Штурмуя Лапуту
Шрифт:
Воздухоплаватели смотрели на загадочную воровку. Та стояла по колено в воде, полоскала бинт. Явно понимала, что о ней говорят, но ничем не показывала своего напряжения. Вот в этом умении притворяться она определенно недурна. Остальное спорно.
Смотрел тогда Укс на почти обнаженную девушку и пытался сформулировать. Собственно, все жертвы беглого кораблекрушения оказались практически раздетые: все имущество пришлось на берегу проклятого Сан-Гуаноса побросать. Лоуд ворчала насчет утраты бесценных универсальных ШУПЭ, сам Укс остался в трусах-боксерах и теперь уж окончательно укоротившейся рубашке, а воровка совсем уж обнищала — в одних трусиках. Нет, не то чтобы совсем трусы — на ней был довольно странный элемент
— Если поймем, как это работает и накручивается, нам будут весьма благодарны, — предрекла великая исследовательница. — И бабы, и Ква. Они с ланон-ши давно обдумывают об основании фирмы по производству продвинутого нижнего белья. Последние годы стринги в землях Ворона востребованы модой, но дороговаты в изготовлении и недоступны широким слоям жаждущего сексапильности женского населения. А тут просто: вроде бы лента, даже не длинная. Добавить чуток кружавчиков — и полный шик, будут смотреться не хуже тех хваленых классических стрингов. Но с практически-геометрической точки зрения — опять загадка. Нет, в девке скрыто магии больше, чем кажется. Ты это имей в виду.
— Угу, — согласился Укс.
При всех своих недостатках и возмутительной любви к стебу, Профессор оставалась единственным существом, с которым пилот мог говорить абсолютно обо всем. Дружба и полное доверие — редчайший сплав чудеснейших сокровищ, встречающийся куда пореже магии.
Да, магия. Так есть она или нет? И отчего воровка так занимает мысли?
Запомнился тот момент, что уж отрицать. Она стояла в воде, нагнувшись. Почти обнаженная и очень странная. Безусловно, стройная, легкая, ничем не отталкивающая, и ничем не привлекающая. Неопределенная. Слишком худые плечи, ноги могли бы быть и подлиннее, но в целом симпатичная. И в то же время никакая. И как Логос предлагает такую противоречивую неопределенность расценивать? Это же ненормально.
В сущности, Укс был обыкновенным мужчиной, пусть и опытным, близко знакомым с Логосом, и посему склонным регулярно анализировать свои мысли. Но если сократить сложное мыслительное уравнение, то мужчина, глядя на девушку, оказывается у примитивной развилки решений: между «о, а она ничего, поближе бы познакомиться» и «не, человек-то она хороший, но…». Тут и не особо важно: человек ли та особа, поскольку в момент этого инстинктивного решения всякие эльфийки, гномки и прочие милые особы — в этом смысле тоже люди. Но плотский интерес, он или включается, или не включается. Понятно, случаются казусы, когда естественный интерес переходит в болезненную страсть и безумие, а бывает, встречаются мужчине природные суккубы и паирики, и тогда включается примитивный механизм безмозглого и непреодолимого инстинкта — но то отдельные нездоровые случаи.
В воровке определенно ничего суккубского не имелось. Магия или не магия, но в целом особа принадлежала вполне банальной, человеческой природе. Просто девица так и оставалась непонятной. Именно неопределенной, этаким свободным радикалом.
А сейчас лежать Уксу надоело. Дотянулся до вырубленного Лоуд костылика — потом уже сам обрабатывал ножом, обрабатывал, да все равно на оглоблю костыль похож — поднялся на ноги. Уже на обе, на больную ступать вполне можно, но разумнее поберечь. Проковылял меж стволов-башен и орешника…
Лоуд сидела на берегу «линзы», прямо на пирамиде сложенного костра — отыскать сухие и подходящие сучья здесь было непросто, с секвой ветви не особо-то падали, а стволы свежего
— Прогуливаешься? — пробормотала Профессор, не отрываясь от лицезрения бездны. — Мог бы лежать, старательно выздоравливать, не мешать научной деятельности.
Укс фыркнул и осторожно присел на уложенные дрова.
Насчет научной деятельности напарница не то что шутила, но преувеличивала. Безусловно, процесс осмысления, формулировки и построения версий возникновения и функционирования здешних странных миров продолжался, но в связи с отсутствием бумаги и невозможностью вести записи, откровенно пробуксовывал. Идей у Лоуд мелькало по обыкновению много, но как их зафиксируешь, когда гениальный профессорский умище непрерывно выдает новые и новые?
— Будет тебе тетрадь. Или блокнот. Я не забыл, — заверил Укс. — При первой возможности.
— Пора бы. Собственно, что толку в возможностях, если мы нажитое непосильным трудом оборудование и документацию регулярно профукиваем? Скатились в заплесневелый каменный век.
— В ореховый.
— Не вижу почвы для иронии…
Заговорили серьезно. Собственно, варианты плана действий уже сформировались, требовалось выбрать и согласовать самый оптимальный.
…— Что-то мне твое решение на планирование не особо нравится, — проворчала Лоуд. — Нет, некая логика прослеживается, но риск-то… Ты и сам не в лучшей форме, пускаться на авантюры в таком физическом состоянии стремно. Конечно, проверять девицу все равно придется, тут не спорю, но с этим моментом можно и повременить. Ты бы ее все-таки для начала отсексуалил, раз уж время имеется. Людям во время траха свойственно приоткрываться чуть шире обычного. Это даже самых скрытных индивидов касается. Понимаю, она тебе всё так же хаотично то нравится, то не нравится, но тут не обязательно срочно и окончательно определяться. Поставь небольшой интимный практический эксперимент, это не так рискованно, как брать шмонду «на дело». Секс — это нормально, не надо бояться этого процесса. Благо, некоторые ограничения подвижности нижних конечностей в подобных опытах роли не играют. Мне почему-то кажется, что хищно догонять ее и брутально заваливать вообще не придется. Уж прости, но подозреваю — не очень-то она невинна и робка в этой области личных контактов.
— Этого и опасаюсь, — сердито пробурчал Укс. — Надурит. Физически она вполне способна лихо отжечь. И, подозреваю, что не только мы эксперименты норовим провести, она-то тоже постоянную «научную работу» продолжает.
— Гм… — Лоуд задумалась. — Возможно, ты и прав, у меня тоже такие мысли возникали. Я опыты над собой вот прям перепонками чую и спинным мозгом реагирую. Хитрая девчушечка. Между прочим, нестандартная ситуация — который день рядом, а мы ее разгадать не можем. У нас все же изрядный опыт, а тут откровенно буксуем. Главное, она же и не молчит — много рассказала, не особо наврала. Толку-то.
— Логос определенно подтверждает — верхушка айсберга вполне реальна, с этим она не обманывает. Проблема в реальном соотношении открытого и скрытого.
— Почему именно «верхушка айсберга», а не «плавник акулы»? Думаешь, она не настолько хищная? Подозреваешь, что на самом-то деле льдисто-фригидная?
— Да отстань ты с этой сексуальной составляющей, не в ней дело. Как вообще получилось: она рассказала нам много, не врала, достаточно подробно отвечала на вопросы, а по сути ничего не сказала? Почему мы до сих пор не поняли, сколько ей лет и как ее звали в старой жизни? Да чего там сопли жевать, мы даже не знаем, как она выглядит. И это без всякой магии.