Шторм-2
Шрифт:
Зося подумала, что события последнего времени слишком настойчиво собирают вокруг нее неприятности. Если, конечно, смерть человека можно считать неприятностью. Она вспомнила о Тротте. А может, она сама их притягивала, после того случая с выпадением из реальности? Что-то ей подсказывало, что и этот Квига ещё отметится в её судьбе.
Как раз в это время к Зосе должна была заглянуть на часок Яна, и хозяйка квартиры решила, что это будет очень кстати.
Квига сел на мягкий стул, обтянутый настоящей леопардовой шкурой, и заговорил:
– Думаю, это не первый конфликт, который случился в вашем пространстве
Зося посмотрела на гостя с удивлением.
– Можете мне верить. Это вовсе не домыслы, и не попытка вас заинтриговать. Хотите слушайте – хотите нет, я всего лишь объясняю то, что вижу.
– А что вы видите? – спросила Зося, засыпая кофе в джезву.
– Вещи имеют способность накапливать энергию того жизненного пространства, в котором они использовались. Человек – это очень мощный биоэлектрический агрегат. Мощный, разумеется, не в техногенном смысле, – заговорил гость уверенно, как профессор на лекции перед студентами-первогодками. – Вещи вашего пространства собрали истории разных людей. Даже, пожалуй, – энергию разных судеб. Ну вот например: эту «турку» сделал медник в маленькой грязной мастерской с липкими стенами, может быть, в Стамбуле на Гранд-базаре, может быть ещё где-то. Психологическое содержание его труда не выглядело беспечным. Он думал о том, где взять деньги, чтобы рассчитаться с долгами, думал, что если в следующем месяце не будет заказов, то он совсем разорится. А ещё думал о ссоре с женой и болезни отца. Всё это зашифровано, закодировано энергетическим кодом, который отрабатывает человеческая душа. Мы теперь переносим на себя его проблемы.
– Не хотите пить из этой «турки» – не пейте! – пошутила Зося.
Квига добродушно улыбнулся.
– Это и есть – биоэлектрическая экология. Я занимаюсь ей уже двадцать лет. И, поверьте, в этом вопросе я кое-что смыслю.
– Не сомневаюсь, – сказала хозяйка квартиры, разыскивая в навесном шкафчике кардамон, имбирь, корицу или какие-то другие приправы, подходящие к кофе.
– И всё-таки, – продолжил Квига, – вы зря недооцениваете то, что я сказал. В вашем жизненном пространстве есть предмет, возможно очень старый, который имеет сильное влияние на происходящие события. Думаю, он появился недавно, и потому ведёт себя крайне агрессивно.
– Неужели такое возможно? – искренне удивилась Зося.
– Ещё как!
– Ума не приложу, что это может быть? Хотя…, – Зося будто поняла о чём идёт речь, и её прозрение не осталось незамеченным Квигой.
Она ушла в комнату и скоро вернулась, держа в руке небольшой нож из тёмного железа с белой костяной рукоятью.
– Может это? – спросила Зося.
Гость с осторожностью взял нож в руки. На первый взгляд самоделка не представляла никакой ценности. Нож был сделан грубо и даже костяные накладки рукояти не выделились совершенно ничем.
– Странная вещь для вашего дома, – сказал Квига, – откуда он у вас?
– Вряд ли эта история может быть кому-то интересна, – уклончиво ответила Зося.
А потом в дверь позвонили, и Зося пошла открывать Яне, и чуть не убежал кофе, и Зося долго объясняла подруге кто такой Квига, и при каких обстоятельствах они познакомились… Яна, разумеется, стала сожалеть о своём приходе и даже собралась уходить, но вдруг заспешил
Подруги переглянулись.
– Прости, если я помешала, – сказала Яна, – но ему был нужен повод для того, чтобы уйти. Или я не права?
– Это не то, о чём ты думаешь. Он совершенно посторонний человек!
– С совершенно посторонним человеком не пьют у себя дома кофе, – заметила Яна. – И уж тем более это не стала бы делать ты.
Зосе пришлось снова рассказывать историю сегодняшнего приключения.
– Он даже не притронулся к твоему кофе, – сказала Яна, – какой странный!
Зося подошла к окну и увидела ворона, сидевшего на ветке липы. И только теперь она вспомнила про нож Одрига Минус половина. Ножа нигде не было…
Очередную встречу своей команде Ковач назначил через неделю на пароме Свиноустье-Треллеборг. Эта неделя ему понадобилась для каких-то неотложных дел, имевших прямое отношение к проводимой встрече. Они были «солдатами удачи». Так обычно называют наёмников сочинители всяких историй из газет и журналов. Познакомились Людвиг, Даниель и Улле ещё в Южной Африке. А потом судьба их свела на Ближнем Востоке, и тогда Ковач стал лидером этой команды, выбирая и продумывая все их боевые операции.
Едва могучий «Коперник» прошёл створы канала и воткнулся белым носом в морскую даль, Ковач закрыл дверь каюты и пригласил всех к столику.
– То, что я сейчас расскажу, на первый взгляд может показаться полным бредом. Но я не стал бы тратить ни своё, ни ваше время попусту и не вложил бы ни одного оэра 2 в то, что не даст нам дохода, – сказал он уверенно.
Такое вступление заставило его небольшой отряд отвлечься от пива и сосредоточиться на словах командира.
2
евро – сленг
– Кстати, я заглянул в прошлый понедельник в порт. Скажи-ка, Улле, а обязательно было убивать этого беднягу-капитана?
– Что тут сказать, так получилось, – признался Юхансон.
– Ладно, слушайте!
Ковач поднялся с дивана и стал расхаживать из угла в угол. Обычно ему не требовалось подготовки, чтобы обрушить на этих людей лавину своих планов. Но сейчас был не тот случай.
– За последний год, – начал их командир, – в Польше без вести пропало 146 человек. Растворились, исчезли, не оставили никаких следов. Они могли бы всплыть где-нибудь в пространстве Евросоюза, да так и будет для кого-то. Но около сотни уже никогда и нигде не всплывут. Это – статистика.
Но у меня есть и другая статистика. Вот, например, – психиатрическая клиника при Центре морской и тропической медицины в Гдыне. Стоит гриф «для служебного пользования». Это – выписка из истории болезни Анджея Стаховского. Диагноз – бредовое расстройство. Опуская специальную терминологию типа: «парафренный бред», скажу, что этот Стаховский утверждает, что… вернулся из прошлого, куда он попал во время автомобильной катастрофы. Кстати, автомобиль Стаховского действительно побывал в аварии, и приехавшая на место аварии полиция водителя не обнаружила.