Шторм любви
Шрифт:
В кабинете повисла тишина. Голосом, в котором явно звучали скептические нотки, капитан произнес:
– Женщина? Вы хотите сказать, милорд, что мне придется взять на борт женщину?
– Да, кроме того, мне кажется, она – ваша родственница. Ее имя – леди Делора Хорн, ее брак с лордом Граммелем был устроен по инициативе ее брата – графа Скосорнского, в настоящее время находящегося на Антигуа.
Даже если бы в эту минуту в кабинете выстрелили из пушки, капитан не был бы изумлен сильнее.
Во-первых, из-за давно
Дед Конрада был младшим братом третьего графа Скосорнского.
Братья сильно разругались, что послужило разделению семьи на два враждующих клана.
Четвертый граф Скосорнский продолжал в том же духе, игнорируя отца Конрада. Их семьи старались казаться независимыми друг от друга, хотя в каждой из них были прекрасно осведомлены о делах другой.
Сам Конрад был слишком поглощен военной карьерой – начав с гардемарина – чтобы принимать участие в семейных междоусобицах, и не считал это достойным времяпровождением для взрослых людей.
Однажды, правда, он встретил пятого графа Скосорнского, после чего у него появилась стойкая антипатия к кузену.
Дензил относился к тому типу молодых людей, которых презирали и осуждали в приличном обществе.
Унаследовав титул с огромным состоянием в возрасте двадцати двух лет, он забросил свое фамильное поместье в Кенте – наведываясь туда лишь для того, чтобы закатывать дикие оргии – и уехал прожигать жизнь в Лондон.
В клубах, где он был частым гостем, имя Дензила стало синонимом кутежа и бессмысленного неистовства; газетчики имели неплохой заработок описывая скандальные истории с его участием или рассказывая о его романах, которые он завязывал практически со всеми знакомыми женщинами.
Подобное, достаточно неприятное для Конрада положение вещей, вынудило его спросить:
– И что, не существует никакого другого способа доставить леди Делору на Антигуа?
– Я не могу выделить для этого дела ни одного другого двухпалубного судна; все же трехпалубные корабли ныне находятся на рейде в Средиземном море. Иного же способа безопасно доставить невесту губернатора я не вижу.
В голосе виконта прозвучал сарказм.
– Вы говорите, милорд, что она невеста губернатора, лорда Граммеля?
– Да, это так.
– Но это ведь не тот лорд Граммель, дело которого рассматривалось следственным советом в начале века?
– Ваша память делает вам честь, капитан. Это именно он, сейчас ему уже за шестьдесят!
Конрад нахмурился.
У лорда Граммеля репутация была не намного лучше, чем У графа Скосорнского. С момента расследования 1801 года, капитан считал его одним из самых отталкивающих, агрессивных и развратных людей, которых ему приходилось когда-либо видеть.
Казалось
В то же время Конрад задал себе вопрос – какое ему дело до того, что ждет одну из его кузин?
Если леди Делора хоть в чем-то походит на своего брата, они с Граммелем составят идеальную пару.
Наконец он сказал:
– Я понял ваши распоряжения, милорд. Я должен поблагодарить вашу светлость и Адмиралтейский совет за оказанное мне доверие. Я сделаю все, чтобы оправдать его.
– Я уверен, что вам все удастся, капитан, – ответил виконт. – До свидания, и удачи вам!
Собеседники пожали друг другу руки, и капитан покинул кабинет, ощущая себя па седьмом небе.
Позже вечером, уладив все формальности в Адмиралтействе и отдав необходимые распоряжения, чтобы следующим утром отправиться в Портсмут, он отдыхал в объятиях Надин Блейк.
Когда она подставила губы для поцелуя, он понял, что именно этой минуты он ждал очень долгое время.
– Дорогой Конрад, я думала, что никогда больше не увижу тебя! – шептала она.
Обезумев от страсти, они бросились целовать друг друга, и лишь несколько минут спустя она смогла вымолвить:
– Я люблю тебя! Я никогда так никого не любила, и я ужасно по тебе скучала. Клянусь, что в твое отсутствие я думала о тебе каждую минуту!
Конрад недоверчиво усмехнулся.
Ничего не сказав, он взял ее на руки и отнес из будуара в огромную спальню, уже ждавшую их.
Лишь два часа спустя они, откинувшись на подушки, перешли к беседе. Ее голова покоилась у него на плече. Конрад спросил:
– Я думаю, ты, как всегда, ужасно вела себя в мое отсутствие?
– Если это и так, в этом виноват только ты, потому что оставил меня на столь долгое время, – ответила Надин. – Но, дорогой, все равно, ты самый лучший любовник. Если бы ты всегда был со мной, я бы и не смотрела на других мужчин.
– Это одно из тех заблуждений, в которые нам обоим сейчас так хочется верить. И, возможно, это даже к лучшему, что завтра я опять отправляюсь в плавание.
Надин вскочила и воскликнула:
– Как! Завтра! Это не правда! После двухлетнего плавания Адмиралтейство должно было дать тебе хоть немного времени для отдыха!
– Вместо этого они дали мне новый двухпалубный корабль – «Непобедимый»!
Надин вскрикнула:
– Ах, Конрад, я так рада! Я знаю, это лучшая награда для тебя. Но как же со мной?
– Что с тобой? Мне говорили, что у тебя целая армия воздыхателей.
– Кто тебе это сказал? – защищаясь, спросила Надин.
Конрад рассмеялся.
– Дорогая моя, ты слишком красива и слишком отличаешься от остальных, чтобы не быть предметом обсуждения.
– Ты ревнуешь?
– А это имеет какое-нибудь значение?