Штучки!
Шрифт:
Маргарита улыбнулась, подумав о кольце, подаренном ей Люсьеном, и планах на будущее, которые они тогда строили. Вспоминать об этом было счастьем.
– Ах, какой же это был чудесный вечер! Мы были настоящими женихом и невестой! В нашем-то возрасте!
– А скоро будете настоящими молодоженами!
– Ну нет! Никогда! Вот чему не бывать! – возмутилась Маргарита.
– Да почему же? Ты ответила ему согласием, ты с ним прекрасно ладишь, ты больше не хочешь жить одна…
– Да, но ты еще не знаешь, что случилось потом.
– Он на тебя набросился?
–
– Что ты увидела, бабушка?
– Я увидела его ноги! Он пригласил меня на ужин по случаю помолвки и принимал меня в домашних туфлях! Значит, он никогда не расстается со шлепанцами, понимаешь? А я, внученька, даже и в свои восемьдесят пять никогда не выйду замуж за человека, который не вылезает из тапочек!
Приговор был окончательным и обжалованию не подлежал. Элизу разобрал неудержимый смех, и Маргарита радостно ей вторила.
– Маргарита! Впустите меня, умоляю вас!
– Люсьен вернулся! – заливалась Элиза. – Бабуль, ты должна с ним объясниться, иначе он никогда от тебя не отстанет!
– Даже не подумаю! Он не поймет. Того и гляди попросит директрису меня образумить. Никакого от него спасения! Вот я и прикинулась маразматичкой – только тогда меня оставили в покое! Мне даже еду в комнату приносят! Правда, здорово я всех обхитрила?
Комната с видом на…
Он нашел этот дом через невестку одного сослуживца. Удачно получилось, а главное, это же в пять раз дешевле, чем гостиница! Конечно, всего за такие деньги не получишь, придется кое без чего обойтись… Нет-нет, дорогая, не пугайся! Большая общая комната и две спальни. Сад? Скорее, пожалуй, двор. Не слишком ли уединенно расположен? Нет, это дом в деревне. То есть первый этаж дома в деревне. Да почему же там должно быть убого! Ну хорошо, как бы там ни было, в доме мы все равно только ночевать станем. А вокруг там совершенно великолепные горы, и до моря каких-нибудь десять минут…
Причин для недоверия у Флоранс хватало. Вот, например, прошлым летом они пересмотрели кучу каталогов, мечтали о поездке в Канаду, о круизе по Нилу, о вилле в Тоскане… Флоранс полагала, что если в году у тебя всего-навсего три недели отпуска, то нечего жаться и считать каждый грош. А Николя, напротив, стоял за экономию – если вдруг удастся выкроить еще пару недель зимой?… Только этого никогда не случалось. Каталоги отправились в мусорный бак, а Флоранс в последнюю минуту попыталась забронировать номер в каком-нибудь хорошем отеле на юге Франции. Провансальский деревенский дом на фоне чудесной природы, бассейн в тенистом парке, завтраки под липами – когда у тебя есть все это, можно более или менее безболезненно проститься с мечтами о дальних странствиях… Только и тут вышел облом! Поздно спохватились: все действительно приятные и доступные места были разобраны. Результат? За две недели до отпуска Флоранс и Николя по-прежнему не знали, куда податься.
В конце концов провидение, похоже, над ними сжалилось, проявив свою милость
Когда Флоранс, Николя и мальчики после семи часов пути (считая остановки для того, чтобы перекусить, заправиться и удовлетворить естественные потребности) добрались до места, лил дождь.
«Вилла» оказалась небольшим домиком на перекрестке – именно здесь пересекались две имеющиеся в поселке проезжие дороги. Ливень хлестал так нещадно, что от машины до двери пришлось бежать бегом. В комнатах было темно, но Флоранс тем не менее сразу же разглядела повсюду рекламные изделия заводов Рено. Ну да, понятно, владелец дома – их местный представитель.
Загнав измученных жаждой детей в кухню, она обнаружила, что вся мало-мальски приличная посуда, явственно различимая за стеклянными дверцами буфета, заперта на ключ. Со стены на них издевательски поглядывали три мерзкие физиономии, запечатленные на отретушированной «под картину» фотографии.
Раздосадованная и огорченная Флоранс отправилась изучать остальные комнаты при тусклом и неверном свете свисавших с потолка голых лампочек. «Пятнадцать ватт, никак не больше!» – злилась она, отыскивая хоть какое-нибудь дополнительное средство освещения. Напрасно – ничего другого им не полагалось.
Не очень-то весело начинался отпуск в этих стенах, кое-как покрашенных прямо по остаткам пробковых панелей и обрывкам обоев! А на то, что удастся вырваться из мрачной обстановки и устроиться в саду, нечего было и рассчитывать: барометр упал так низко, что о солнце можно было забыть…
Воспоминание об испорченном отпуске, щедро сдобренном супружескими перебранками и детскими простудами, за год из памяти Флоранс не изгладилось, горечь не выветрилась, обида по-прежнему жгла. Потому и нынче она не особо верила в удачу.
Конечно же, машина, которую Николя взял напрокат, оказалась слишком мала, и один чемодан пришлось втиснуть на заднее сиденье между детьми. Тем не менее со стоянки в аэропорту Аяччо они выехали веселые. Погода стояла дивная, и заставлять себя восторгаться красотой пейзажей не приходилось.
Около часа они двигались по извилистой дороге, пересекавшей Корсику с севера на юг. Мальчиков укачало, они передрались, но Флоранс продолжала улыбаться. Слишком долго она ждала этого отпуска, этих несчастных трех недель из пятидесяти двух, чтобы первая же мелкая неприятность могла испортить ей настроение.
– Вот и наша деревня! – объявил Николя.
– А море, море-то где? – сразу же заскулил Адриан.
– До него всего десять минут езды, малыш.
– Ага, и опять с поворотами, от которых тошнит!…
Флоранс отвлекла детей, показав им стадо коз. Саму ее пленяли дома, лепившиеся по склону горы и соединенные между собой каменными лестницами. И непроходимые заросли вокруг – шелестящие и мощно благоухающие бессмертником. К тому же обе лавки – сырная и бакалейная – обещали, что можно будет вволю полакомиться…