Шрамы
Шрифт:
Я поморщилась.
— О, нет. Матео мне как брат. Это всё равно что встречаться со Стивеном. О, дважды нет.
— Хорошо. Хотя я этого не понимаю, потому что Матео — красавчик. На твоём месте я бы никогда не воспринимала его просто как брата.
Мы подошли к моему шкафчику.
— Вот почему вы двое были бы идеальной парой.
— Опять сватовство? — Спросил меня Кевин Беркс с улыбкой, от которой на его щеках появились ямочки. Он остановился рядом с нами, держась за руку со своим парнем, Маркусом Робинсоном.
Я улыбнулась им. Кевин был само очарование. Он был застенчивым и неуверенным в себе, и именно поэтому Маркус подходил
Сегодня Кевин был одет в синюю фланелевую рубашку в клетку, которая идеально сочеталась с его голубыми глазами. Он дополнил образ брюками цвета хаки и белыми кроссовками. Его волнистые волосы были аккуратно зачесаны набок и падали на лоб. Маркус же выбрал простую черную футболку и рваные джинсы, а его прямоугольное лицо обрамляла короткая стрижка.
— Мои малыши! Вы выглядите как с картинки! — Воскликнула я. — Вы заставляете мое юное сердце таять! — Я представила, как воображаемое сердечко падает с моего тела на пол, а затем улетает прочь. — Ой, вот и оно!
Кевин усмехнулся.
— Я скучал по твоему юмору на прошлой неделе.
— И я скучала по вам обоим! — Сказала я, ущипнув их за щеки. — Мы должны организовать конкурс на лучшую пару! Вы бы обязательно победили!
Шрейя улыбнулась:
— Я думаю, что поскольку они уже помогают в организации выпускного бала и других мероприятий, это было бы слишком.
Я согнула руку.
— Никогда не говори "никогда"!
Смеясь, она помахала нам на прощание и пошла в свой класс. Маркус тоже попрощался с нами и направился в другую сторону. Поскольку мы с Кевином были на первом занятии в тот день, мы отправились туда вместе, рассказывая о наших выходных.
Утро прошло спокойно, если не считать сплетен о Барби и его Instagram. Вся школа увидела эту фотографию и его новое имя пользователя, и все не переставали отпускать шуточки в его адрес. Это было словно бальзам на мою бедную, несчастную душу. Я ожидала, что он вот-вот ворвется в класс и поклянется убить меня самым ужасным способом, но его нигде не было видно. Мне хотелось верить, что он прячется в туалете и грызет ногти от волнения. Я хихикнула при этой мысли. Так ему и надо.
Мое хорошее настроение начало угасать, когда я поняла, что Стивен так и не появился, а слова миссис Агуды о возможном исключении его из школы промелькнули в моих мыслях. Этого было достаточно, чтобы я перестала концентрироваться на уроках. Я оставила свои попытки и открыла приложение Kindle на своем телефоне, чтобы почитать «Нигде», погрузившись в мир книги.
К обеду мне пришлось приложить усилия, чтобы сохранить улыбку на лице. Когда я подошла к шкафчику Джесс, я обнаружила ее зажатой между ним и Блейком, который, казалось, выполнял священную миссию, погружая свой язык ей в рот так глубоко, как только мог. Всего две недели назад они пережили ужасные события: их похитили те же люди, которые удерживали Блейка с целью получения выкупа, когда ему было четырнадцать. Блейк был ранен, и у него остановилось сердце. К счастью, пуля лишь задела его голову, и на рану потребовалось всего несколько швов, но психологический ущерб остался.
Теперь они, очевидно, пользовались любой возможностью, чтобы выразить свою любовь,
Джесс хихикнула, и румянец окрасил её щеки. Я должна была признать, что выражение любви, которое всегда было у неё на лице, теперь ей очень шло. Она всегда была красивой, но с тех пор, как начала встречаться с Блейком, её красота стала ещё более яркой, если это было возможно. Казалось, она светилась изнутри, словно поэтический образ.
— Привет, — произнесла она своим милым детским голоском.
— Привет, дорогая. С тобой всё в порядке? Ты можешь дышать? Если хочешь знать моё мнение, это был ужасно долгий поцелуй.
Ледяные серые глаза Блейка встретились с моими.
— Тебя никто не спрашивал.
Я передразнила его кислое выражение лица.
— Не нужно быть таким серьёзным, — сказала я, копируя его слишком глубокий голос. — Тебе следует подать заявку на участие в одном из тех конкурсов на самый долгий поцелуй. У тебя есть навыки.
Блейк лишь закатил глаза. Джессика хихикнула, положила блокнот в шкафчик и закрыла его.
— Мы идём? Я умираю от голода, — сказала она.
— Конечно, идём. Не могу дождаться, когда увижу, какая ужасная еда у них сегодня в меню, — прощебетала я, ускоряя шаг.
— Всё не так уж плохо, — ответила она.
— Это когда ты не вегетарианец. Я устала постоянно есть картошку фри и салат.
— Подай петицию в школу, чтобы нам подавали лучшую еду, — предложил Блейк. Его лицо ничего не выражало, но я уловила подтекст. Он насмехался надо мной.
— Спасибо! Именно это я и собираюсь сделать, — выпалила я. — Сразу после того, как подам прошение отправить тебя на Плутон.
Когда мы вошли в кафетерий, Барби там не оказалось, и я подумала, что он, возможно, прячется где-то. Я выбрала сливочный овощной суп с лапшой и, следуя за Джесс и Блейком к нашему столику, ощутила на себе пристальный взгляд Хейдена. Мне хотелось многое ему сказать, но я сдержалась, решив не начинать споры ради Сары.
Я посмотрела на пустое место за нашим столиком, когда села между Кевином и Джесс. Кевин сказал мне, что теперь Барби будет сидеть с нами, и все остальные были не против. Я оказалась в меньшинстве, и даже если бы я выразила недовольство, это бы ничего не изменило. Осознание этого факта лишило меня аппетита. Или, возможно, это заставило меня фантазировать о том, как я вонзаю вилку ему в глаза.
— А вот и он, — сказала девушка, сидящая рядом со мной.
Я посмотрела в направлении, куда она указывала, и сжала зубы. Барби вошел в кафетерий, словно он здесь хозяин, с блондинкой под руку и с дерзкой улыбкой, от которой у меня закипела кровь в жилах. Он был невозмутим под всеми этими взглядами, полностью в своей стихии, и я хотела сделать все возможное, чтобы стереть эту улыбку с его лица и сделать его несчастным.
Он подмигивал девушкам, мимо которых они проходили, и вместо того, чтобы поддразнить его или ответить издевательским смехом, они хихикали и краснели. Я внимательно посмотрела на них, отказываясь верить, что они настолько поверхностны. Никто не относился к нему как к неудачнику, которого унизили на глазах у всех его двенадцати тысяч подписчиков. Они обращались с ним так, словно он был хозяином этой школы, что было совершенно несправедливо. Если бы он был прыщавым и некрасивым одиночкой, они бы без колебаний позаботились о том, чтобы он никогда не забыл этого унижения.