Шрамы
Шрифт:
Я скрестила руки на груди.
— Если они захотят напасть на меня, пусть попробуют, — ответила я с вызовом.
Он ударил кулаком по рулю, громко выругавшись.
— Ты не понимаешь, с кем связалась! Это не то, с чем можно справиться кулаками. Они поймают тебя, когда ты меньше всего будешь этого ожидать, и накажут, — сказал он, не в силах скрыть беспокойство.
— До сих пор я выживала, не так ли? И у меня были только кулаки. О, и этот складной нож, который, кстати, очень острый, — подмигнула я ему. — Так что не беспокойся
Он хотел возразить, но человек с рупором объявил, что гонка начнётся через несколько минут. Мейсену пришлось занять место на стартовой линии вместе с шестью другими гоночными автомобилями. Райдер припарковал свой «Лотус» рядом с нами и, свирепо глядя на нас, запустил двигатель. Мейсен завел свой.
— Хорошо, будет сложно вести машину в полной темноте, так что держись крепче, — сказал он мне и быстро и крепко поцеловал в губы. Я в шоке уставилась на него в ответ.
— За что это было? — Спросила я.
Он одарил меня быстрой улыбкой.
— На удачу.
Девушка-гонщица в облегающем черном комбинезоне остановилась перед машинами с крошечным гоночным флажком в руке и без лишних слов объявила о начале гонки. В ночной тишине раздался рев двигателей, и машины стремительно сорвались с места, отчего меня отбросило назад на сиденье.
Мейсен быстро переключил передачу, и его сосредоточенное лицо заставило меня вздрогнуть. Он вырвался вперед и помчался по темной трассе, окруженной густыми деревьями. За светом фар было невозможно что-либо разглядеть, и когда мы достигли первого поворота, мне пришлось вцепиться в сиденье, чтобы не удариться головой об окно.
Как только мы преодолели поворот, Мейсен переключил передачу и выровнял машину. Райдер поравнялся с нами, но вместо того, чтобы обогнать, он двигался бок о бок, слишком близко. У меня тревожно сжался желудок.
— Если на моей машине будет хоть царапина, я тебя изуродую, — сказал он ранее, и я сжала зубы, вцепившись в ремень безопасности. Теперь он почти собирался столкнуть нас с трассы.
— Если он не хочет испортить свою машину, то просто пытается нас напугать, — заметил Мейсен, переключаясь на пятую передачу и ускоряясь, чтобы получить небольшое преимущество перед Райдером.
Я взглянула в зеркало бокового обзора. Другие машины отставали все больше и больше. Не успела я опомниться, как одна из них вылетела с трассы и врезалась в дерево, а я поморщилась от боли в груди.
— Один готов, осталось пятеро, — спокойно сказал Мейсен. Слишком спокойно.
Я посмотрела на него.
— Ты блефовал там? Ты спрятал кокаин в этой машине?
— А что ты думаешь? — Спросил он, снижая скорость перед вторым поворотом. — Я не сижу на килограммах кокаина. Конечно, это был блеф.
Следующий поворот был слишком быстрым. Его скрыла темнота, но даже она не смогла скрыть его резкость. Мейсен чуть не потерял контроль над машиной, когда резко повернул в сторону.
— Черт! — Воскликнул
Мейсен нажал на газ, и мое сердце бешено заколотилось, когда он переключился на шестую передачу и поехал еще быстрее, чем раньше. Райдер был всего в нескольких футах от нас, но он не собирался так легко сдавать свои позиции. А следующий поворот был уже совсем близко.
— Держись крепче, — сказал Мейсен и резко свернул в сторону. Он вошел в поворот на гораздо большей скорости, чем следовало, и у меня внутри все сжалось от страха. Трасса была узкой, и в повороте не хватало места для обеих машин. Райдера занесло, и его заднее крыло задело бок нашей машины, когда Мейсену нужно было обогнать его и набрать скорость.
— Ты сумасшедший! — Закричала я, наблюдая в зеркало бокового обзора, как Райдер пытается выровнять машину.
— Отчаянные времена требуют отчаянных мер, — ответил он.
— Не надо здесь сейчас философствовать! Я хочу дожить до девяноста, большое тебе спасибо!
Он улыбнулся.
— Ты доживешь до ста десяти, не волнуйся. Это всего лишь небольшая царапина, ничего серьезного. Я больше не подпущу его так близко.
И он этого не сделал. Пока мы ехали по трассе, которая растянулась на многие мили, он лишь увеличивал расстояние между нами и Райдером, а повороты становились все более непредсказуемыми. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем мы наконец выехали из леса, но Мейсен не остановился, когда трасса внезапно закончилась. Он продолжил движение по едва заметной грунтовой дорожке.
— Что происходит? Почему трек заканчивается именно там? — Спросила я.
— Это часть гонки. На этом трасса заканчивается, но до финиша ещё миля, — ответил он.
— И где находится финиш? — Поинтересовалась я.
— Рядом с заброшенной винокурней Сомерса, — последовал ответ.
— Финиш там? — Эта винокурня была забытым местом. Когда-то она была самой большой в Сомерсе, но пожар превратил половину её в пепел, и никто не позаботился о её восстановлении. Это место идеально подходило для нелегальных гонок и других подобных мероприятий.
Я снова посмотрела назад. Райдер и другие участники гонки остались далеко позади, а в поле зрения уже виднелась винокурня. Мейсен переключился на шестую передачу и нажал на газ. Он явно лидировал, и я наконец-то позволила себе насладиться моментом, с каждой секундой чувствуя все большее возбуждение.
Я улыбнулась ему.
— Кто бы мог подумать? Ты действительно выиграл эту гонку!
Он одарил меня самой очаровательной улыбкой, как ребенок, который вот-вот получит свою любимую игрушку.