
— Жанна, — строго произнес я, меняя тактику. — Опомнись! Хочешь сесть за убийство? Провести десять лет в колонии? Я тебе это устрою.
«А что ты можешь ей предложить в обмен на признание? — язвил второй Нико. — Чудесное спасение? Интересно, какое же?»
— Ч-что… — прохрипела она. — Ч-что тебе… надо?
— Ты знаешь, кто это? — спросил я, указывая на мертвое тело.
Сестра замотала рыжекудрой головой.
— Нет… н-нет…
— Как он оказался в квартире? Ты впустила его?
— Н-не знаю…
Я потерял терпение и отвесил ей звонкую оплеуху. Вообще-то я не поднимаю руку на женщин, но как иначе я мог привести ее в чувство? Она вскрикнула и посмотрела на меня мутным взглядом.
— Ты будешь говорить, или я звоню в полицию? — прорычал я.
— Б-буду…
Кажется, до нее начинал доходить смысл происходящего. Она пробуждалась от своих сумрачных грез.
— Как этот человек оказался здесь? — повторил я вопрос.
— Не знаю… я… спала…
— Спала?
— Да… я прилегла в спальне… и задремала…
— …а когда проснулась, обнаружила в квартире труп? — с усмешкой закончил я.
Не поручусь за Анну, однако Жанна де Ламотт с ее опытом заранее приготовила бы оправдания для своего поступка.
— Меня разбудил шум… я встала и выглянула в коридор… — пролепетала она, забыв о слезах. — В гостиной горел свет… я зашла… и…
Она побледнела и задохнулась, не в силах продолжать.
— Тебя обуял ужас, детка? — с напускным участием осведомился я. — Ты едва не упала в обморок при виде мертвеца с ножом в груди? А потом села на пол и взвыла?
— Я очень… испугалась…
«Она лжет! — неистовствовал мой внутренний двойник. — Не вздумай ей верить! Она насквозь фальшивая, как ее крашеные волосы и прооперированное лицо!»