Шторм
Шрифт:
– Как ты думаешь, мы сможем избежать расправы старины Кейна?
Джеб закачался на стуле и уставился на Шторм неподвижным совиным взглядом.
– Вот, дьявол, Шторми, похоже, я не в состоянии сделать ни шагу, поезжай домой одна. Хотя жаль, конечно, я бы помог тебе. Пока Кейн давал бы мне взбучку, ты могла бы быстренько улизнуть вверх по лестнице в свою комнату.
Мег, новая подружка Шторм, обняла ее за плечи и засмеялась:
– Ты совсем спятил, Джеб. Шторми и ползком не одолеть даже самой маленькой лестницы!
Шторм отпрянула от нее.
– Спорим, что я смогу отлично
Пока Бак разговаривал с одним из своих завсегдатаев у дальнего конца стойки, другой его завсегдатай, вынув нож, процарапал в самом центре помещения прямо на полу длинную линию. Когда минут через двадцать после описанных событий в салун широким шагом вошел Уэйд, шесть постоянных клиентов Бака, вдохновленные примером Шторм, все еще пытались доказать собственную трезвость, старательно вышагивая вдоль процарапанной линии. Шторм не заметила Уэйда, который пару секунд стоял с окаменевшим лицом, а потом поспешно подошел к Джебу, слегка задев по дороге Шторм. Когда он взвалил обессилевшего старика на спину, Шторм недовольно сощурила глаза и протянула руку к безжизненно висящему на широком плече Уэйда телу Джеба. Только тогда, несмотря на свое почти невменяемое состояние, она все же узнала Уэйда. Тот грозно взглянул на нее и процедил, почти не разжимая губ:
– Надень жакет, возьми сумку и будь готова на выход, когда я вернусь!
– Иди ты к черту, всемогущий и ужасный Уэйд Мэгэллен! – закричала она. Но он только молча повернулся к ней спиной и вышел, унося в ночь безвольно болтающееся тело сухонького седовласого Джеба.
Мег второпях схватила жакет Шторм с вешалки у входа, сбросив при этом нечаянно три безобразных замызганных куртки.
– Давай, Шторми, быстрее, будь хорошей девочкой, – ласково твердила она, засовывая руки упирающейся Шторм в рукава жакета.
– Мэгэллен просто взбешен. Он шкуру с тебя спустит, если ты не будешь готова, когда он вернется.
Молодая шлюха собрала валяющиеся на стойке купюры и монеты и сунула их в сумочку Шторм.
– А теперь, – сказала Мег, – стой спокойно, я застегну, жакет на все пуговицы.
Добросердечная Мег уже почти справилась со своей задачей, когда в салун снова вошел Уэйд. Он закрыл за собой дверь и замер на мгновенье, глядя на стройную фигурку Шторм, нетвердо стоящую на ногах в перекошенном, криво застегнутом жакете и уставившуюся на него воинственным взглядом. Завсегдатаи салуна, видя такое дело, поспешно расступились в стороны – от греха подальше, освобождая Уэйду проход. А тот продолжал сверлить взглядом стоящую перед ним женщину, как будто не осмеливаясь дотронуться до нее.
И лишь один бармен заметил, что уголки его губ дрожат от еле сдерживаемого озорного смеха.
– Попрощайся со своими приятелями и приятельницами, Шторм, – сказал Уэйд мягко, но настойчиво. – Пора ехать домой.
– Да я с тобой по одной стороне улицы никогда не пойду, ты – паскудный мартовский кот! – заорала Шторм и швырнула в него свою сумочку.
Уэйд легко уклонился от летящего прямо ему в лицо предмета. Затем, обхватив рукой колени Шторм, он приподнял девушку и закинул ее тело себе на плечо точно таким же образом, каким он поступил с
– Спасибо, Бак.
Холодный воздух оглушил Шторм, и ее барабанившие по спине Уэйда кулачки немедленно разжались. Уэйд усадил девушку на сиденье коляски, которую нанял на городской конюшне сразу же, как только посланный Баком человек разыскал его и сказал, что Шторм и Джеб, в стельку пьяные, сидят в их заведении. Оказавшись в коляске рядом с храпящим Джебом, Шторм сразу же отключилась.
Уэйд, залезая на сиденье рядом с ней и беря в руки вожжи, недовольно засопел.
– Боюсь, что если я вздумаю прикурить здесь сигарету, мы взорвемся от обилия горючих спиртных паров, – пробормотал он.
Затем он повернулся всем своим худощавым телом и угрюмо взглянул на белокурую головку рядом с собой. Лицо Шторм было повернуто в другую сторону. Он взял в ладонь твердый подбородок и нежно повернул ее голову так, чтобы ей удобнее было лежать, прислонясь к мягкой обивке спинки сиденья. Он убрал растрепавшиеся волосы с ее лица, освободив две тонкие прядки, попавшие между полураскрытыми губами.
– О детка, – судорожно вздохнул он, – что я сделал с тобой! Моли Господа, чтобы он укрепил тебя для дальнейших бед, которые не заставят себя долго ждать.
С выражением отчаянной безнадежности в глазах, он притянул к себе Шторм и положил ее голову на свое плечо. Правя одной рукой, а другой обнимая безвольное тело Шторм, он выехал из города и направил лошадей по прибрежной дороге в сторону ранчо.
Глава 20
Арендованная коляска, в которой Уэйд вез на ранчо двух беспробудно спящих пассажиров, отъехала от Ларами уже на пару миль, когда выступавший в роли возницы Уэйд заметил группу всадников, приближающихся к нему навстречу на пустынной дороге.
– Проклятье, – проворчал он, сразу же поняв, кто эти люди. Это были ковбои с ранчо Рёмеров. Они искали Шторм и Джеба. Уэйд надеялся доставить эту парочку в дом незаметно, но здравый смысл говорил ему, что подобное вряд ли удастся.
Кейн ведь наверняка сходит с ума от беспокойства и непременно прикажет своим людям выехать на поиски пропавшей сестры и старика.
Он натянул вожжи, останавливая лошадей, когда всадники поравнялись с коляской.
– Эй, парни, вы загоните лошадей, – ухмыльнулся он. – Не волнуйтесь и не торопитесь так. Девочки толстушки Лил никуда от вас не денутся. Они ждут вас на том же самом месте, где вы их оставили в прошлый раз.
– Нам сегодня вечером не до девочек толстушки Лил, – отозвался один из парней, и его взгляд упал на Шторм, припавшую головой к плечу Уэйда. А затем он увидел старого Джеба, громко всхрапывавшего на заднем сиденье. – Мы как раз ищем этих двоих. Босс чуть с ума не сошел от беспокойства за них.
– Мне грустно это слышать, парни, – сказал Уэйд с притворным сожалением в голосе. – Дело в том, что я устроил маленькую рождественскую вечеринку для небольшого круга друзей в помещении позади салуна папы. Я и не заметил, как пролетело время. Такие дела!