Шпион
Шрифт:
Убедившись, что поблизости никого нет, он вылез из пестрого костюма и душного парика, как можно тщательнее стер грим и, опять превратившись в потерявшего место работягу, целеустремленно зашагал в сторону ресской столицы. Лучше бы, конечно, экипаж нанять, да где ж его поздним вечером тут, за городом, раздобудешь? Впрочем, пара часов пешей прогулки тоже особой проблемы не составляла, тем более что погода стояла практически идеальная: не холодно, не жарко, почти безветренно… Выкатившая на потемневший небосклон луна прекрасно освещала дорогу, а густые вечерние запахи огромного пригородного парка лишь
Еще на ходу прекрасно думалось, а поразмышлять сейчас Пеплу было о чем. Прежде всего — о весьма странном раскладе, выпавшем когда второй Ютиси попытался заглянуть в будущее Шоргуа.
— Каголи, — когда Ралт оторвался от разглядывания рун, рассыпанных по столу, лицо у него было… интересным, — тебе придется держаться за свою власть зубами и когтями. Насмерть.
— А? — не сразу сообразил тот, чуть подавшись вперед.
— Именно так, если не хочешь, чтобы здесь и из-за вас началась бойня, в которую втянут всю империю.
Каги хотел было еще что-то спросить, но передумал и снова откинулся на спинку кресла, чуть прикрыв веки и явно над чем-то сосредоточенно размышляя. Пепел тоже слов не нашел, зато тихонько присвистнул, после чего пророк развернулся уже к нему.
— Эрдари Равеслаут, четвертый ресс Ретенауи, а ты в этом раскладе граничное условие. Ты и та интрига, в которую втянули Рин. Этот Олли… Господин Олифуэлл… Он очень серьезный противник. Очень. Но сделать его тебе придется. Иначе…
Пепел, не удержавшись, заглянул Ралту через плечо, что, вообще-то, было категорически не принято. Быстрым взглядом оценил, как легли руны, и присвистнул еще раз:
— Ладно. Про последствия, считай, понял — впечатляет. Но я и без того постарался бы от души — ради такого редкостного засранца.
Шоралт быстро смешал пластины и зло глянул исподлобья:
— Вот и старайся. Раз понял.
— Угу. Но сегодня ночью стараться для меня будете вы, перелопачивая ваши архивы. Не забыли?
— Помним, — серьезно кивнул Каги, все еще не до конца пришедший в себя.
— Ага, — почти одновременно с ним откликнулся Ютиси. — Пошел лопатить.
Сгреб руны и, попрощавшись лишь коротким кивком, шагнул за дверь, с хлопком закрыв ее за собой.
Пепел, глядя на это, почесал в затылке и хмыкнул, развернувшись к Каголи:
— Мог бы предложить подвезти, не находишь?
— Ты бы отказался, — нашел тот силы ухмыльнуться в ответ.
— Отказался, — кивнул Пепел. — Но предложить-то мог?
А потом замер, подумал чуток и поинтересовался:
— Знаешь, мне тут вдруг в голову пришло… А не было ли тебе новых заманчивых предложений… ну, скажем, связанных с шахтами? Теми, где вольфрам нашли?
— Были, — пожал ресс плечами. — Разумеется, были, и даже не раз. Но я очень прозрачно дал понять: это бесполезно.
— А вот теперь столь же прозрачно дай понять, что заинтересован.
— Почему? — глянул тот быстро и остро.
— Потому что сильно хочешь удержать власть и тебе нужна поддержка. Против недовольных в собственной семейке.
— Погоди, так ты серьезно? Считаешь, она мне в самом деле нужна? Из-за расклада?
— Нужна. И ты ее получишь. Не от Сиенуры, разумеется, но им об этом знать не стоит. Пусть думают,
— Н-ну… хорошо. Ладно. А тебе оно зачем?
— Скажем, неплохой способ чуток потянуть время. А еще хочу знать, кто конкретно придет делать тебе авансы и какие именно. Да, очень это мне любопытно…
Времени до города аккурат хватило, чтобы хорошенько покрутить ситуацию в голове и рассмотреть со всех сторон. Так что когда Пепел усаживался в экипаж, подхваченный уже на самой окраине Сонресорма, примерный план у него сложился.
— На Зеленую! — распорядился он, забираясь в коляску и вытягивая гудевшие от усталости ноги. А потом решил, что мозгам тоже не грех дать отдых и с удовольствием отвлекся на красоты ночного города. Тем более, за прошедшие два года хуже тот не стал: яркие газовые фонари, широкие прямые проспекты, стильные фасады с сияющими витринами нижних этажей… И публика, в этот непоздний еще час фланирующая по улицам или сидящая на открытых верандах кофеен и ресторанов — разодетая, изящная, веселая… Этот город и в самом деле ничуть не уступал столице, а кое в чем ее даже превосходил.
Отпустив кучера недалеко от Зеленой улицы, Пепел тщательно проверился, убедившись, что лишнего любопытства не привлек, и юркнул в щель между двумя неприметными заборами. Чтобы задами, вдоль протекавшей там речки, выйти к бывшему пансиону госпожи Шарот. Дом, покинутый пару лет назад, все еще держался молодцом, а вот ухоженный прежде садик сдал: зарос и одичал. Впрочем, сейчас оно было только на руку. Под прикрытием темноты и раскидистых кустов чубушника Эрдари пробрался к крыльцу, где в тайнике под ступенями нашел заранее приготовленный для него тючок с одеждой. Переодевание много времени не заняло, и очень скоро обратно на Зеленую вышел уже совершенно другой персонаж, мало чем напоминающий давешнего потрепанного работягу.
— Отель Амбасада, — назвал он адрес кстати подвернувшемуся извозчику. — И побыстрее.
— Как скажете, ваша милость, — откликнулся тот, залихватски щелкая вожжами и подгоняя лошадку.
В гостинице его уже ждали — стоило назвать свое имя у стойки, как портье приветливо улыбнулся:
— Номер двести шестой, господин Ранси. Второй этаж. Устроит?
— Да, вполне, — с чуть рассеянным видом кивнул Пепел.
— Ваши вещи доставили вчера. Они уже в комнате и распакованы.
— Благодарю.
— Подать вам ужин? Или предпочтете общий зал?
— Подайте, если не затруднит. А то путешествие вышло несколько утомительным.
— Да, конечно. Через полчаса все будет готово.
— Прекрасно. Как раз успею вымыться с дороги.
Госпожа Шарот отбывала в путешествие, явно рассчитывая использовать время каникул и с толком, и с удовольствием. Жалование декана самой престижной военной академии империи плюс кое-какая мелочь, отложенная на счетах раньше, вполне позволяли ей пару месяцев с комфортом покататься по стране, посещая чем-то памятные места и навещая друзей — старинных и не очень. А обставляла свой отъезд энергичная бабушка красиво и с размахом — так, как всегда любила и умела. Кафедра риторики и древних языков в Шант Эли стояла если не на ушах, то уж на голове точно.